Если вы чувствуете, что у вас прорезались зубы, разожмите ментальные объятия правящего класса.

Оцените материал

Просмотров: 23239

Либеральный анархизм Дениса Мустафина

Алексей Цветков-младший · 02/12/2011
Он оккупировал галерею «Солянка», предложил чиновникам «делать свои отставки», он каждый свой шаг считает гражданской акцией и зовет всех следовать его примеру

Имена:  Денис Мустафин

©  Евгений Гурко

Либеральный анархизм Дениса Мустафина
Реклама в метро

«Постановления правительства. Поправки в федеральные законы. Изменения в Конституцию». Если среди другой расклеенной в вагоне метро рекламы вы увидите такой стикер в цветах российского триколора, то открываю вам секретик: это сделал Денис Мустафин. В нижней строке дан телефон Администрации Президента. Цена услуг по понятным причинам не называется. Расклеивает свои стикеры Мустафин сам.

«В отличие от большинства художников я не высиживаю яйцо», — любит он повторять, потому что считает, что непрерывное действие создает мышление, а не наоборот. Личная утопия Мустафина — это перманентный акционизм.

С утра он уже у здания прокуратуры или чего-нибудь аналогичного, клеит на фасад листочки с призывами «Делайте свои отставки, господа!», чтобы быстро их запечатлеть, выложить в фейсбук и, устроившись в ближайшем кафе, наблюдать оттуда, кто и как будет расправляться с этим безобразием. Увидев его с ноутом в этом кафе, невольно думаешь: хипстер. У него яркая одежда с персонажами малоизвестных мультфильмов, продуманная небритость и восточное лукавство на лице, а в наушниках — Том Йорк.

«Я приехал в 2003 году из Казани, потому что ситуация дома практически не оставляла иного выбора, кроме как уехать; похожим образом я уезжал в Питер в раннем возрасте. Спустя некоторое время занялся всяческим дизайном. Теперь думаю сделать упор на написании текстов для рекламы. Мне стало скучно в профессии, нужно было найти что-то такое, что отвечало бы моим внутренним потребностям. Искусство стало первым, что подвернулось под руку. Кажется, мне кто-то рассказал о существовании актуального искусства: мол, теперь можно ничего не уметь, быть полным дилетантом и при этом считаться художником. Я решил попробовать. Это было три года назад».

Слово «дилетант» он понимает как комплимент и летом, зазывая всех на коллективную художественную акцию в Химкинский лес, специально пояснял в своем манифесте, что «художник — это каждый человек, считающий себя таковым»: это не должность, а способ самоосвобождения. «Так может каждый!» — это не упрек художнику, а призыв и программа. Если так не просто сможет, а будет делать каждый, мы все окажемся в совершенно другом, неиерархическом обществе, где понятия «прав» и «авторитетов» будут отсылать вовсе не к реальному или символическому капиталу, а к коллективным и прозрачным практикам гражданской солидарности.

Он вполне себя обеспечивает, зарабатывая в области рекламы, коммерческого пиара и придумывания сценариев для корпоративных вечеринок, но это не делает его счастливым. «В какой-то момент я, похоже, не перешагнул на нужную ступеньку карьерной лестницы, и все забуксовало, система стала давать сбои, последнее время я стал получать меньше, чем два года назад. Все вращается так или иначе вокруг рекламы. Наверное, просто не хватает воображения, чтобы найти другой источник дохода».

Для оправдания ежедневного активизма нужна другая, более драматичная биография, и Мустафин недавно с удовольствием ее себе выдумал для одной из выставок. Главная пружина там — отец-военный, ссора с ним и уход в креативный класс.

В свободное от гражданского арт-активизма время он эстет, записывающий для своего ЖЖ случайные звуки Парижа. Но гражданский арт-активизм, поводы для которого каждый день множатся, пожирает сейчас почти все его время.


Флаги Мустафина

Денис неравнодушен к флагам. Этим летом, например, он собрал желающих (таковых нашлось всего трое), чтобы бросить белые знамена к Кремлевской стене. Называлась акция «Торжественный отказ от белого флага», и вот как она оправдывалась:

«Выбрасывание флага — это возвращение власти ее главного подарка, права личности на капитуляцию. Если вы считаете, что время “разумной” капитуляции прошло и разум должен стать на службу сопротивления, бросайте на их главной площади свой белый флаг. <...> В нулевых годах нам всем дали возможность капитулировать без позора. Тот, кто бросает свой белый флаг под их стену, отказывается от этого права. Социальная игра обостряется, и отношения власти больше не предполагают автономии и уклонения. Межреволюционный период заканчивается на наших глазах и в наших сердцах. Открыт сезон сопротивления и вмешательства. Белый — это цвет молока, которым нас кормит власть, прижимая к своей груди. Белый — это цвет согласия с чужой гегемонией. Если вы чувствуете, что у вас прорезались зубы, разожмите ментальные объятия правящего класса и верните им “свой” белый флаг. Он больше не ваш».

Естественно, дело закончилось задержанием участников и судом.

