Русская проза беззастенчиво отвергает сегодня, по-опоязовски говоря, установку на выражение, движитель и эмблему искусства.

Оцените материал

Просмотров: 25594

«Огорчительны нападки на слово»

Александр Гольдштейн · 22/07/2011
Из архива АЛЕКСАНДРА ГОЛЬДШТЕЙНА: письмо к Борису Кузьминскому

Имена:  Александр Гольдштейн

©  Из архива Ирины Солганик

Александр Гольдштейн. 1997

Александр Гольдштейн. 1997

Александр Гольдштейн (1957—2006) умер пять лет назад, в июле 2006 года, в Тель-Авиве, где жил с 90-го. Он был своего рода художественным оправданием четвертой, перестроечной волны эмиграции, сильно проигрывающей в литературном смысле первым трем, и едва ли не самым ярким дебютантом в русской словесности 1990-х — в восхищении его первой книгой, «Расставание с Нарциссом» (1997), сошлись самые разные люди и институции (Малый Букер и Антибукер 1997 года). После «Нарцисса» Гольдштейн постепенно перешел от эссеистического письма к сложной, я бы даже сказал, сознательно усложненной поэтической прозе — в 2001-м появились жанрово переходные «Аспекты духовного брака», а в 2004 году вышел роман «Помни о Фамагусте», ставший последней его прижизненной книгой; следующей («Спокойные поля») Саша уже не увидел, она появилась спустя несколько месяцев после его смерти.

Эволюция Гольдштейна шла вразрез и со всегдашней логикой «литературной промышленности», требующей от успешного автора дальнейшего утверждения на узкой завоеванной территории, и с инерционными же читательскими ожиданиями. «Или популярность, или дальнейшее творчество. Люди не терпят движения, остановки недопустимы в искусстве». Великий книгочей, Гольдштейн, несомненно, помнил эти аксиоматичные формулы Кузмина. Выбрав творчество, он оказался в предсказуемой изоляции — «критическом вакууме», столь разительно контрастирующем с медийным триумфом его первой книги, что пришлось упомянуть его в кратком Сашином некрологе.


Дефицит «эха», помноженный на эмигрантскую болезненную изоляцию, заставлял ценить любой отклик. Летом 2004 года несколькими, впроброс сказанными в сетевом книжном обзоре словами отозвался на «Помни о Фамагусте» литературный критик Борис Кузьминский. Саша, как внимательный читатель полосы «Искусство» газеты «Сегодня», уважал это имя и, как мне сейчас кажется, придал оценке Кузьминского преувеличенное значение. В любом случае, она стала для него поводом к объяснению — не личному, но писательскому, в очень малой степени касающемуся собственно «рецензионного» казуса. Недаром файл с текстом письма был озаглавлен им «Манифест». Здесь нет иронии — смертельно уже больному Гольдштейну вообще было не до нее — в этом письме и в данном приблизительно в то же время интервью он стремился четко проговорить свои заветные «несколько положений» о русском прозаическом письме. Написанный им текст, хоть и инспирирован частным случаем критического непонимания, оставляет эти частности далеко позади, касаясь принципиальнейших моментов развития русской прозы. Семь лет, прошедшие со дня его написания, ничуть этой принципиальности не уменьшили.


Ответа на свое послание Саша не получил и считал, что оно не дошло до адресата. В таком случае мы исправляем сегодня и техническую ошибку.

Глеб Морев



[Тель-Авив, 2004]

Здравствуйте, Борис.

К сожалению, не знаю Вашего отчества, но мы коллеги-литераторы, заочно друг с другом знакомые, и, надеюсь, Вы не сочтете мое обращение фамильярным.

В обзоре книжных новинок Вы назвали мой роман «стопроцентно нечитабельным». Возможно, так оно и есть, не мне судить. Во всяком случае, решившись отправить Вам несколько строк, я исхожу из этой посылки, с Вашей точки зрения, обесценивающей произведенную мною работу, а с моей — способной послужить предлогом для краткого изъяснения стимулов и намерений.

Мне представляется, что «читабельность» литературного текста так же не имеет касательства к его достоинствам и провалам, как практическая пригодность научной теории — к истинности этой последней. Мореходы отменно прокладывали маршруты по картам, начертанным в память о Птолемее, и разрыв с александрийским трактованием космоса был вызван не нуждами средств сообщения, но потребностью в новой гармонии сфер.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:30

  • nafta· 2011-07-22 14:50:28
    роман несоизмерим с рецензией. стоило ли объясняться?
  • Olya Akhmetyeva· 2011-07-22 15:34:38
    почему-то не открывается продолжение "читать текст полностью" (
  • михаил липскеров· 2011-07-22 15:51:50
    Не очень понимаю, зачем автору вообще общаться с читателями, критиками, хуй знает, с кем. Написал, решил свои проблемы с бумагой, буквами, Богом, и горите вы все синим пламенем.
Читать все комментарии ›
Все новости ›