Я привык к роли изгоя в Омске… Но чмом, сукой, пидором я там себя сделать не позволил. Надеюсь, и здесь получится. Молитесь за меня.

Оцените материал

Просмотров: 82740

Толины письма. Часть 2

13/11/2009

©  РИА Фото

Толины письма. Часть 2
3 апреля

…Все ваши письма с описанием гражданских радостей и вообще чего-нибудь хорошего — единственное, что меня здесь связывает с «гражданкой». А здесь все «гражданское» воспринимается чуть ли не как божественное, пришедшее из другого мира. Да и вообще я человек не завистливый, так что про все ваши радости читаю с удовольствием. Ох, блин, мне здесь сейчас, конечно, плохо и тяжело, ну ничего, оптимизма не теряю.

...Про дедовщину — я думаю, дело в другом. Мне кажется, дело в самой системе. Не будь дедовщины — вся армия разрушится, разрушится снизу. Так же, как она бы разрушилась, если бы, например, не стало вдруг всех генералов или всех связистов. Ну, я не смогу сейчас это внятно объяснить — а главное, и не надо, потому что это все очень интересно и очень понятно (даже для меня!) описано в работе Константина Банникова «Антропология экстремальных групп».

В этой работе автор сравнивает армию с первобытным человеческим обществом, и сравнивает весьма убедительно. Там много внимания уделено всяким армейским традициям, которые сравниваются с традициями первобытных племен, и много внимания армейской иерархии — дедовщине. Ну вот во многом прочтение этой статьи и заинтересовало меня тем, чтобы «поставить эксперимент» и очутиться внутри этой странной системы.

И уже тогда мне стало думаться, что дедовщина — это обязательная составляющая армии. А оказавшись здесь, я окончательно в этом убедился. И хотя я здесь стою сейчас на нижних ступенях этой иерархии (как-никак, только 3 месяца еще), я понимаю, что без нее невозможно. Так же как невозможна наша жизнь без наркодилеров и ментов, которые их ловят, без взяточников и без стукачей, которые закладывают этих взяточников. И без наемных убийц, которые потом застрелят этих стукачей. И без умных психологов, которые напишут про это книжки. Дедовщина в армии — это наиболее эффективный способ организации (самоорганизации?) коллектива. Уж нравится нам это или нет (а мне, конечно, не нравится!).


26 апреля

Здесь многие (да почти все!) смеются, что я пишу письма на таких клочках бумаги, много раз сложенных, положив их на какую-нибудь деревяшку или просто на ладонь. Вот придурки! Во-первых: не их дело, на чем я пишу! А во-вторых: ну, ведь лучше я буду писать плохим почерком на мятой бумажке, чем на большом листке, но по одному письму в два месяца, как здесь многие делают. Да и то, что бумажка эта мятая — это от того, что я ношу ее все время с собой, в нагрудном кармане (прямо у сердца!), и достаю в любой момент, когда могу че-то черкануть.


30 апреля (после отбоя)

…Все никак не закончу письмо, поэтому нашел-таки в себе силы написать после отбоя. Огромное спасибо тебе, тебе и всем, кто меня не забывает и пишет мне! Вы очень мне этим помогаете!

Вот только несколько минут назад мне набил морду один козел, но сейчас мне уже пофигу на это, и я готов его простить, потому что знаю, что есть вы — люди, которые меня любят и ждут!


1 мая (вечер)

Получил недавно целых четыре письма, в том числе твоё. Причем вышло забавно: писал я письмо родителям, написал там, что мало писем от друзей получаю, тут нас куда-то дёрнули, я не дописал, и вечером того же дня 4 письма!

…Пожалуй, я не жалею, что пошел в эту ёбаную армию, всё-таки что-то она мне дала. Как ни странно, она дала мне много любви. Я просто переполнен здесь любовью к родителям, друзьям, свободе, музыке, искусству. Ко всему тому, что до армии у меня было, а сейчас — нет. Если мне удастся эту любовь сохранить, то армия прошла не зря. Почаще бы вспоминать, как было хреново здесь, и тогда мне будет всё время хорошо там.

