Витальность – сама генетика музыки Штрауса – отрицает декаданс.

Оцените материал

Просмотров: 8724

Ответ Гаевскому и Десятникову

Михаил Мугинштейн · 11/03/2010
Оперный критик и большой почитатель «Летучей мыши» МИХАИЛ МУГИНШТЕЙН полемизирует с предыдущими ораторами и считает, что ее не стоит относить к декадансу

Имена:  Вадим Гаевский · Гуго фон Гофмансталь · Жак Оффенбах · Иоганн Штраус · Леонид Десятников · Рихард Штраус

©  OPENSPACE.RU

Ответ Гаевскому и Десятникову
 

Дорогие Вадим Моисеевич и Леонид Аркадьевич,

продолжим «Летучку». Тема: «“Летучая мышь” — это рождение венского декаданса» (Гаевский). Предлагаю свою вариацию: «“Летучая мышь”: венский бидермайер — закат романтизма».

Периодизация венской оперетты на золотой век (И. Штраус-сын, Зуппе, Миллёкер) и серебряный, начавшийся с «Веселой вдовы» Легара (1905), стала классической. Этому и другим историческим, социокультурным и критическим, политическим и эстетическим аспектам оперетты посвящена, например, книга Морица Чаки «Идеология оперетты и венский модерн» (1998, Вена — Кельн — Веймар/2001, Санкт-Петербург). Очерчивая эпоху «Летучей мыши» (1874), автор неслучайно ссылается на Гуго фон Гофмансталя. Родившийся на год позже «Летучей мыши» (и на полвека моложе Штрауса), один из столпов венского модерна уже в 1893 году четко отделяет себя от «предыдущего поколения, отцов», которых он называет «современниками молодого Оффенбаха» (парижанин старше венца Штрауса всего на шесть лет). Это естественно для художественного слуха конца XIX века, различающего в музыке Штрауса интонации другой, романтической эпохи. Интонационный строй, сама муза Штрауса — оттуда, из первой половины века. Именно тогда вальс — главный герой Штрауса — предстал романтическим образом мира и романтической концепцией личности (через 100 лет все это погибнет в «Вальсе» Равеля).

Витальность — сама генетика музыки Штрауса — отрицает декаданс. Нет даже его предчувствия. И здесь кроется противоречие в размышлениях Гаевского: «А вот что в этой музыке не декадентское: она полна энергии». Гаевский тонко слышит тоскующую душу в чардаше Розалинды. Она «не хочет быть красавицей бидермайера, она не хочет быть богиней бидермайера — она хочет быть венгерской графиней. Венгрия для венцев — страна очень романтическая… а Вена в это время — город совершенно не романтический, но с поисками романтизма. В чардаше, да и в куплетах Адели это очевидно. Женщины в “Летучей мыши” — романтические существа».

Конечно, здесь летит венская мечта о Венгрии, таинственной стране — романтической земле обетованной (эхо слышно и в эпоху декаданса — парижская мечта веселой вдовы Ганны Гловари о Черногории в песне о вилье). Осталось признать: чардаш Розалинды — не только греза женщины бидермайера о романтизме. Мы слышим волнующий призыв романтической героини, причем «модельный», будто родом из романтической оперы.

Читать текст полностью

Ссылки

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:23

  • antiprostipoma· 2010-03-11 22:09:45
    Ужасно смешной материал -- даже комичный -- Михаил Мугинштейн, обложившись книжками, сопя и пыхтя, пытается во что бы то ни стало поправить Вадима Гаевского, говорившего a la prima. Завтра Гаевский скажет совсем по-другому (и про другое), послезавтра -- третье (и про третье). А Михаил Мугинштейн будет рыться в книжках, интернете (возможно, побежит в библиотеку) в поисках противоречий в разговорах Гаевского или Десятникова. Потому что очень хочет быть где-то рядом.
  • antiprostipoma· 2010-03-11 22:13:11
    И еще (в жанре "не могу молчать"): "Витальность <...> отрицает декаданс" (Мугинштейн) -- Крепко сказано.
  • tridi· 2010-03-11 22:19:29
    Ответ - прочитал с удовольствием)
    "Летучая мышь" - снова стала узнаваемой.
    Спасибо Михаилу Мугинштейну - вступился за Штрауса,
    которого - в декаденты записали))
    И языком изложен ответ - красивым и достойным.
Читать все комментарии ›
Все новости ›