Оцените материал

Просмотров: 6166

Ровинский, Сваровский, Шваб. Все сразу

Станислав Львовский · 18/06/2008
Стихи об электриках, роботах и дочерях англичанина в пространстве разрушенных границ — будь то распад СССР или последний бой на окраине Галактики
Некоторым образом книга «Все сразу» Арсения Ровинского, Федора Сваровского и Леонида Шваба — редкое, если не беспрецедентное явление в практике новейшей русской поэзии. Вспоминается разве что задуманный в середине девяностых, но так и не осуществленный коллективный сборник Александра Анашевича, Дмитрия Воденникова и Дмитрия Соколова, но сравнивать вышедшую книгу и книгу, так и не опубликованную, было бы странно. Коллективных сборников в более широком составе (в том числе и отчасти манифестарного характера) было достаточно (вспомнить хотя бы и «Личное дело»). Тут, однако, перед нами некоторый промежуточный жанр, потому что один или два — это, разумеется, мало, но дальше уже допустимо начать задаваться детским вопросом: «А три — это много?»

Стоит попробовать отвлечься от того, что, по словам самих авторов, объединило их под одной обложкой, будь то «новый эпос» (термин Ф. Сваровского), «травестированная баллада» или «несобственно-прямая образность» (термин И. Кукулина). Разумеется, первой приходит на ум общая черта в личной биографии всех трех авторов — разный, но заметный опыт иммиграции: Леонид Шваб живет в Израиле, Арсений Ровинский — в Дании, а Федор Сваровский провел в той же Дании пять лет. Есть нечто общее и в поэтических биографиях по крайней мере двоих из участников конвенции: и Леонид Шваб, и Федор Сваровский оказались в центре внимания читающей публики и экспертных инстанций как бы сразу: появлению Леонида Шваба в шорт-листе Премии Андрея Белого предшествовал долгий период работы, не замеченный никем, кроме редакций русскоязычных израильских литературных журналов «Двоеточие» и «Солнечное сплетение» (публикации в которых были небольшими и редкими). О существовании стихов Федора Сваровского, в гомеопатических дозах публиковавшихся на «Сетевой словесности» аж с 2002 года, вообще, кажется, мало кто подозревал: в гостевой книге скопилось за пять лет всего десять отзывов, при том что поэма «Монголия», которую автора на его последнем выступлении специально из публики просили прочитать, доступна в сети с 2004 года. Однако Арсений Ровинский, выпустивший с 1997 года уже две книги и, несмотря на полное игнорирование со стороны «толстых журналов», находившийся все это время далеко не на периферии читательского внимания, в этот ряд никак не укладывается. Нельзя, правда, не отметить, что за десять с лишним лет поэтика Ровинского довольно сильно изменилась от «Собирательных образов» (Лепнина русских равнин. Кончился листопад. / Пьяный поет Сулико как заядлый грузин. / Гул голодных лесов, колокольная медь, / чистый и низкий звук, слышимый далеко.) до «несобственно-прямой образности» «Всех сразу» (до чего ты дошел Бурахович говорит Саморджан / в твоем лифте имя твое процарапано в неприличном контексте / час дня Бурахович а ты совершенно пьян / лучше уйди Саморджан говорит Бурахович). Книга 2004 года Extra dry иллюстрирует переход к новой поэтике буквально, в ней «Песнопения Резо Схолия» выделены еще в отдельную главу, но во «Всех сразу» мы видим, как Резо (отчасти уже под другими именами) постепенно занимает все больше и больше места внутри авторской инстанции, почти сливаясь с ней, переставая быть виртуальным персонажем, каким, видимо, мыслился поначалу.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›