...Блин, когда я твои письма читаю, или сейчас, когда пишу это, да и вообще частенько, когда есть время подумать — меня прямо разрывает от жажды всякой деятельности, поездок, книжек, общения! Чувствую себя пружиной какой-то, которую сжимают и сжимают, а разжаться не дают. Вот выпустят эту пружину из рук — и она по всей комнате из угла в угол запрыгает от счастья!

...Армия во многом штука очень парадоксальная, на мой взгляд. Вот, к примеру, каждый год призывают огромное количество парней, каждый год почти столько же демобилизуют. При этом армия остается очень закрытой организацией! Мне кажется, человек, не служивший, вряд ли, очень вряд ли поймёт, что это такое — армия. Потому что вот вроде я и книжки всякие читал, и форумы в интернете, и газеты, и телик, и с людьми разговаривал, но когда я сюда попал, я просто обалдел, насколько же армейская жизнь отличается от человеческой! Невообразимо отличается!

Но все устроено так мудро, что я об этом никому не расскажу при всем моем желании. Сначала у меня просто не было времени на это. Потом, когда я приноровился писать письма почти в любых ситуациях и условиях (кстати, это почему-то вызывает резкое недовольство моих сослуживцев!..), я уже привык к тому, к чему, казалось бы, нельзя привыкнуть, и уже не смогу об этом написать.

Это же гениально, просто гениально: огромная система, через которую постоянно проходит огромное количество людей, людей, выбранных наугад, «с улицы», без какого-либо серьезного отбора, людей разных, и система эта остается такой закрытой! ...Здесь очень много вещей, гениальных в своей простоте, гениальных и непонятных! Та же система коллективных наказаний: да, это безнравственно, бесчеловечно, аморально, незаконно и запрещено всем, чем только можно. Но зато как действенно! Когда из-за меня заставили отжиматься в противогазах (дошло до обмороков!), а потом приседать в сушилке весь взвод, это было гораздо хуже и тяжелее, чем когда просто сержант пошёл и избил меня. Еще мне раньше казалась невозможной такая огромная, полная и крепкая власть одного человека над другими. А здесь убедился, что еще как возможна!

Еще здесь я стал гораздо больше уважать всякие рабочие профессии. Всевозможных там сварщиков, токарей, комбайнеров и т.д. Во-первых, здесь много таких ребят (а многих моих сослуживцев, вообще-то, есть за что уважать, несмотря на весь тот негатив, который я от них получаю). А во-вторых, на собственном опыте я убедился: чтобы, например, овладеть такой профессией, как «механик-водитель БМД-1», требуется весьма много усилий. И умственных в том числе, о чем я раньше не думал! Так что слова «ПТУ», «техникум», «колледж» у меня больше не вызывают такого интеллигентско-высокомерного презрения, как у многих из нас.

Так что расхожую фразу «в армии я многое понял» в принципе можно и ко мне применить. Не то чтобы многое. Но что-то понял. Вообще, хоть и хреново тут, временами — очень хреново, но я пока ни разу не пожалел, что в армию пошёл. Но каждую секунду хочу вернуться...

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:15

  • Ko-K· 2009-11-15 03:23:17
    А мне понравилось!много конечно жёстких высказываний про осиновый кол и тд.,но интересно,интересно на столько,что я,случайно прочитав заголовок "Толины письма" и решив взглянуть на это одним глазком,дочитала до 4 странице.Читала взахлёб,обязательно найду 1-ю часть.Вообще хорошая идея,автор молодец.
  • ratgauz· 2009-11-15 04:35:24
    Первая часть вот здесь. http://www.openspace.ru/society/russia/details/13296/
    Мы рады, что вам интересно
  • lekar536· 2009-11-15 18:41:17
    действительно, армия показывает каков человек без всяких накруток, которые многие получают в привычном социуме
    все там по-умному)
Читать все комментарии ›
Все новости ›