Оцените материал

Просмотров: 26154

Блогеры обсуждают немецких гастролеров

Вания Каракасиян · 31/10/2008
Спектакли европейских «первачей» Михаэля Тальхаймера, Люка Персеваля и Томаса Остермайера вызвали у некоторых блогеров негодование, но у большинства — восторг

Имена:  Люк Персеваль · Михаэль Тальхаймер · Томас Остермайер

©  Tеатральный фестиваль «Сезон Станиславского»

 Cцена из спектакля «Замужество Марии Браун»

Cцена из спектакля «Замужество Марии Браун»

17—18 сентября, фестиваль «Александринский»

Deutsches Theater Berlin
«Фауст. Часть I» Михаэля Тальхаймера по поэме Иоганна Гете


Автор: haspar_arnery

«...Спектакль шел с синхронным переводом, поэтому страстный монолог Фауста несколько напоминал старый анекдот, про бразильский сериал где актриса кричит любовнику — «Кастрато!!! Импотенто!!!», а переводчик спокойным голосом говорит: «Уходи. Я тебя больше не люблю.»«

Автор: alraune_evil

«Минимум декораций — огромный вращающийся цилиндр во всю сцену и открывшаяся позднее кровать с белыми простынями.
Игра актеров просто завораживает! Это современный Фауст — чудаковатый, задиристый, молодой, живой; это современный Мефистофель — не традиционный красавец-мужчина с пороками, а само воплощение порока — грязный, противный, гадкий бес; это Гретхен — невинная, чистая, детская, глупая, смешная, подчеркнуто трагичная девушка.
И конечно же незабываемое Child In Time Deep Purple в середине спектакля».

©  AP

 Cцена из спектакля «Фауст»

Cцена из спектакля «Фауст»


Автор: kalakazo

«напыщенный штиль Гётевской трагедии
ныне перебивается сленговой пантомимой Мефистофеля,
вызывающий истовый восторг юной публики,
на язык молодёжного сленга
переводящий смысл происходящего:
про то как «чувак» с «тёлкой» «перепихнулись» без «презика»,
а «герла» ест-но «залетела»,
и потом пошла искать арботарий».

Автор: Pahail

«...понял, что самый неприятный вопрос который могла задать девушка в момент близости в 19 веке — веришь ли ты в бога?..»

©  AP

 Cцена из спектакля «Фауст»

Cцена из спектакля «Фауст»


Автор: love_foe

«...его спектакли — это подлинная актуализация. Не злободневность — но современность. И что толку, если через десять лет, не через 50, всего лишь через десять, люди прочитают, что Фауст — наш современник. Кроме подобных характеристик, у театральной критики фактически нет инструмента описать нашего современника, кроме как обозначить: Фауст — наш современник. Множество спектаклей можно безболезненно проанализировать и описать подобным образом, структурировав формальные особенности режиссуры и поставить в контекст современного театрального процесса. Но возникает спектакль, куда входит История. Входит Время. Как описывать время и историю в спектаклях Херманиса и Тальхаймера? Как соотнести спектакль с теми поворотами, роковыми, исторического маятника, который грозит разрушить мир. Безверие Фауста и веру Гретхен как вписать в сегодняшнее мракобесие, православных ряженых и поклонение золоту? Предлагаю, как раньше, в летописях, начинать так. В дни, когда грузины и осетины убивали друг друга на своих землях, правительство, устав грести бабло, запретило мультяшный канал, дабы не оскверняли нравтсвнные чувства людей, а столько-то детей умирало от рук взрослых, в Петербург привезли Фауста Тальхаймера. А как еще?»


20—21 сентября, фестиваль «Александринский»

Deutsches Theater Berlin. «Крысы» Михаэля Тальхаймера по пьесе Герхарта Гауптмана

Автор: love_foe

«Сегодняшние «крысы» — их надо было привезти на Новую драму. Чтобы еще раз неучам, который кричат что-то про театр, про то, что современность только через язык, новые сюжеты и тра-ля-ля... показать, что такое театр — когда очищенная, обновленная пьеса начала века в руках режиссера предъявляет такие трущобы людской души, такую крысиную жизнь сегодняшнего дня и слышен такой человеческий крик, рвущийся из-под земли, где навечно погребены люди, копошащиеся в маленькой щели между полом и потолком, согнув спины и головы с рождения, такой немой крик, что слезы стынут в глазах, не проливаясь.

©  Александринский театр

 Cцена из спектакля «Крысы»

Cцена из спектакля «Крысы»


Посадить в зал наших главных режиссеров — смотрите, подлецы, что такое, когда современность оживает в классической пьесе, когда режиссер беспощаден к себе и к актерам, потому что играть эту пьесу невыносимо, нужно быть очень мужественным, чтобы играть историю, где обезумевшие женщины вырывают друг у друга платочек, в который завернут умирающий ребенок. Где отец неумелыми руками вынимает из кармана, сложив ладони лодочкой, дешевую красную погремушку — и для него это — предельное выражение любви и напряжение духовной жизни. Все эти безумные женщины и девочки, обреченные младенцы, жалкие мужчины...»


