Настоящее сострадание, настоящее, пристальное внимание того, кто дает себе труд сфокусировать взгляд, всегда обращены на совсем немых, не замеченных вовсе, безъязыких вообще, исторгнутых навсегда.

Оцените материал

Просмотров: 8541

Речи безъязыких

Станислав Львовский · 26/11/2010
Завьялов – один из немногих, кто может дать слова бесконечной веренице безымянных, смирившихся, безъязыких

Имена:  Сергей Завьялов

©  Евгений Тонконогий

 

 

Мы продолжаем рецензировать короткий список Премии Андрея Белого в поэтической номинации. СТАНИСЛАВ ЛЬВОВСКИЙ размышляет о новой книге Сергея Завьялова «Речи».

Сергей Завьялов в современной русской поэзии занимает особое место: он, несомненно, является одной из центральных ее фигур – если смотреть на поэзию как на живое делание, видеть ее как развивающийся, подвижный биоценоз (текстоценоз?). Однако при взгляде на нее – более привычном и отчасти более востребованном – как на сравнительно статичную таксономию, Завьялов окажется глубоко на периферии. Это случается со значительными поэтами: пожалуй, наиболее близкий пример здесь Геннадий Айги – один из самых важных русских поэтов последних пятидесяти лет, значение которого для русской культуры не осознано в полной мере ни самой этой культурой, ни читающей публикой. Другой пример – Ольга Седакова, к которой нынешняя русская литературная и читательская общественность относится с почтением, но и не без некоторого – впрочем, тщательно скрываемого – недоумения.

Проблема в нашем случае, если это, разумеется, вообще проблема, в том, что ветвь, на которой сидит Завьялов, длинная, крепкая ветвь, довольно далеко отходит от основного ствола, который можно называть постакмеизмом, а можно как-то иначе, суть от этого не меняется. Читателю непривычно и непонятно в стихах Завьялова многое, и прежде всего, конечно, удивительная и многослойная симфоничность его текстов, которые, возможно, охотнее, чем какие-либо другие тексты современной русской поэзии, впускают в себя чужие – и совершенно различные – голоса. Количество этих голосов в текстах Завьялова таково, что становится не совсем понятно, чем вообще держится стих, как настолько непрочная на взгляд рамка, граница создает ощущение цельности и не дает затеряться повествователю (это слово, наверное, подходит к новой книге, хотя, скажем, если бы речь шла о «Мелике», я сказал бы «аэду»).

Вместе с тем между «Речами» и предыдущей книгой нет разрыва: к циклу «Schemata rhetorica: подношение Пармениду» перекинут мостик от «Мелики» (2003), с ее обращением к классическим (в разных смыслах, от Пиндара до Лермонтова) текстам. Однако если в ранних стихах Завьялова основным нервом оказывалось зачастую описанное Александром Скиданом «столкновение авангардистского импульса и “архаики”, “разомкнутой” секуляризированной формы и сакрального материала», то в текстах «Речей» эта дихотомия, сравнительно – в «завьяловских терминах» – простая, уступает место соположениям менее очевидным и куда более сложным. Однако это усложнение структуры текста сопровождается – вполне диалектически – обращением к низовым (или другим, являющимся для нынешнего российского читателя массовыми) пластам языка и спрямлением нарратива.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • 999999· 2010-11-27 03:01:20
    декларативным || под карантинным (покровом для неконструктивных поведений; актом) (возможные осужденные отстояли человеческое обращение с осужденными)
    декларативным (декабрьским)
    под семимильными коврами
    семимильными коврами весь окрашен
    надежда на прошлое, где вера в цельность (под коврами) [Очиров]
    фатализм (под коврами) [Завьялов]
    с осужденными и окрашенными виной.
    выпитыми и окрашенными водой.
    с водой. поговори || с облой. и общей свободой: круг выдохнул понятие: арт, где бегунок регулирует границы карантина для противоречий; каждый в кругу снял себе.
    наряду с достижениями этих мужчин.
    расшевелить нечто (желание) в самом этом похожем на (лес?) виселицу образе из круга
    под семимильными коврами, - как "на земле появилось 77 разных народов, 77 разных языков и 77 разных вер". типа, с вас система счисления, с окружности - наглядный образ необозримого; заместитель необозримого, с которым можно познакомить. посочувствовать
    (дать леденец посочувствовать раненому ребенку дать; посочиться через него (ребенка, леденец, дать) в необозримое, в допускающее противоречия)
    надежда на прошлое, где вчера.
    стихотворением (ковром/животным)
    семимильным кругом

    (это комментарий на ссылку в рецензии на поэму Очирова. о констатации бессилия, карантинированной в арт, но оспариваемой деятельностью вне арта, а посмотришь - и из арта приглашающей оспорить, например согласиться что данный кусок арта небесполезен)
  • 999999· 2010-11-27 03:02:47
    в первом предложении второго абзаца должно быть "...на {ссылку в рецензии} на поэму Очирова".
Все новости ›