Происходящие в музыке процессы имеют утешительно естественный характер.

Оцените материал

Просмотров: 11631

Возвращение к музыке

Анастасия Буцко · 04/02/2011
Внезапно появилось поколение дирижеров, у которых снова речь идет о главном

Имена:  Андрис Нельсонс · Густаво Дудамель · Даниэль Хардинг · Йоахим Кайзер · Кирилл Петренко · Корнелиус Майстер · Кристиан Тилеман · Кристиан Ярви · Пааво Ярви · Филип Йордан

©  Getty Images / Fotobank

Возвращение к музыке


Критик: Ям-баба-баба-ям! Ям-баба-баба-ям!
Дирижер: Ну да. Но татира-татира-татира-татам! Или бюп-бюп… Бюп-бюп…
Критик: Нет, но не здесь.
Дирижер: Конечно. А здесь Бетховен как будто говорит тебе: «Знаешь что, ты себе напозволял уже столько вольностей... Сейчас, пожалуйста, просто не делай ничего!»


Очаровательный словесный салат есть дискуссия о трактовке финала Восьмой симфонии. Беседуют величественный патриарх немецкой музыкальной критики Йоахим Кайзер и дирижер Кристиан Тилеман. Наверное, мало кто в мире настолько владеет материалом разговора, как эти двое. У Кайзера на слуху не только Караян и Бернстайн, но и Фуртвенглер с Кнаппертсбушем. Тилеман отводит в своем весьма избирательном музыкальном меню, состоящем исключительно из ключевых сочинений «большого немецкого репертуара», центральное место Бетховену: «Потому что Бетховен просто хорош!»

Только что Тилеман записал цикл бетховенских симфоний с Венскими филармониками (и исполнил его в Вене и Берлине). Запись вышла на DVD; на одном из дисков и ведут беседу о музыкальной кухне два гурмана и фаната — Тилеман и Кайзер. Удивительно, как язык этих двух людей, умеющих блестяще выражать свои мысли, растворяется при непосредственном приближении к музыке.

Если выделить одну характерную черту интерпретации Тилемана (о которой можно сказать все хвалебные слова, какие приходят на ум), то эта черта — скромность или строгость. То, что по-немецки называется словом Schlichtheit.

Дирижеру интересно следовать внутренней логике музыки. Он с детским азартом и тщательностью археолога обнаруживает в партитуре встроенные «антипрочтенческие механизмы»: «Он же очень умный, Бетховен! Он думал: вы тут захотите сменить темп? А я вам — вот так! Кстати, и у Рихарда Штрауса есть такие штуки!» (про шестнадцатые доли в «сцене у ручья»). Или — про начало Четвертой симфонии: «Я специально дирижирую его медленнее и значительнее, чем принято. Мне кажется, Бетховен это так имел в виду. Иначе это сногсшибательное, почти хоральное, я бы сказал, вступление мажорной темы делает его почти бессмысленным...»

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:3

  • il-canone· 2011-02-06 17:59:35
    Где да, там да.
  • spb4· 2011-02-07 16:57:01
    это про что?
  • pv· 2011-02-20 13:02:17
    очередное мда-а-а ((
Все новости ›