Оцените материал

Просмотров: 17600

Игорь Тонких: «Бизнес по-прежнему дикий»

Артем Липатов · 06/06/2008
Ветеран промоутерского бизнеса о прошлом, настоящем и будущем гастрольного дела в Москве

Имена:  Игорь Тонких

©  Евгений Гурко

Игорь Тонких: «Бизнес по-прежнему дикий»
Свой первый концерт Игорь Тонких организовал в 1986-м году. А его бренд FeeLee, ныне воплощенный в серьезную компанию Feelee Group, существует на рынке ровно 20 лет. Двадцать лет — маленький срок, как заметил один отечественный певец, но в нашем до сих пор диковатом и неустроенном шоу-бизнесе это очень много. Кстати, FeeLee - это не только промоутерская компания, но еще и независимая фирма грамзаписи, появившаяся в стране одной из первых.

За истекшие десятилетия на счету Тонких немало событий первого порядка - это и переиздание альбома группы «Воскресенье» 1981 года, и первые концерты Ника Кейва, и выступления Coil, и выездные фестивали «Учитесь плавать»... Мало того, на совести Игоря — успех московского клуба «Икра», которым он руководил последние два года. Двадцатилетие творческой деятельности Игорь Тонких встретил двумя серьезными мероприятиями — концертами таких непохожих, но очень значимых музыкантов, как Лори Андерсон и Полли Джин Харви.

УРОКИ ИСТОРИИ

- Скажи, с чего все началось? Я и про увлечение музыкой, и про концертную деятельность.

- Истоки меломанства сложно вычислить. Все мы ходили с приемниками типа «ВЭФ», слушали «Голос Америки» или «Би-би-си» в зависимости от дня недели, от расписания. Родители к музыке никакого отношения не имели: папа — военный, мама — учительница. В институте ходил на концерты «Машины Времени», «Високосного Лета», но организацией концертов не занимался.

- Оно тогда довольно рисковым делом было.

- Ну, может, и слава Богу — я на самом деле многие вещи не делал в жизни, доверяясь интуиции. Например, мне предлагали возглавить горбушкинский рынок, когда начались уже эти торгово-бандитские дела. Пара директоров пропала, кстати, в те времена... Так вот, окончил я МАИ, и распределен был на завод им. Хруничева, «почтовый ящик» на Филях, в чьем ведении был ДК имени Горбунова. Когда я пришел становиться на учет в местный комитет комсомола, меня спросили: что будешь делать? Ничего. А чего любишь? Музыку люблю. Музыку будешь делать? Ну, музыку буду... Сделал первый концерт — «Черный кофе» и «Легион», потом «Звуки Му» с кем-то еще, потом притащил туда рок-лабораторию, привел с Маяковки спекулей-меломанов, нашли Борю Симонова, который сейчас «Трансильвания», под эгидой завода сделали клуб филофонистов — и все завертелось. В 85-м пришел на завод, в 86-м сделал первый концерт, в 88-м начал работать под вывеской «Фили».

- «Фили» были ведь едва ли не первой компанией на антрепренерском рынке — и уж точно первыми стали привозить западные группы.

- Ты имеешь в виду — альтернативные и независимые? Ну... наверное. Вектор был направлен из Прибалтики. Во второй волне был Гедрюс Климкявичюс — ну ты помнишь, фирма «Зона», становление российского «Полиграма», а потом «Юниверсала», «Снегири»; сейчас он, по-моему, в России ничего не делает. А вот из первой волны ребят след простыл — но все пошло от них. World Domination Enterprise, Sonic Youth, не добравшиеся до Москвы Sugarcubes... Я на них ездил в Вильнюс, стоял перед Бьорк и думал — бл*дь, это же точно звезда, большая звезда!

- Не прошло и пяти лет, как вышел ее первый сольник... А до Питера ведь они доехали, кажется?

- До Питера — да, доехали. Но их никто не встречал, концерта не было, им негде было жить. Сева Гаккель с ними как-то носился, но они уехали в досаде и расстройстве.

- Странные были времена — гастролеры квартировали по московским друзьям; я, помнится, ездил брать интервью у The Band Of Holy Joy на квартиру к Плюхе, к Леше Плюснину, в какую-то дикую глушь.

- Думаю, что у UB40 и Билли Джоэла, которые приезжали тогда по линии «Росконцерта», все было нормально, включая валютные гонорары. Нет, здесь, у нас, тоже были деньги, но они были щадящими. Кстати говоря, из-за денег и не приехали Sugarcubes. Цифр не помню — знаешь, у меня до сих пор лежат расходные номера, где гонорар группе «Воскресенье» исчислялся в миллионах, и сколько это по нынешним меркам, совершенно непонятно — но Sugarcubes хотели, кажется, 10 000 долларов, а мы были готовы на пять, и не сложилось. Потому что невозможно сделать то, что невозможно сделать.

- К тому моменту они ведь были звездами «инди».

- Конечно! Они были в чартах NME. Впрочем, если World Domination Enterprise канули в лету, то Sonic Youth, наш второй концерт с западными артистами, они по сей день живы, да и у Бьорк все в порядке.

- Освети, пожалуйста, момент вашего перехода к звукозаписи.

- Был фестиваль «Рок против террора», 91-й год — ты помнишь, наверное. Гарик Сукачев получил п*здюлей от милиции на Арбате, тут же, рядом, были Грузия и Литва, и стало понятно, что силовые структуры сильно всех допекли.

Музобщественность возмутилась, затеяли фестиваль. Все главные были на тот момент — Гарик, «Алиса», ДДТ, «Наутилус», «Чайф», «Кроссроудз», «Нюанс», «Мцыри» из Грузии, «Бикс» из Литвы, «АукцЫон», «Калинов Мост». Все писалось — концерт делался совместно с телекомпанией «ВиД» — и пришло время выпускать винил. Где? С кем? Это и был повод создать фирму грамзаписи. В это время Оля Немцова ушла из «Эрио» (то ли ушла, то ли фирма развалилась) и стала соучредителем, а Гедрюс помог с ноу-хау. В 1992-м году мы выпустили первую пластинку, но не «Рок против террора», а «Воскресение» — как дань уважения. «Рок против террора» стал вторым номером. И компакты мы тоже стали выпускать довольно быстро.

- А почему именно «Воскресение» стало первым номером в вашем каталоге?

- Почему? Это, во-первых, золотой состав, потом под выход пластинки мы их умудрились собрать в Горбушке — с тех пор, кажется, Костя с Лешей больше не разговаривают друг с другом... Но концерт был шикарный. «Программа «А» снимала».

- А потом ты стал главным дистрибьютором западной независимой музыки в России.

- Началось все с лицензии. Была первая пластинка: Dead Can Dance«Into The Labyrinth», 1994-й. Потом Ник Кейв — «Let Love In»... соответственно, если в первом случае были 4AD, то во втором — Mute. Собственно, так оно и пошло-поехало. Как говорил Леня Захаров из «Комсомолки»: как прослыть фирмой грамзаписи с хорошим вкусом? Надо просто заключить лицензионное соглашение с фирмой грамзаписи с хорошим вкусом! После этого мы стали дистрибьютором еще и Beggars Banquett, XL Recordings, Ninja Tune, Warp... много было хороших лейблов. Мы с самого начала выбрали независимую нишу. Тут был и экономический резон — сектор всех независимых примерно равен мэйджору; приятен репертуар, не нужно пачкаться, можно зарабатывать деньги без проституирования. Без компромиссов.
Страницы:

 

 

 

 

 

Все новости ›