Парашютный инструктор бил тревогу, говорил, что прыжок длится считаные минуты, а мы висим уже несколько часов – может случиться непоправимое с кровообращением в важнейших для мужчин местах.

Оцените материал

Просмотров: 19290

Это Лев?

Олег Нестеров · 28/04/2011
ОЛЕГ НЕСТЕРОВ извлекает уникальные аудио- и видеодокументы из архивов «Мегаполиса». Серия 1-я: Лев Лещенко поет Иосифа Бродского в компании с белкой и гагарой

Имена:  Иосиф Бродский · Лев Лещенко

©  Из личного архива Олега Нестерова

Олег Нестеров и Лев Лещенко. 1993

Олег Нестеров и Лев Лещенко. 1993

Началось все с того, что я не смог спеть собственную песню. Она была написана на стихотворение Иосифа Бродского «Пятая годовщина» и оказалась мне абсолютно не по зубам: чтобы выразить всю глубину отношения поэта к одной шестой части суши, требовался «голос эпохи».

Оглянувшись вокруг, я понял, что мне нужен Лещенко. Нужно сказать, что это было самое начало девяностых, и считалось, что все, что имеет хоть какое-то отношение к совку, должно исчезнуть навсегда. Мои друзья и коллеги искренне не понимали моей затеи и посмеивались втихаря.

Я долго набирался смелости и в конце концов позвонил Льву Валериановичу. И на следующий день приехал в гости. Он жил в конце Ленинского, из окна был виден свинцовый ноябрьский лес, и, пока шла песня, мы оба сидели и молча туда смотрели. Звукоряд был экстравагантный, я был помешан в то время на британской группе Wire, поэтому и тут на переплетенные строчки трех гитар накладывалась широкая равнинная тема. Лещенко дал принципиальное добро, сказав, что окончательно все решит на репетиции. У него была база в ДК «Фрезер», мы там разок встретились, и стало ясно, что слова он одухотворяет.

У Лещенко были выкуплены смены в студии Дома звукозаписи на улице Качалова, забили день, но накануне ко мне приехали немецкие дружки. Польская водка, купленная в подворотне, десять литров самодельного сидра, и к утру мне было больно даже лежать с закрытыми глазами.

Но запись состоялась, похмелье помогло ни в чем не сомневаться.

После того как песню записали, замахнулись на видео. Съемки финансировала легендарная и экстравагантная компания BSA Records, которая решилась нас издать. Мы обратились к модному клипмейкеру Михаилу Хлебородову, он нас по каким-то причинам перевел на режиссера Сергея Косача. И вот в павильоне «Останкино» нас подвесили к потолку на настоящих парашютах, и все, кто в него входил, по очереди дергали за веревку, чтобы мы болтались в воздухе. Парашютный инструктор бил тревогу, говорил, что прыжок длится считаные минуты, а мы висим уже несколько часов — может случиться непоправимое с кровообращением в важнейших для мужчин местах. Но его никто не слушал, и мы просто изо всех сил терпели. А Лещенко нам рассказывал про Афганистан.



В одну смену не уложились, нужны были досъемки, но тут у BSA кончились деньги. Проект был похоронен.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:6

  • govoreeter· 2011-04-28 21:21:44
    Любопытно. Но какое отношение это имеет к гребаной современности? И зачем требовалось ждать 18 лет, чтобы описать процесс создания этого небезупречного произведения?
  • Barankin· 2011-04-29 03:18:53
    А вы много безупречного, я смотрю, натворить успели, чтоб такое крайне полезное сообщение оставлять на ночь глядя)
  • Zalina Marshenkulova· 2011-04-29 12:57:15
    похоже на The Cure, хорошо
Читать все комментарии ›
Все новости ›