В 1996 году вы могли из блогов узнать мнение 12 людей, владеющих языком HTML. Сегодня можно узнать мнения 120 миллионов человек, не владеющих никаким языком, даже, может быть, своим родным.

Оцените материал

Просмотров: 12697

Юлия Идлис. Рунет: Сотворенные кумиры

Станислав Львовский · 08/09/2010
Том комментированных интервью с популярными блогерами. OPENSPACE.RU представляет фрагменты глав, посвященных Антону Носику, Артемию Лебедеву и Марте Кетро
Фрагмент обложки книги Юлии Идлис «Рунет: Сотворенные кумиры»

Фрагмент обложки книги Юлии Идлис «Рунет: Сотворенные кумиры»

Книг о блогах на русском языке издано уже довольно много. В большинстве своем они имеют подзаголовки вроде «Создать и раскрутить», «Как заработать миллион» и прочее в этом роде, потому что ориентированы на аудиторию маркетологов и специалистов по PR. Последние покупают их с охотой, поскольку видят инструмент, который явно можно использовать, но как именно его использовать, в большинстве своем не понимают. Не сказать, чтобы авторы этих пособий понимали сильно больше, но они по крайней мере успешнее делают вид. Между тем ясно, что перемены, которые принесло собой развитие блогосферы, далеко не ограничиваются сферой маркетинговых коммуникаций. А вот книг, рассматривающих этот сюжет с более широкой точки зрения, по-русски явно не хватает. Дефицит настолько острый, что предыдущая попытка, представляющая собой едва замаскированный объемный рекламный буклет компании SUP (что само по себе ненаказуемо, только что маловато) и та вызвала у публики вполне живой интерес. «Рунет. Сотворенные кумиры» — книга не о блогах, а о тех, кто их пишет. В этом смысле она не заполняет ту пустоту, в которой должны находиться русские книги вроде We're All Journalists Now: The Transformation of the Press and Reshaping of the Law in the Internet Age Скотта Ганта, The Future of Reputation Дэниела Соловэя или We’ve got blog. Тем не менее это большой шаг вперед: выбранный жанр не подразумевает серьезной социокультурной рефлексии по поводу происходящего, однако для внимательного читателя книга оказывается весьма информативной и может послужить прекрасным источником материала для такой рефлексии. Герои книги — dolboeb, snorapp, mrparker, tema, drugoi, vero4ka, stalic и marta_ketro. В содержании они обозначены именно так: речь идет не о людях в целом (ну или по крайней мере такова заявка), а именно об их блогерских ипостасях. Прямая речь героев обильно проиллюстрирована цитатами из их же блогов, а собственно авторский комментарий сведен если не совсем к минимуму, то около того; в большинстве случаев он выполняет функцию сообщения информации, дополнительной к разговору. От некоторых вопросов интервьюируемые уходят — кто более, кто менее ловко; на некоторые отвечают, кажется, излишне подробно. Собственно, это в книге чуть ли не самое интересное: людям, многие из которых (не все) получили широкую известность прежде всего (или не в последнюю очередь) благодаря саморепрезентации в блогосфере, дается возможность относительно свободно рассказывать о себе самих в интервью. Получившаяся картина ценна не только как компендиум свидетельств (пусть и слабо, но структурированный) — она заставляет задуматься о том, как саморепрезентация меняется в зависимости от выбранного медиа. Это уже, впрочем, повод не для вступления к публикации фрагментов, а для отдельной статьи.

*

dolboeb — блогер-универсал

История о том, как dolboeb стал dolboeb’ом, от многократного повторения превратилась почти что в притчу. Как говорит сам Носик, это притча про «общение между живым человеком и неживой многопользовательской СУБД» (системой управления базами данных).

