Безвозвратно ушла эпоха, когда мы начали жить свободно.

Оцените материал

Просмотров: 73367

Воспоминания о «Трамвае»

Тим Собакин (Андрей Иванов) · 11/05/2011
Страницы:
    


КАК ВСЕ ПРОДОЛЖАЛОСЬ


Наш «Дом»


А продолжалась осень 1989 года. Концепция издания «ТИМ» была в принципе одобрена, что подтвердила резолюция: «5 экз. на белой бум.». Названия для журналов просто поделили по-братски: «Трамвай» и «Мы». Куда при этом «№» подевался, до сих пор остается загадкой.

Нас накрыло крышей издательства «Дом». Оно было создано Советским детским фондом для выпуска двух журналов, равно как и прочих книжек (в том числе «Сексуальной энциклопедии для детей младшего возраста» — были же времена, однако!).

Но главное: нашей редакции выделили отдельное помещение. Это была маленькая комната на площади газеты «Семья», которая и сама-то ютилась в большом издательстве «Известия». Не беда, что в этой комнатке находились еще и сотрудники газеты. Важно, что она была нашей! И мы могли там собираться... И придумывать лучший журнал в стране.

А пока привожу чудом сохранившийся набросок содержания самого первого номера «Трамвая» (темные капли на листе, скорее всего, от кофейного напитка).

Моя славная Команда

©  Предоставлено автором

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Почти сразу возник вопрос: а с кем, собственно, собираться?


Не хотелось бы утомлять подробностями, кто кого привел. Но утомлю. Ибо эти замечательные люди составили мою Команду.

В начале славных дел оставил свой след Григорий Кружков. Уж не помню, как мне удалось заманить его в штат. Вместе с Сашей мы придумали новую форму подачи материалов в детском издании: короткое вступление, из которого плавно «вытекает» название. Не всегда это устраивало меня, хотя и стало со временем фирменным стилем «Трамвая».

Кружков вскоре покинул редакцию (непременно читайте его воспоминания). Зато привел очаровательную сотрудницу по имени Татьяна Петросян. Она была мастерицей на все руки! И поэтом. И писательницей. Как она чудесно пела, играя на гитаре! Как владела английским языком. Ну, в общем... — это ее любимое выражение.

А потом пришел к нам Олег Кургузов. С ним я познакомился на совещании молодых писателей (были и такие сборища). До этого я читал его трепетные «Рассказы маленького мальчика». И теперь пытался завлечь в редакцию. Олег долго сомневался: он работал в «Журналисте» — весьма солидном издании. Но все ж таки сдался. И не пожалел!..

Наконец, появилась Наталья Алеева. Ей подсказала дорожку известный литературный критик Лола Звонарева. Работала Наталья с авторами. И лишь через год проявилась ее способность: доступно говорить о сокровенном — общении с Богом.

В начале той же осени главным художником «Трамвая» стал Анатолий Дубовик. Его пригласил в редакцию Саша Гланц, который успел-таки нарисовать обложку для первого номера. Толя очаровал всех! Впрочем, разговор о нем чуть позже.

Ну, в общем... резюме

По прошествии более двадцати лет могу с присущей мне скромностью смело заявить: да, я был лидером журнала «Трамвай».

Но: что бы я делал без моей славной Команды?

Идеи могут придумывать многие. У меня это лучше всего по жизни получается. Весь фокус в том, чтобы докрутить сырую идею. Еще важнее — воплотить в жизнь (как говорится, довести до ума). Для того и необходима Команда. И она у меня сложилась.

А теперь спустимся с небес на землю и посмотрим, как все это отображалось в официальных документах.

На коленке

Следует учесть важный факт: во времена «Трамвая» у нас не было ни компьютеров, ни сканеров, ни мобильных телефонов!.. (Ксерокс, возможно, и был — у председателя КГБ.) Инструментами нам служили: ручки, карандаши, пишущие машинки, клей, линейки и ластики. Повторяю для тех, кто не всосал. Мы понятия не имели о таких полезных вещах, как ноутбук, смартфон, лазерный принтер, флешка, МР3-плеер, не говоря уж про интернет с его e-mail и ICQ... Зеркальная фотокамера казалась чудом техники!

Потому столь важными для журнала были: художественный редактор Наталья Панасенко, которая колдовала над рисунками и фотографиями, выклеивая макет вручную; а технический редактор Оксана Мерзликина вымеряла линеечкой по миллиметрикам все-все-все странички. Современным верстальщикам в кошмарном сне не привидятся те допотопные способы макетирования.

А письма в конвертах... Теперь их почти не шлют. Тогда же коридор «Семьи» был уставлен высокими бумажными мешками с посланиями от детей. И в этот океан ныряла редактор отдела писем (заметьте: отдела!) Наталья Решетникова, отыскивая жемчужины детского творчества.