19 октября, «Балтийский дом»

Schaubühne am Lehniner Platz
«Смерть коммивояжера» Люка Персеваля по пьесе Артура Миллера


Автор: tiki2tavi

«Оформление сцены минимально: ряд кустов в кадках, кресло, диван и телевизор, экран которого зрителю не виден, слышен лишь звук, когда Вилли Ломан, старый коммивояжер, включает его. Так могла бы выглядеть сцена в осовремененной постановке «Вишневого сада». И пьеса в исполнении немецких актеров, мне показалось, звучала очень по-чеховски, привычно для нас, потому и публика приняла ее почти единодушно...»

©  www.lukperceval.info

 Cцена из спектакля «Смерть коммивояжера»

Cцена из спектакля «Смерть коммивояжера»


Автор: kalakazo

«В спектакле всё как в их жизни:
ливер вываливающихся наружу пивных животиков,
грудастой силикон,
переодичное почёсывание в причинных местах,
и в качестве довеска,
для тинейжеровой развлекухи,
сексуальный всеобуч
в духе грязной немецкой порнографии.
Ну ещё и натуралистичныя сценки
из среднестатистической бюргерской жизни:
ор и рёв, срач и драч,
и то что с немецкого суржика
можно перевести, как «семейственная пое*ень»«

©  www.lukperceval.info

 Cцена из спектакля «Смерть коммивояжера»

Cцена из спектакля «Смерть коммивояжера»


Автор: polidarte

«...В целом — ощущение качественной, хорошо сделанной пошлости, которая смывает все пласты реальности. А апогей пошлости — смотрите, хлопайте, с*аные зрители — это поимая коммивояжёром песенка «Пусть всегда будет солнце», да, на русском, да, с трогательным акцентом».


25—26 октября, «Сезон Станиславского»

Münchner Kammerspiele
«Замужество Марии Браун» Томаса Остермайера по сценарию к одноименному фильму


Автор: Монастырь Дешо

«...очень, очень немецкий спектакль, он изящен и точен, как швейная машинка фирмы «Зингер», и бесстрашен как коммивояжер, который стучится с «Зингером» в окна каждой российской деревни (когда-то нам кто-то в университете пламенно рассказывал про этих коммивояжеров) — но он с немецкой педантичностью сделан по принципу — «тот же Фассбиндер, только театральными средствами»...»

Автор: Лев Семёркин

«Это не театральное сочинение, а театральное изложение. Игра в историю, а не «история замужества» непосредственно.
Как игра — спектакль очень хорош, но, поскольку события не «происходят с персонажами», а «разыгрываются актерами», происходящее не цепляет. К тому же игровая схема выглядит более однозначной, чем непрерывное живое действие «из мяса и костей».

Одна актриса (Бригитта Хобмайер) и четверо актеров собрались в павильоне, чтобы разыграть известный фильм Фассбиндера «Замужество Марии Браун» и тем самым разыграть кусок истории своей страны, главу из истории Германии. Они смотрят хронику, настраиваются, примеряют парики, костюмы, роли. Все кроме главной актрисы играют по несколько ролей (мужских и женских), переодеваясь прямо на глазах зрителей, даже не столько играют, сколько намечают слегка или шаржируют — прием оправдан, так как позволяет выделить главную роль, сыгранную всерьез, «в красках», окружив ее карандашными эскизами».

Автор: Valera Zolotukhin

«...самое интересное — это почти беспаузная игра, между сценами практически нет перерывов, а сменяют они одна другую с дикой скоростью. Темпы очень там здорово выстроены: это такой поезд, который набирает скорость, и вдруг как будто кто-то дергает стоп-кран, ближе к концу спектакля скорость резко замедляется, а в финале все летит к чертовой матери».

Автор: Лиза Биргер

«...финальная сцена проходит под комментарий матча Германия—Венгрия, 1954 год. Там Германия впервые становится чемпионом мира, здесь у героини личный крах. Ой, сколько я могу про это порассказать. У меня все личные драмы, кажется, по чемпионатам раскладываются. Я так детям буду рассказывать: и вот мы сошлись под португалию—англию на ЕВРО2004, расходились под бразилию—гану на чемпионате мира 2006, а португалию—германию 2008 лучше вообще никогда не вспоминать. Без шуток, кстати — просто вынуть из памяти навсегда. Вот так жизнь и футбол колотятся вместе, их слышно, как мое сердце в последний месяц, аж из соседней комнаты. А «Мария Браун» потрясная. У меня ни в одном кино не было такого чудовищного уровня сопереживания, как в этом спектакле. Очень личная сейчас, совсем моя история, как женщине нельзя быть сильной, потому что ее сила становится ее слабостью. эта и есть такая дырка, через которую тебя рано или поздно убьет. вообще же — очень не хватает театра. мне кажется, он должен вынимать душу из того темного чулана, куда я ее запихала».


В цитатах сохранено авторское правописание

 

 

 

 

 

Все новости ›