Оцените материал

Просмотров: 57384

Брусникин, Акунин, другой?

Екатерина Кронгауз · 23/05/2008
Автор «Девятного Спаса» упорно сохраняет инкогнито, хотя никто и не пытается его раскрыть

Имена:  Борис Акунин

©  ИТАР-ТАСС

Брусникин, Акунин, другой?
Уже полгода издательство АСТ интригует литературный мир, сохраняя тайну Анатолия Брусникина – автора романа-бестселлера «Девятный Спас». Вбрасывая в публичное пространство все новые версии, издательство пытается подогреть интерес публики к роману. Даже «желтая» пресса сочла нужным провести некоторые изыскания в этом направлении. Как раскручивалась история таинственного Брусникина, выяснила ЕКАТЕРИНА КРОНГАУЗ
На фото: Елена Чудинова, Анатолий Брусникин, Б. Акунин



За последние полгода Анатолий Брусникин успел впервые появиться на литературной сцене, прославиться, преуспеть и всех запутать. Уже в день выхода роман занимал 32-е, а на следующий день — и 25-е место в рейтингах продаж книжного магазина «Москва». Еще через неделю вся литературная Москва уже гадала, кто такой Анатолий Брусникин.

В конце октября прошлого года Москву завесили биллбордами: «Акунин расстроен. Дашкова очарована. Лукьяненко поражен. Минаев восхищен». Так издательство АСТ рекламировало роман безвестного автора: тот самый «Девятный Спас», выход которого был назначен на 13 ноября.

В 1689 году три мальчика с былинными именами — неповоротливый крестьянин Илюша, дворянский сын Дмитрий Никитин и попович Алеша — нечаянно спасают новорожденную девочку из рук злодея Зеркалова и его слуги-карлика. Выручая девочку, они случайно топят несколько бочонков с золотом и древнюю икону «Девятный Спас». Младенец оказывается дочкой самой царевны Софьи, а три друга из разных сословий после этой ночи надолго разлучаются. Илья отмораживает ноги и калекой попадает в ученики к колдунье-знахарке, Алексей бежит из московского монастыря от настоятеля-педофила, а Дмитрия записывают в стрелецкий полк в Москве. Через много лет друзья встретятся снова, чтобы обнаружить, что влюблены в Василису, прекрасную девушку, того самого младенца, которого они когда-то вместе спасли. И чтобы спасти Россию от невероятного шпионского заговора, которым руководит тот самый злодей Зеркалов.

Исторический роман написан так бодро, что у многих московских критиков не остается сомнений: неизвестный писатель Брусникин — кто-нибудь вполне известный, скрытый полупрозрачным псевдонимом. Тут же выясняется, что «А. Брусникин» — это вроде как анаграмма известного имени: «Б(о)рис Акунин». А фраза Акунина с обложки романа «Девятный Спас»: «Лучше, чем у Брусникина, у меня вряд ли получится» — расшифровывается как «самого себя не переплюнуть». Кто-то подметил, что инициалы А.Б. легко подойдут и Александру Бушкову.

«Кто такой Анатолий Брусникин (подлинная ли это фамилия — или псевдоним, настоящий человек — или то, что называется омерзительным словом «проект»), не разглашается, но по тем репликам, которые это существо имеет обыкновение вставлять в описание сюжетных перипетий, можно понять, что перед нами не просто очередной «беллетрист», но серьезный философ», — пишет критик Лев Данилкин в журнале «Афиша». «Дух Акунина осеняет не только шпионский эпизод «Девятного Спаса», но и весь этот текст. Осеняет до такой степени, что приходится прямо-таки отгонять от себя мысль, что под очевидным псевдонимом «Брусникин» скрывается не кто иной, как Борис Акунин», — пишет Анна Наринская в журнале «Коммерсантъ-Власть». Правда, через несколько абзацев меняет свою точку зрения и решает, что стиль «Девятного Спаса» все же слишком лубочный для Акунина.
Страницы:

 

 

 

 

 

Все новости ›