— Вот, у тебя есть логин на «Ведомостях», и ты была первая, кто залогинился на «Ведомостях», и ты была там Julia, — тоном библейского пророка начал Носик, когда я спросила его, почему все-таки он dolboeb. — А пришла ты на «Коммерсантъ» логиниться — там за пять лет до тебя залогинилась какая-то Julia. В результате ты заебешься разбираться, где ты Julia, где ты Idlis, где ты Julia Idlis и т. д. В 1994 году, когда для меня эта проблема актуализировалась, Anton где-то был свободен, а где-то занят. Помнить, где я кто, уже тогда не хотелось. Поэтому я взял первый попавшийся набор латинских букв, которые легко один раз на всю жизнь запомнить и который всегда будет свободен в любой англоязычной вновь создающейся системе логинов, будь то Yahoo, Geocities, Wall Street Journal, New York Times, Usenet, Gmail, — потому что никого так не зовут, и ни у кого это не фамилия, и ни в каком западном языке случайного омонима нет. Иначе говоря, это просто набор букв, который гарантированно свободен в любой западной системе регистрации. Российских систем, предусматривающих регистрацию, тогда еще не было. До появления Mail.ru оставалось четыре года. Соответственно, это было удобно — помнить, что ты везде вводишь эту строчку и везде либо она свободна, либо она твоя. А потом, в связи с тем что некоторым пишущим журналистам понравилось существование ЖЖ как системы, его стало модно обсуждать в прессе. И тут встал вопрос, готов ли я к публичному предъявлению себя окружающему миру. Выбор был простой: либо завести журнал Anton Nossik, чтобы взаимодействовать с миром, либо не заводить его и не взаимодействовать. Поскольку на тот момент я совмещал самое большое в своей жизни количество руководящих должностей в разных холдингах, корпорациях и редакциях — главный редактор объединенной редакции интернет-вещания в «Медиа-Мосте», вице-президент «Рамблера», генеральный директор и главный редактор «Ленты.ру», главный редактор газеты «Вести», — то комментариев в неделю у меня брали десятки. И все, что я хотел сказать широкой публике, этим, а также «Вечерним Интернетом» исчерпывалось. А в ЖЖ я позволял себе какие-то высказывания, и мне совершенно не хотелось, чтобы они становились предметом обсуждения в прессе. И мне пришло в голову, что, имея такой ник, можно гарантировать, что никто не будет цитировать тебя как тебя.

— Почему? Цитировать-то все равно можно.
— Нет. Цель была достигнута на пять полных лет.
— То есть тебя пять лет не цитировали в прессе?
— Мой ЖЖ — нет. Пять полных лет это было табуированное слово для местной прессы. Потом уже, когда, блядь, Головинский суд рассмотрел иск Льва Сигала к журналу dolboeb и половина иска была посвящена размещенным в этом журнале комментариям, «Газета.ру» написала, что моя большая заслуга перед отечественными блогерами состоит в том, что я сделал слово «долбоеб» частью делового оборота в виде судебных документов.

<…> Что бы Носик ни говорил о своих мотивах, сочетание букв dolboeb уж никак не было для него случайным. Мат — такая же торговая марка для него, как и для Тёмы Лебедева; разница в том, что Тёма ограничивает его употребление публичной сферой (то есть матерится только в своем ЖЖ на глазах у нескольких десятков тысяч читателей), а Носик с удовольствием матерится как в ЖЖ, так и в личном общении, и в интервью для прессы. Он и в современную литературу вошел как персонаж, наделенный двумя исключительными качествами: доскональным знанием компьютера и интернета и виртуозным владением ненормативной лексикой.

<…> Первая подзамочная запись в ЖЖ будущего мультитысячника и человека, который в компании СУП будет занимать загадочную должность Social Media Evangelist, то есть одновременно торговать лицом одного из самых популярных блогеров Рунета (dolboeb’а) и служить мальчиком для битья в конфликтах блогеров с администрацией «Живого журнала», — первая подзамочная запись в его ЖЖ появилась 25 февраля 2001 года. В ней хозяин журнала, у которого тогда было около 70 подписчиков, обещал, что станет вести его под замком, как только в ЖЖ соберутся «все правильные люди», и добавлял: «Надо только попинать хозяев ЛивЖурнала, чтобы сделали еще пару вариантов protected mode:

* записи, доступные только зарегистрированным пользователям сервиса;

* записи, доступные тем, кто тебя во friends добавил.

У кого-нибудь есть с этими орлами контакт?»

Отличие пользователя dolboeb от подавляющего большинства других пользователей «Живого журнала», которые тоже в свое время начинали с нескольких десятков френдов, состоит в том, что через пять лет после такой записи, в октябре 2006 года, Антон Носик уже встречал в Домодедово с цветами Брэда Фитцпатрика, создателя Livejournal.com, прилетевшего в Москву, чтобы оформить партнерство с созданной не без участия Носика компанией СУП, получившей право обслуживать кириллический сегмент «Живого журнала». А 12 марта 2007 года СУП объявила о покупке Livejournal Inc., то есть всего Livejournal целиком.

Секрет в том, что Носик, в отличие от подавляющего большинства посетителей сети, действительно готов вкладываться в то, что его интересует. Искать контакты американского студента, сделавшего Livejournal.com, чтобы сообщить ему, как именно можно улучшить его сервис. Выяснять у лингвистов, почему в английском варианте написания фамилии Nossik правильно писать две буквы s. Шерстить интернет в поисках следов первого советского ВИЧ-инфицированного, чтобы написать пост из серии «100 фактов о себе». Это вообще отличает потенциального и реального мультитысячника от всех остальных пользователей: первый готов заморачиваться, если его что-то заинтересовало; у последнего интерес так и остается интересом.

