Оцените материал

Просмотров: 41198

«В коллективе все ясно. А личное — это область сомнений»

Екатерина Дёготь · 14/04/2009
ЕКАТЕРИНА ДЁГОТЬ поговорила с членом киевской группы «Р.Э.П.» НИКИТОЙ КАДАНОМ про то, как лучше идти молодым художникам — «свиньей» или поодиночке

©  Евгений Гурко

«В коллективе все ясно. А личное — это область сомнений»
Никита Кадан — целеустремленный молодой человек. С ним сложно просто поболтать. Если я, в самом деле, забалтываюсь и увожу разговор куда-то в сторону, он аккуратно поправляет: «Ну, так я продолжу». Мне это не мешает. Забавно лишь то, что, как сейчас водится у молодых художников, его художественной программой является обмен мнениями и коммуникация.

Никита Кадан — один из основателей киевской группы «Р.Э.П.», то есть «Революционное экспериментальное пространство». Группа образовалась на волне «оранжевой революции». Сначала человек двадцать молодых студентов Академии художеств просто, по сути дела, дурачились с политическим оттенком. Потом оказалось, что это искусство перформанса, революционного активизма и его можно показывать на выставках. Их стали приглашать в кураторские проекты, и для заграницы слова «украинское искусство» и «Р.Э.П.» стали синонимами. Часть народа продолжать эту линию не стали, осталось шесть человек: Никита, Ксения Гнилицкая, Владимир Кузнецов, Лада Наконечная, Леся Хоменко и Жанна Кадырова, у которой сейчас как раз выставка в московской галерее «Риджина». Они очень грамотно выстроили свою стратегию и продолжают выступать группой, теперь уже как кураторы проекта «Худсовет» и издатели сетевой газеты «Зомби», о чем ниже.

Встречаться с этими молодыми людьми, наиболее артикулированным из которых является Никита, для меня удовольствие, сопоставимое разве что с чтением лефовских текстов Осипа Брика. Все становится ясно и просто. И, в общем, правильно. Критика капитализма и гламура обретает четкие формы, программа противостояния ему кажется вполне выполнимой и небессмысленной. Просто хочется жить. Мне жаль, что в Москве так поговорить практически не с кем. Чувствуется, что под ногами у этих молодых людей твердая почва.

Это почва западных художественных институций. Недавно они, все шестеро, ездили на двухмесячную резиденцию в Лейпциг. Сделали новые работы и приобрели новые контакты. В основном их проекты сейчас — это серия «Патриотизм»: настенные росписи в виде пиктографического письма, в которых они в закодированном виде критикуют реальность Евросоюза, Украины и международного арт-мира. Нога в чулке означает проституцию, лира — искусство; их соединение — соответственно. Это не очень глубоко. Но неглупо, смешно и симпатично, мне по крайней мере. Такое художественно-политическое брюзжание: музей их пригласил, а они комментируют его политику и жалуются то на то, то на это. Это по-модному коллективно и выглядит очень продвинуто, так как похоже на аналогичные опыты 1920-х годов (Отто Нойрат) и освещается внутренним светом пролетарского авангарда, которого никто из нас не переживал и потому идеализирует.

©  Centro Luigi Pecci

Проект «Патриотизм. Гимн» на выставке «Прогрессивная ностальги», Центр современного искусства Luig Pecci, Прато, Италия 2007

Проект «Патриотизм. Гимн» на выставке «Прогрессивная ностальги», Центр современного искусства Luig Pecci, Прато, Италия 2007

Удивительно то, что при этом почти все рэповцы продолжают в индивидуальном порядке писать картины, причем достаточно традиционные (кроме Жанны Кадыровой — она скульптор). Это работа на местный рынок. Украинские галереи выставляют только живопись, пусть и, как здесь говорят, «в стиле контемпорари арт».

Работы Никиты Кадана, как и его товарищей, вошли в шорт-лист новой молодежной премии Фонда Виктора Пинчука. Я его с этим поздравляю. Но вдруг понимаю, что в списке номинантов премии есть и Кадан, и Кадырова, и Хоменко — но не «Р.Э.П.». Самый знаменитый украинский художественный коллектив на эту премию, как я понимаю, себя просто не заявлял. Решили, что так надежнее — идти в одиночку?

Никита говорит, что это потому, что премия — одно, а производство смыслов — другое, оно происходит на другой территории.

Эта территория, впрочем, тоже Никиту разочаровывает. «В полностью интернациональную художественную среду я тоже влипать не хочу, — говорит он. — Как послушал я юмор молодых [западных] художников про то, как надо лизать жопу куратору и как делать правильные левые проекты… У человека мощные работы, а думает он, оказывается, только о карьере. Через некоторое время кажется, что все такие и что я сам такой».

Рынок Никите тоже не нравится. Нравится только то обстоятельство, что арт-рынок устроен так, что торгует не художник, а кто-то другой; можно чувствовать себя хоть отчасти чистым. Но к концу нашего разговора (он проходил в Москве) он вдруг начинает беспокоиться, как там поживают киевские галереи, которые он только что пламенно критиковал, и не слишком ли на него после этого интервью обидится Центр Виктора Пинчука.

Я удивляюсь. Он объясняет смущенно: вот закроются они все из-за кризиса, как жить тогда? Грант за границей на всех шесть человек найти практически невозможно. Это была редкая удача, но она вряд ли повторится. И как быть дальше?

Да, это вопрос. Русские художники тоже пару раз пытались идти «свиньей». Так легче покорить западные институции, так меньше страшно, да и, действительно, тема построения сообществ сейчас важна и актуальна. Но длятся ли сообщества вечно? Готовы ли будут интернациональные институции — не всегда внимательные, не всегда терпеливые — принять также и индивидуальное творчество художников из раздражающе непонятной Украины?

©  Евгений Гурко

«В коллективе все ясно. А личное — это область сомнений»
Или же придется делать себя менее раздражающими, более гладко преодолевающими кишечные пути международного арт-мира, который с урчанием поглощает все новое и новое мясо?


Интервью с Никитой Каданом
Страницы:

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:1

  • sasha_ditmar· 2009-04-15 19:30:43
    Первый из вменяемых "молодых", о котором написал опенспейс.
    Однако вся эта институционализованность левоты многое опошляет.
Все новости ›