На родине работает операция прикрытия денежных потоков, исполнители которой на все готовы, даже на то, чтобы выглядеть клоунами.

Оцените материал

Просмотров: 9855

Lentius, humilius, debilius, или Долг перед меньшинством

Максим Трудолюбов · 07/11/2011
Если советская ситуация отнимала у думающего человека гражданство, то нынешняя в известном смысле его возвращает

Имена:  Андрей Сахаров · Владимир Путин · Дмитрий Лихачев · Захар Прилепин · Иосиф Бродский · Сергей Аверинцев

©  Getty Images / Fotobank

Lentius, humilius, debilius, или Долг перед меньшинством
Передо мной как будто каждый день танцуют клоуны. Один на глазах у публики вытаскивает бумажник у зрителя и говорит потом, что никакого воровства не было. Другой играет в электронные игрушки и, разъезжая по арене на самодвижущейся тележке, всей стране переводит часы не в ту сторону. В зрительном зале кто-то занят своими делами, кто-то отворачивается, а кто-то смеется.

Представители группы, называющей себя «элитой», начиная с самого верха, настолько циничны, что нейтрально относиться к ним трудно. Если Путину в глаза Захар Прилепин говорит о воровстве его подопечных, то Путин смело в глаза Прилепину отвечает, что никакого воровства нет. И потом добавляет, что встречи с писателями ему перед выборами не нужны. Про бадминтон и про тайные поездки Медведева за рулем для наблюдения за уличным движением не приходится даже шутить. Тут сама жизнь смешнее и трагичнее вымысла.

Становится не по себе, и стремишься возвыситься над тем, что представляется несомненно «их» низостью и глупостью. Но этому высокомерию цена получается копейка и меньше. Как если бы на соревнованиях по прыжкам в высоту планку не поднимали, а опускали бы с каждой попыткой. Тут и разбег нужен помедленнее, и толчок послабее, и прыжок пониже. Получается олимпийский девиз (быстрее, выше, сильнее) наоборот: lentius, humilius, debilius. «Быть выше» жалкого или злого клоуна, писать и говорить об этом с полным сознанием своей правоты как будто становится легче. Но нет триумфа победителя. Так что, может быть, пора устраниться, отказаться от участия? То есть от высказывания? Или, например, «хватит ныть»?

Посмотрим.

В глубокое советское время, для того чтобы осознать, что товарищи в шляпах на Мавзолее над тобой издеваются, нужно было особое зрение. Чтобы стать другим в обществе, где все «зрячие» уничтожены, нужно было выполнить немало трудных духовных упражнений, прочитать запрещенные книги и пройти через испытания. Слепым и глухим нужно было научиться видеть и слышать, что почти невозможно. Незамутненное зрение обреталось одними благодаря образованию, другими с возрастом, третьими в силу опыта преследований и отсидок. Та планка была высокой, доступной очень немногим. И тех немногих мы до сих пор помним и читаем их книги.

Советский Союз в этом смысле был школой героев. Те немногие, кто осознавал масштабы общественной катастрофы и при этом сохранил здравый рассудок и способность к творчеству, были великими людьми. Выжить, состояться жизненно и творчески, не запятнав себя предательством или другой низостью, было, наверное, высшим человеческим пилотажем тех времен. И немногие стали фигурами уровня Лихачева или Аверинцева. Немногие стали знаменитыми мучениками системы, как Сахаров, и состоявшимися изгнанниками, как Бродский. Ничтожное, «малое» меньшинство.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:1

Все новости ›