До сих пор не понимаю, каким непостижимым образом мы ухитрялись делать чудесный журнал! Ведь «Трамвай» создавался буквально на коленке. У меня в редакции даже не было отдельного стола — только два ящика, где хранились рукописи авторов. Лишь художник располагал отдельным столом, на котором лежали святая святых — оригиналы рисунков.

Кстати, об иллюстрациях

Детское издание запоминается рисунками. Тексты, как это ни печально звучит для Автора, материал вторичный. Художник — вот кто главный в детском журнале! Ибо «цепляет» в первую очередь внешнее оформление. Какими бы ни были увлекательными сказка или стихотворение, мало кто станет читать их, если рисунки унылы.

Слава художнику «Трамвая» — Анатолию Дубовику! Именно он сумел найти сподвижников, которые исправно снабжали журнал превосходными иллюстрациями. Их можно было вешать на стену (иллюстрации, а не художников) и любоваться в часы досуга.

Одна беда с художниками: они двух слов связать не в силах. В смысле письменной речи. С устной речью у них все в порядке: так могут послать, что мало не покажется! Зато написать пару строк о себе — уже проблема. Приходится это делать за них.

P.S. А вот и неправда! Ни один из художников никуда меня не посылал. Недавно я позвонил Толе, прервав его полночный ужин. Он терпеливо слушал меня минут восемь... И лишь потом заметил:

— Вообще-то ты рискуешь. Я жутко голодный.

Теперь — о главном

©  tramway.msk.ru

Обложка журнала «Трамвай», февраль 1993

Обложка журнала «Трамвай», февраль 1993

Нет, речь не обо мне. Кто бы доверил почти никому тогда не известному Тиму Собакину (само имя уже вызывало подозрения) руководить детским журналом? Да еще без испытательного срока. К тому же я никогда не состоял никаким членом никакой КПСС, а в те времена без этого — хана! Гуляй в наморднике. И не хрюкай.

Сперва меня приняли редактором отдела, какого именно — уж не вспомнить. Вот документальное подтверждение сего факта:

Важна ли была должность? Да не особенно. Лишь бы давали возможность сеять «разумное, доброе, вечное»... И мы сеяли!

Но ведь не могли же оставить нашу «банду» без надзора? Кто за нами присматривал? Сергей Александрович Абрамов — главный редактор газеты «Семья». Когда я пишу эти строки (март 2011), он уже член Общественной палаты РФ. А тогда запросто входил к нам в комнату. И что характерно: читал каждый номер журнала от корки до корки. И почти ничего не «заворачивал»...

С попустительства С.А. мы и творили все наши безнаказанные дела. А он НЕ МЕШАЛ! Случались, конечно, «указания сверху», но мы их постепенно научились обходить. В общем, Сергею Абрамову следует выразить отдельный РЕСПЕКТ!


COLD SONG


Если кто не знает английского, я переведу: «Холодная песня». Ее исполняет один из моих любимых певцов и музыкантов — STING (обязательно послушайте его диск If on a Winter’s Night). Именно эта песня созвучна последней части моих воспоминаний (хотя тогда ее и в помине не было).

А что же было?

А началась зима 1989 года. Слякотная и мерзкая — как всякая зима в нашей славной стране.

Но мы не унывали! Поразительно: и кушать было нечего, и пить было нечего, и жить было нечего. А мы — жили! И творили...

Как тут не вспомнить эпизод, достойный кисти Репина.

Вот заходит к нам писатель Сергей Шац. С порога бухается на стул и шумно восклицает:
— Все люди рыщут, чем бы поживиться!
— И что? — спрашиваем мы.
— А вы тут сидите, будто вам все по ф...
— А нам и есть все по ф... — отвечаем мы.
— Прямо оазис какой-то!

Не найдя подходящих слов, Сергей Шац незаметно уходит в далекую Америку.
Мы же остаемся. Чтоб изготавливать «Трамвай».

Как много авторов хороших

На самом деле это девушек много хороших, а вот авторов еще поискать надо! Поэтов и прозаиков всегда хватало. Но половину журнала занимали познавательные статьи обо всем на свете (мы их в шутку называли «науч-попами»). У «Трамвая» уже складывался свой неповторимый стиль. В каждый номер требовались материалы на четко определенные темы.

Каков был выход? Только уповать на творческие силы внутри коллектива. Пока объяснишь постороннему автору, о чем писать да как подать, легче самому это придумать. Нередко получалось, что сотрудники редакции (Олег Кургузов, Таня Петросян, Тим Собакин) сочиняли почти все «науч-попы». Однако неэтично было печатать в номере несколько текстов под одним и тем же именем. Завистники бы ворчали: мол, оккупировали журнал — и не пускают никого! Вот почему нам приходилось использовать псевдонимы. А когда их не хватало, то порой оставлять без подписи даже крупные материалы. Не говоря уж о всякой мелочовке.

Впрочем, это вскоре стало игрой. Особенно резвилась Таня Петросян. Почти все ее псевдонимы были с «кулинарным» уклоном: Т. Эскалопьева, Э. Е. Шоколадкина, Тамара Креветко и многие другие. Олег сперва не слишком охотно соглашался на такие хитрости. Зато мои псевдонимы почти все зародились в «Трамвае» (читайте в «Комментариях», смотрите в «Приложении»).