А может, секрет в том, что Носик знает будущее. Ну, или, во всяком случае, твердо уверен, что знает. «Блоги существовали задолго до того, как выдумалось это слово, — скажет он в публичном интервью в рамках проекта “Разговорчики” в том же 2006-м. — Были люди, которые периодически публиковали свои соображения, наблюдения, какие-то ссылки, рекомендации и так далее, и каждый следующий выпуск клали выше предыдущего с возможностью обсуждения написанного здесь же, на странице. Лично я этим занимаюсь с 24 декабря 1996 года, а термин “блог” считается датированным 1999 годом... Тогда это было только у тех, кто мог сверстать HTML-страницу, это зависело от усидчивости, от технического любопытства — это все был порог входа. Этот порог входа закреплял поляну интернет-вещания за людьми, способными себе соорудить микрофон. Слово “блоги” отражает некую историческую эпоху: микрофоны слепили и раздали всем и каждому... В 1996 году вы могли из этих блогов узнать мнение 12 людей, владеющих языком HTML. Сегодня можно узнать мнения 120 миллионов человек, не владеющих никаким языком, даже, может быть, своим родным».

*

tema — блогер-экспериментатор

С 2008 года любой пост в блоге tema в среднем собирает от 200 до 400 комментариев. Самые комментируемые — посты в формате «Фуршет», которые Лебедев пишет 15 числа каждого месяца, начиная с января 2009 года: каждый из них собрал рекордное для «Живого журнала» число комментариев — 10 тысяч, — после которого счетчик в ЖЖ перестает учитывать новые комментарии, а Windows Vista виснет, отказываясь загружать окно с таким постом.

— Вы читаете все комментарии, которые вам пишут?
— Ну, не все. Но у меня есть технология — как сделать так, чтобы быть в курсе того, что там написано, и чтобы у людей было ощущение, что соблюдаются правила, которые установлены в моем монастыре. То есть, если я баню за анимированные юзерпики, я должен это правило соблюдать. Иначе, если я не буду читать комменты, я не узнаю, что там есть анимированные юзерпики, а значит, внутри начнутся деградация и гангрена. Газон нужно стричь обязательно.
— И как же вы его стрижете?
— Я стригу его на быстром скроллинге. — Тёма Лебедев подхватывает мою же издевательскую интонацию. Из его уст это звучит еще большей издевкой над тысячами пользователей «Живого журнала», если это вообще возможно.
— На быстром скроллинге можно увидеть анимированный юзерпик комментатора?
— Конечно. Для этого нужно 100 миллисекунд.
— А прочитать сам комментарий?
— Читать все комментарии подряд — нет такой задачи, это неинтересно. А паттерны все равно более или менее одинаковые. Ну и есть люди, чье мнение меня волнует, —соответственно, их я читаю, я их помню по юзернейму или по юзерпику. Остальные — просто по диагонали очень быстро. Поэтому я в курсе, что обсудили внутри.

Пост [призывающий «оставить комментарий, который неизбежно вызовет приступ бешенства у оппонентов»] собрал больше 3500 комментариев. Они складывались, например, в такие диалоги: «Все, кто выше и ниже меня, — долбоебы!» — «Ебал я всех, кто ниже ростом!» Или такие: «Я тебя люблю!» — «Отсосешь?» Или такие: «Тёма, ты гад, я всегда хотел себе ник тема, а ты его занял. Все темы ассоциируются с тобой, тебе должно быть очень стыдно» (tema_marvin). — «Просто ты лузер!» (tema). Среди комментирующих нет ни одного обладателя анимированного юзерпика.
Страницы:

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • hans-zivers· 2010-09-11 19:03:42

    Ну что сказать. Интервью Носика нормальное и даже интересное, с Мартой Кетро тоже интересно было, хоть я не разу её жж не читал. Но Артемий как был городской дурачок, так им и остался. А все эти закидоны типа "Я вот сказал "хуй!" для того, чтобы офисные работники заинтересовались Жилем Делёзом и читали Камю" это дешевая, в его стиле, и довольно толстая демагогия, не знаю, зачем и кого он пытается ею впечатлить. К счастью, проходили уже, ага, лет в 17-18.
    Артемий Татьянович был и остался юродивым, дурачком на паперти ЖЖ.

    А писать про таких в книгах\интервью – себя унижать. "Хуй, говно и фотожаба" – мне кажется, этот девиз, как раньше девиз на фамильном гербе, полностью отражает суть Артемия Лебедева и его жизни.
  • oved· 2010-10-25 16:53:46
    "акулы" ЖЖ-планктона в одном флаконе
Все новости ›