Кажется, что герой вот-вот провалится в сон от невозможности разобрать, что происходит. Одна беда: он уже спит.

Оцените материал

Просмотров: 8277

Денис Драгунский. Ночник

Александра Стуккей · 11/08/2011
Книгу эту можно читать с любого места — и на любом месте отложить. Ее можно перечитывать, а можно и нет

Имена:  Денис Драгунский

©  Виктория Семыкина

 

 

Принято считать, что нет ничего скучнее чужих снов. Неправда. Нет ничего скучнее скучных снов и скучных попыток их пересказать. Все привычные связи между событиями в снах разорваны, и требуется известное мастерство, чтобы объяснить ни в чем не повинному слушателю, что же произвело на тебя столь сильное впечатление ночью. Быть хорошим рассказчиком мало, надо быть еще и хорошим сновидцем. А как этого добиться, бог его знает. Ведь не человек выбирает сны, сны выбирают человека.

При рецензировании «Ночника» Дениса Драгунского рецензент сталкивается с изрядными трудностями: как писать о том, к чему автор, по его же уверениям, не имеет отношения? Во первых строках Драгунский признается, что ничего в привидевшихся ему снах не менял (не выдумывал, не состоял). Мог бы — но не стал, искусство сновидения выше искусства выдумки. Так как же быть? Отзываться о чужих снах — это как отзываться о глазах. Автор, у вас красивые глаза. «Спасибо большое» (расходимся в разные стороны). Возможно ли вообще рецензировать сны? И все же, если перед нами книга — будь она даже и из снов, — придется отнестись к ней именно как к книге.

Денис Драгунский (автор, крепко-накрепко связанный в сознании советских детей с Дениской из известных рассказов) в течение года записывал то, что ему приснилось. Это сродни подвигу — говорю как человек, предпринимающий безуспешные попытки завести дневник сновидений. Во-первых, они забываются. Во-вторых, как описать неописуемое? И с той и с другой задачей Драгунский справляется или делает вид: за год у него всего два пропуска (честно признается, что не помнит, что снилось), и каждый из записанных снов, даже самый невнятный, оставляет по себе впечатление какого-то важного сообщения из другого мира, нездешнего дребезжания, перестука. Каждому сну присвоено короткое (максимум из двух слов) название: автор и впрямь бережно относится к одному из самых мимолетных впечатлений человеческой жизни. Дзуйхицу, commonplace book, эссе.

И вот теперь книга снов.

Лейтмотив «Ночника» — женщины, по той или иной причине недовольные героем. Женщины грязно ругаются, строго выговаривают, кричат и плачут, бесконечно обвиняют. Герой стойко сносит оскорбления — и тут вспоминаются упомянутые «Денискины рассказы»: от их героя жизнь все время что-то требовала. (Это, конечно, не имеет никакого отношения ни к личности Драгунского, ни к его писательству — так, наблюдение за реальностью.) Совершенно очевидно: повествователь растерян. Вообще лирический герой Драгунского — при всей его рациональности — человек растерянный. В снах то и дело раздаются таинственные голоса, невидимые люди со смехом что-то говорят, светятся злые глаза женщин. Кажется, что герой вот-вот провалится в сон от невозможности разобрать, что происходит. Одна беда: он уже спит.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›