Как говаривал Александр Моисеевич Пятигорский, политикой является все то, что вы считаете политикой.

Оцените материал

Просмотров: 15715

Кирилл Кобрин: «Журналист “Свободы” – не робот»

Глеб Морев · 31/01/2011
Главный редактор Русской службы «Радио Свобода» рассказал ГЛЕБУ МОРЕВУ о том, из чего состоит «политическое», об эволюции радиостанции и о сухарях и каше

Имена:  Кирилл Кобрин

©  Евгений Гурко / OPENSPACE.RU

Кирилл Кобрин

Кирилл Кобрин

Историк, писатель и журналист Кирилл Кобрин сменил на посту главного редактора Русской службы «Свободы» тяжело заболевшего Петра Вайля осенью 2009 года. Несмотря на то что в статусе Кобрина вот уже полтора года остается обозначение «и.о.», OPENSPACE.RU решил поинтересоваться результатами работы нового главреда и его видением места «Свободы» среди российских медиа.


– Кирилл, есть, как известно, медиа и не-просто-медиа. «Радио Свобода» совершенно очевидно относится к последним. Есть легендарные советские медиа, такие как «Правда» или «Известия», а есть столь же легендарные антисоветские, и прежде всего «Радио Свобода». Этапы истории «Свободы» прямо соотносятся с историей политической свободы в России: подпольная эпоха до начала 1990-х; постоянные разговоры о ненужности радиостанции и ее скором закрытии в ельцинское время; путинский период, едва ли не начавшийся с громкой истории похищения корреспондента «Свободы» Андрея Бабицкого, – и, наконец, второе десятилетие XXI века. «Свобода» продолжает активно функционировать в России. Как менялась радиостанция за то время, что вы здесь работаете?

– Если попытаться ответить одной фразой, то, пожалуй, такой: «Она становилась современнее». Дело, конечно, не только в технической стороне дела... но я не стал бы и преуменьшать ее. Вы же понимаете, medium is a message, и так далее, мы все это проходили, и, думаю, не зря. Да, с точки зрения технической середина девяностых, когда я в качестве фрилансера стал работать на «Свободу», было временем, как бы вам это сказать... «хвостатым», что ли. То есть в нем еще можно было узреть «хвосты» прошлой технологической эпохи: диктофоны с кассетами, заказы звонков за границу и в другие города, и все такое. Это была переходная эпоха, ведь уже давно существовали компьютеры, делал первые шаги массовый интернет. И вот прошло чуть больше пятнадцати лет. Мы живем совершенно в иной эпохе – технологически, конечно (я не буду перечислять все новейшие штуковины, изменившие эту сферу, их читатели знают гораздо лучше меня). Но вот что интересно – мир-то не сильно поменялся; он во многом живет старыми проблемами, конфликтами и даже идеологиями. Национализм, бедность, диктатуры разной степени разболтанности – все это составляет важнейшую часть нашей жизни при всей ее, жизни, новых игрушках, айпэдах и твиттерах. Я уже не говорю о такой ключевой – и для того мира, и для этого – вещи, как нефть... Как была она, наряду с водой, самой важной для землян жидкостью, так и осталась... Итак, «Свобода» менялась, и резко менялась, и сейчас меняется, но суть того, о чем мы рассказываем слушателю, читателю, зрителю (теперь ведь это так: нас слушают, читают и даже смотрят), та же самая: положение человека в современном мире; его права – политические, экономические, социальные, религиозные; то, как эти права и интересы представлены в политической сфере, в каком культурном, научном, ином социально значимом контексте он живет – и, конечно же, что происходит со средой его обитания... И вот здесь еще одно очень важное направление того, как менялась «Свобода». Мы расширяем наш тематический подход, пытаемся создать свою собственную повестку и предложить ее аудитории, которая, кстати говоря, тоже довольно серьезно обновилась. Причем обновилась и за счет расширения тематики, и за счет нашей перманентной свободовской технологической революции. Наша аудитория молодеет, при том что мы стараемся, и, как мне кажется, небезуспешно, сохранить и старого свободовского слушателя. Оттого наша персональная технологическая революция носит довольно сдержанный характер, как бы это сказать... не хочется использовать понятие «консервативной революции», которое, как известно, имеет совсем иной, чуждый нам политический смысл... но – в ином значении – что-то близко к этому.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›