Нууу вооот...

Вдруг выясняется, что Советский детский фонд не в силах напечатать «Трамвай». Вопить «Слава КПСС!» все способны, а вот на издание журнал денег нет (эта история повторится через год).

Первый номер давно готов. Подписка закончилась. Читатели забрасывают редакцию письмами: «Когда же???». А журнала нет.

Детский фонд конвульсивно (извините за слово) содрогается. А напечатать нигде и никак не получается! Эх, жалко, Толя Дубовик не обладает писательским даром. Уж он-то подробно бы рассказал о всяких злоключениях с изданием «Трамвая».

Как его мытарили в разных типографиях (город Чехов мог бы стать первопечатником!). Чуть ли не решили выпускать наполовину черно-белым: один разворот — цветной, другой... сами понимаете. Кстати, мне эта идея поначалу даже понравилась: а почему бы нет? Но не в каждом же номере же... же-же-же!

Наконец чудом отыскали типографию в Финляндии. Там наш «Трамвай» и воплотился в жизнь. Особо дотошным советую глянуть на выходные данные первого номера (последняя обложка). Сравните даты: «сдано в набор» и «подписано в печать». Чувствуете разницу?

Тем временем

Возле «Московских новостей» толпились люди, жаждущие:

— Свободы! Свободы! Свободы!

А в четырехстах метрах от них в муках рождался свободный детский журнал — и никому до него не было дела.

В начале декабря на страницы газеты «Семья» выкатился 24-й (прощальный) выпуск «Трамвай № Мы». Полюбуйтесь им:

©  Предоставлено автором

Вырезка из газеты «Семья» с анонсом издания журнала «Трамвай»

Вырезка из газеты «Семья» с анонсом издания журнала «Трамвай»

Там уже вовсю орудовали А. Дубовик и А. Иванов. Они давно были готовы стать отцами нового «Трамвая». Но история пока не позволяла совершить этот знаменательный шаг.

Забегая вперед, по секрету скажу, что «Трамвай № Мы» совершит еще 25-ю, юбилейную поездку. И случится она в ноябре 1993 года, на его же страницах. Но это вы увидите в томе 3.

А пока мы лишь мечтали о будущем. Хотя никто не знал, что случится потом: ни руководитель Сергей Абрамов, ни председатель фонда Альберт Лиханов, ни первый и последний Президент СССР Михаил Горбачев.

Никто ничего не знал...

Как есть

Самые продвинутые читатели моих воспоминаний (наверняка поклонники «Трамвая») заметят, сколь вяло я начал. И как бурно заканчиваю! Не в вялости и не в бурности дело. Я лишь отображаю ход событий as is (англ. как есть). Просто вспомнилось... Ведь то была ЭПОХА, которую нам не вернуть! И надо ли???

©  tramway.msk.ru

Рисунок А. Балдина. Из материалов журнала «Трамвай», апрель 1990

Рисунок А. Балдина. Из материалов журнала «Трамвай», апрель 1990

Я столько сил отдал первым номерам «Трамвая», что душа моя больше не могла терпеть издевательств над родным чадом. И мы с женой Машей задумали развеяться в королевстве Норвегия. Некоторые скажут: свезло! Но чего нам это стоило. Загранпаспорта, транзитные визы (мы ехали через Финляндию и Швецию), билеты, дорожные чеки (обменных пунктов валюты еще не было)... И везде безумные очереди! Едва приоткрыли границы. За их пределы мы и двинулись 12 декабря 1989 года.

НО:

даже когда я плыл на роскошном пароме Silja Line (и у меня «чавка отвисала» при виде капиталистического изобилия), то робко думал: купить бы ликер Amaretto да угостить своих сотрудников;

даже когда я встречал 1990 год в игрушечном городе Бергене и наблюдал фантастический фейерверк, тоже думал: наступит время — и пышный салют устроят в честь «Трамвая»;

даже когда я стоял возле домика композитора Эдварда Грига, озирая туманные горы по берегам фьорда, то и тогда думал: а слабо автору «Пер Гюнта» сочинить столь бесподобный «Трамвай»;

даже когда я слушал на улицах Осло супермодную той зимой песню «Ламбада» (хотя танцевать под нее от тоски не хотелось), все равно думал, как там поживает мой журнал;

даже когда я возвращался в поезде «Хельсинки — Москва», то уже до невозможности настойчиво думал: выйдет ли когда-нибудь наш многострадальный «Трамвай»?..


Страницы:

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • ax_22· 2011-05-15 00:03:05
    Любовь моя, ты возвращаешься! 8 лет мне было в 91 году. Картинки и тексты из журнала - как часть сознания. Спасибо создателям и родителям!
  • 9117417717· 2011-06-02 16:53:26
    Так в чем же оказалась проблема? Почему журнал перестал издаваться?
Все новости ›