Оцените материал

Просмотров: 12849

«Тристан и Изольда» Билла Виолы в Мариинке-3

Дмитрий Ренанский · 20/06/2008
Валерий Гергиев отодвинул Билла Виолу на второй план

©  AP

«Тристан и Изольда» Билла Виолы в Мариинке-3
Валерий Гергиев уже давно мечтал показать в Санкт-Петербурге «Тристана и Изольду» Билла Виолы — четырехчасовую инсталляцию, созданную классиком видеоарта для трехлетней давности постановки вагнеровской оперы в парижской Opera Bastille. Год назад он привозил ее на свой фестиваль в Роттердаме, теперь очередь дошла и до «Звезд белых ночей». Эстимейт оправдался: «Тристан» стал центральным событием нынешнего мариинского форума и самым серьезным из случавшегося здесь в последние годы. Правда, фурор произвел не столько Виола, сколько Гергиев — музыкальная сторона проекта решительно отодвинула импортные видеофрески на второй план.

Хотя значительная часть забившей Мариинку-3 публики пришла именно что «на Виолу» — до того в России показывалась лишь одна его работа, десятиминутное «Приветствие». Являющаяся экстрактом всей виоловской эстетики четырехчасовая инсталляция к «Тристану» при таком раскладе тянет на персональную выставку. Эстетическая самоценность видеоряда очевидна (он уже успел побывать в музеях Нью-Йорка и Лондона безо всякого музыкального сопровождения), но зачем он понадобился опере Вагнера, так и осталось неясным.

©  Валентин Барановский  ⁄  Интерпресс

«Тристан и Изольда» Билла Виолы в Мариинке-3
Про самого Виолу все как раз более или менее понятно. Как и в прежних работах, он проверенным способом завораживает зрителя: что в конечном счете может смотреться более эффектно и завораживающе, чем снятые в рапиде всполохи огня или вибрирующие в воздухе ртутные шарики воды? В «Тристане» еле-еле ощутим слабый, но вполне уловимый душок масскульта: голливудское блокбастерство тихой сапой закрадывается в святая святых артхауса. Это удивительно гармоничный мир, в котором от начала и до конца царит дзенская пустота и невесомость. Эстетично донельзя, но энергии смыслов — ноль. Дальше следовало бы поразмышлять про встречу Инь и Ян, про попытки осмыслить вагнеровский миф с позиций буддизма, тантризма, суфизма и еще бог знает чего, — но только «Тристан» этого, право, не стоит. «You know, I hate spiritual fast-food», — говорила по сходному поводу героиня Пелевина. Нужно набраться смелости и отставить куда подальше пиетет перед живым классиком contemporary art: к опере «Тристан и Изольда» одноименная продукция Билла Виолы имеет самое опосредованное отношение. Вот какой-нибудь «Любви издалека» Кайи Саариахо или «Пеллеасу и Мелизанде» Дебюсси виоловский абстракт очень бы пошел. А Вагнер и Виола соотносятся примерно так же, как вулканическая лава и тот цифровой огонь, что составляет львиную долю визуалки «Тристана».

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›