После путешествия по подвалам ты неожиданно выходишь в центр сцены пятиярусного театра, занавес поднят, в зале сидят люди, и они смотрят на тебя.

Оцените материал

Просмотров: 4625

Балетный звездопад в Германии

Анна Гордеева · 23/11/2009
Сильви Гиллем, Робер Лепаж, Рассел Малифант, Иржи Килиан и Джон Ноймайер почти одновременно одарили немецких зрителей своими новыми спектаклями

Имена:  Альфред Шнитке · Джон Ноймайер · Иржи Килиан · Ллойд Риггинс · Рассел Малифант · Робер Лепаж · Сабина Купферберг · Сергей Прокофьев · Сильви Гиллем

©  Sаdler's Wеlls

Сцена из балета «Еоннагата»

Сцена из балета «Еоннагата»

Последний осенний месяц собрал в трех немецких городах три спектакля, каждый из которых может быть отнесен к важнейшим событиям уходящего года. В Берлине показали «Еоннагату» — совместное сочинение Робера Лепажа, Рассела Малифанта и Сильви Гиллем, ими втроем и исполненное. В Гамбурге Джон Ноймайер возобновил «Трамвай “Желание”», впервые поставленный им двадцать пять лет назад. В Мюнхене снова можно было увидеть «Перелетных птиц» Иржи Килиана — спектакль, который выпущен в минувшем мае и который, по словам хореографа, будет его последним сочинением: продолжать балетмейстерскую карьеру 62-летний Килиан не собирается.

Лепаж, Малифан и Гиллем собрали самую разную музыку — от Баха до японских барабанов — и пересказали историю шевалье де Еона. Он был французским дипломатом и шпионом, который в XVIII веке добывал важные сведения для своего короля сначала в России, а затем в Англии. В России его при этом считали дамой — он носил женское платье и вел себя соответственно; когда же в Англии усомнились в том, что он мужчина, он вызвал обидчика на дуэль. С чисто физиологической точки зрения он принадлежал к сильному полу — это в положенный им час установили патологоанатомы; что же творилось у шевалье в голове, навсегда останется загадкой. Канадский режиссер, английский хореограф и французская балерина эту загадку так и не разгадали.

На сцене нет одного де Еона, который меняется, превращается, лицедействует (в название спектакля не зря, кроме имени героя, вклеено еще и слово «оннагата» — это амплуа в японском театре, призвание мужчины, играющего женские роли), есть сразу три его воплощения. Сильви Гиллем являет собой женскую часть души де Еона, Рассел Малифант — мужскую, а Робер Лепаж — вероятно, ту кошмарную старость, что стирает различие между полами.

Дольше других на сцене находится Лепаж: «Еоннагата» начинается с его выхода, где он неловко (но с удовольствием) фехтует мечом, и заканчивается его «вскрытием» — герой лежит на столе ногами к заднику, Гиллем и Малифант распарывают на нем одежду. Балерине, которая может все (первой балерине мира!), достались: монолог о том, кем был де Еон (Гиллем стоит на месте и разговаривает); диалог с Бомарше, которого, опять же, играет Лепаж, где де Еон «признается» в том, что он женщина (слова стерты и унылы — черт, как же можно было настолько скучно сочинить такую сцену); сцена написания письма (действительно сидит и пишет, ну, иногда не выдерживает, ноги взлетают стрелкой вверх, руки прорезают пространство) и маленький заключительный экзерсис у зеркала. У Малифанта с движениями тоже небогато. На берлинской премьере была овация; во второй, менее гламурный день возмущенные студенческие голоса кричали Лепажу «бу», явно обвиняя его (как единственного профессионального режиссера в троице) в нерациональном использовании возможностей балерины. Но она же сама этого захотела, не правда ли? Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›