Оцените материал

Просмотров: 6237

Самара отвергла Римаса Туминаса

Ксения Аитова · 12/11/2008
Почему в одном из самых театральных городов России пришлось отменить гастроли Малого Вильнюсского театра?

©  ИТАР-ТАСС

 Римас Туминас

Римас Туминас

Самару традиционно привыкли считать театральным городом, то ли потому, что его театральная история ведет отсчет с середины позапрошлого века, то ли благодаря Петру Монастырскому — режиссер возглавлял Куйбышевский (Самарский) драмтеатр больше 40 лет, и все эти годы театр часто и с успехом гастролировал в Москве. Но так или иначе, в одном из самых театральных городов России пришлось отменить гастроли Малого Вильнюсского театра Римаса Туминаса.

После двух месяцев рекламы, после пресс-конференции самого Туминаса (режиссер прилетел в Самару на один день) организаторам удалось реализовать на «Три сестры» и на «Мадагаскар» только 3 (!) процента билетов.

За последние годы тут не срывали так ни одну, даже самую дремучую, антрепризу. Причем цены на спектакли Туминаса не поднимались выше обычных гастрольных 600—2500 рублей. Это немало, но и не очень дорого, учитывая путь труппы и декораций из Литвы и специальную гарнитуру для синхронного перевода — ее собирались доставить из Москвы. На спектакль «День хомячка» со звездами КВН билеты стоили не дешевле: аншлагов не было (и поделом), но и отмены тоже. Гастроли «Женитьбы» Марка Захарова с Абдуловым (Самара успела увидеть его в роли Кочкарева), Янковским и Чуриковой запомнилась не только рекордно дорогими билетами (до 10 тыс. рублей), но битком забитым в течение трех вечеров залом на 800 мест.

В провинции — давно не секрет — аншлаг обеспечивают имена в афише: чем известнее, тем вернее. Из исключений можно вспомнить только февральские гастроли авангардного Derevo, но аншлаг дрезденскому театру сделали молодые интеллектуалы, которых легче встретить в киноклубе «Ракурс», чем в том же академическом театре драмы, где выступала труппа Адасинского. Проще говоря¸ это был аншлаг НЕтеатральной публики.

Театральный же зритель провинции, кроме любви к звездам, отличается редким добродушием. Не потому ли в практику многих московских театров входит предпремьерный «обкат» спектакля в провинции? Почти на каждом брифинге после антрепризы в Самаре актеры хором поют осанну теплому приему якобы искушенных театралов. Но таких в городе, как оказалось, 3 процента от 1000 мест в филармонии — 30 последних могикан.

Попробуем разобраться в причинах.

«Наша публика не любит втыкать наушник»

Успех гастролей зависит во многом от рекламы. Так что провал Туминаса многие склонны списывать на непродуманную рекламную кампанию. «Имя Туминаса для большинства самарских зрителей неизвестно. Единицы видели «Играем Шиллера», кто-то видел «Горе от ума», — говорит театральный критик, доцент Самарского государственного университета, в прошлом завлит Куйбышевского театра драмы Эдит Финк. — Если речь идет о том, что приезжает человек с европейским именем, о котором в Самаре ничего не знают, нужна была другая информационная подготовка. Надо было хотя бы телевидение задействовать».

Сами организаторы, однако, не видят просчетов в рекламе. «Мы сами, конечно, в шоке. Мы приложили большие усилия, и если билеты на дрезденский театр Derevo такими же усилиями продали, то Туминас вообще не сдвинулся», — рассказывает президент концертно-театрального агентства «ТЕ-Арт-Шоу» Татьяна Ефремова (ее агентство почти монополист в организации театральных гастролей в Самаре). «Не нашлось ни одного человека, который кинулся бы в кассу после интервью с режиссером. Он приезжал в Самару, выступал и на радио, и на телевидении — в «Культурном шоке» у Бондаренко». Удовлетворен рекламой и сам известный самарский киновед и телеведущий Валерий Бондаренко: «Эта театральная компания неплохо работает с рекламой. Тем более приехал сам Туминас, который меня совершенно обворожил. Хотя бы вспомнили, как Путин смотрел «Горе от ума» и легендарный диалог про Александра Матросова!»

Не понаслышке знакомый со вкусами самарской публики Александр Штанин, заместитель директора Самарского театра драмы по работе со зрителем, считает подобные гастроли заранее обреченными. «Я сразу говорил, что это будет большим чудом, если вдруг, не дай бог, этот коллектив доедет до Самары. Во-первых, публика привыкла видеть знакомые имена. Второй важный фактор — это литовский язык. Наша публика не любит ни субтитры читать в кинотеатрах, ни втыкать наушник», — объяснил г-н Штанин.

Художник против мелкой буржуазии

В театр пошли другие люди — считает театральный критик, доцент СамГУ Татьяна Журчева: «Слава театрального города — это ведь слава прошлого. Речь не только о том, что театр был другим. Была иная публика с иными запросами. В основном интеллигенция, для которой посещение театра было частью повседневной жизни».

«Я не знаю, кто сегодняшний театральный зритель, — признается Эдит Финк. — На «Женитьбе» Марка Захарова, когда Подколесин выпрыгнул из окна, в зале был вздох изумления! Я была потрясена, что люди на таком дорогом спектакле не знают классического сюжета».

В противовес эмоциональным критикам Александр Штанин как менеджер не видит в публике никаких перемен. По крайней мере, в последние 13 лет: как раньше шли на комедии, так идут и сейчас, будь то приезжие постановки или спектакли Самарского театра драмы: «Америки я тут не открою, естественно, спектакли комедийного репертуара раскупаются у нас в первую очередь, потом наступает время классики и современной пьесы».

Журчева считает иначе: « 32 года назад Малый театр приехал в Куйбышев на месяц с огромными гастролями на двух площадках. Вы не представляете: мы с подругой подходим к площади Чапаева, а вся площадь — огромная толпа под зонтиками. Люди стояли в очереди, чтобы записаться на билеты». Десятилетия спустя один спектакль, идущий два вечера подряд, уже не собирает зал в Самаре. «Устанавливать декорации, ехать большой труппе ради одного спектакля невыгодно. А у нас перестали такие «двойные» спектакли собирать залы, — рассказывает Татьяна Ефремова. — Мы можем сейчас привезти любой московский театр, но боимся убытков. То, что в театр стали плохо ходить, видно даже не по Туминасу, а по гастролям театров Моссовета и Вахтангова. Вахтанговский нас действительно убил, потому что мы ушли в минус, хотя приезжал спектакль «Мадмуазель Нитуш» — в Москве на него вообще билетов нет!»

Глобально подходит к вопросу Валерий Бондаренко: «Я раньше всем предлагал такое пари: что в Самару можно привезти любую звезду современного театра — Марталера, Касторфа, Лепажа, Питера Брука — кого угодно. И он в Самаре провалится, потому что люди не знают, кто это. Годы последовательной культурной инволюции не могут пройти даром. Мы все меньше и меньше понимаем, что происходит вообще в театре. Другая сторона вопроса: это вообще общемировой процесс. Внутри театра наметились две разнонаправленные тенденции. Один театр начинает существовать для специалистов, потому что язык современного театра понятен очень немногим. А второй — театр зрелищный, массовый, если повезет, то народный.

У тех, кто мог бы прийти на Туминаса, нет денег. А мелкая буржуазия никогда ничего не понимала в искусстве, вся его история об этом свидетельствует. Весь 20 век — это поединок художника с мелкой буржуазией. На территории Самары художник ранга Туминаса проигрывает».

Можно найти, наверное, и иные причины, по которым в не самом маленьком и захолустном российском городе были отменены гастроли представителя знаменитой литовской школы. Но факт есть факт: сорванные спектакли можно считать концом мифа о театральной Самаре. Впрочем, вряд ли найдется российский регион, где ситуация намного радужнее.


Еще по теме:
Мария Хализева. «Троил и Крессида» в Театре Вахтангова

Ссылки

 

 

 

 

 

Все новости ›