©  Евгений Гурко

Либеральный анархизм Дениса Мустафина
Во время Московской биеннале в галерее на Солянке он в течение десяти дней разрезал российские флаги, чтобы из получившихся кусочков склеивать флаги американские. Эта ритуальная вестернизация шла с большим трудом, но постепенно приходила сноровка. Параллельно Денис общался со зрителями, заинтригованными его политическим рукоделием. Рассказывал им, например, про панка, изобразившего знак анархии на триколоре, за что ему грозит год колонии, и о других случаях «осквернения». Многие предлагали, наоборот, переделывать американский флаг в отечественный. Такова была, кстати, изначальная идея перформанса — постоянный телемост с США, где из звезд и полос будет делать наш триколор художник Мавромати, но это оказалось слишком сложно технически.

В последний день перформанса разагитированные Мустафиным художники захватили галерею под лозунгами «Просто революция, и всё!» и «Директор больше не директор!». Они красиво заклеили все афиши «Фестиваля перформанса» скотчем со словом «захвачено», отменили плату за вход и освободили находящихся там перформеров от необходимости продолжения их работы. Не все «освобожденные», что глубоко символично, согласились освобождаться: некоторые, проигнорировав «революцию», закончили свои номера.

©  Денис Мустафин

Либеральный анархизм Дениса Мустафина
Этот «захват» Денис считает самым удачным своим арт-проектом на сегодняшний день.


Любимый прием

Мустафин называет себя прежде всего акционистом.

«Акционизм — это подготовка к восстанию, закамуфлированная под искусство».

Его любимый стратегический ход — действовать в чужом поле, отчего само это поле становится видимым, проявляется. Он участвовал в несанкционированной выставке в Доме Наркомфина, которая продлилась сорок минут. Стоял в одиночном перформансе у храма Христа Спасителя с табличкой на шее: «ПОДАЙТЕ на меня в суд по статье 282».

Для коллективных вторжений он даже учредил собственную галерею без места No ART, которая внезапно возникает, как временная автономная зона Хаким Бея. В эпоху модерна художественное сообщение часто состояло в том, «как это сделано». Во времена постмодерна — «как это выставлено», ну или «где это происходит» (в какой это помещено контекст).

Одной из первых несанкционированных «No ART выставок» стала «Внутренняя эмиграция» в пространстве «Айдан-галереи». Денис открыл там без спросу старый чемодан с артефактами разных художников по «внутриэмигрантской» теме: среди фотографий, книг, наушников выделялся железнодорожный билет с напечатанным на нем текстом приговора нацболовскому активисту. Рядом с чемоданом скрипач с пюпитром и нотами беззвучно играл на скрипке. Под струны был подложен пенопласт.

Другая акция No ART — «Художники против государства». 28 июня в 11:00 в Тверском районном суде участники «Торжественного отказа» попытались превратить в искусство вынесение им административного приговора.

Недавно он предложил нацболам захватить одну очень известную галерею и устроить там самовольную выставку, посвященную истории НБП. Нацболы вежливо отказались, сославшись на то, что им и без Мустафина есть за что сидеть, и выставка была перенесена в пустующий гараж. Денис признается, что испытывает «политическую ностальгию» по ранней «Лимонке», хотя сам он в ней не участвовал. Причина этой ностальгии — радикальная неопределенность лимоновской линии, ее способность к мимикрии и привлечению всех форм радикализма сразу. Насчет «есть за что сидеть» нацболы оказались, кстати, правы. Ближайший помощник Мустафина и участник половины его проектов Матвей Крылов за день до гаражной выставки на суде манежников облил прокурора водой и сел как минимум на два месяца.

Другой любимый прием Мустафина — создание затруднений, препятствий для движения. Вы входите в галерею, но вас останавливают пеньки спиленных в Химкинском лесу деревьев с фамилиями защищавших их активистов.
Страницы:

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:18

  • lord-rone· 2011-12-03 08:54:53
    Не смог дочитать до конца. Стойкое ощущение первой половины - журналист ошибся изданием, ему нужно было в forbes писать. Такое же воспевание бабок, только с поправкой на сферу отдыха: "ах, милый, милый дауншифтинг", - читается в тексте.

    Но когда увидел, что это материал Цветкова - отвисла челюсть. Это тот случай, когда левак артикулирует капиталистическую пропаганду лучше любого его апологета?

    P.S.
    На всякий случай. Цветков - крут. Все вышесказанное - в рамках "внутренней" критике.
  • Aleks Tarn· 2011-12-03 10:14:03
    МОСКОВСКАЯ ПОМОЙКА
    (левая одноактная драма)
    Действующие лица:
    Бездельник.
    ЛевыйКритик (в сопровождении Щорса).

    Бездельник (лежа в помойке): Куда бы податься, чтоб не забесплатно?
    ЛевыйКритик (входит под красным знаменем в сопровождении красного командира Щорса): Айда в ЛевыеХудожники!
    Бездельник: Так я ж ни хрена не умею…
    ЛевыйКритик: А там и уметь не надо. Это ж «левый»! Ты что, никогда левым товаром налево не торговал?
    Бездельник (превращаясь в ЛевогоХудожника): Ага. Понятно. Значит, и ты тоже… не совсем критик…
    ЛевыйКритик: Конечно, товарышш! Ты левогениален. Я левогениален. Мы оба – левые!
    ЛевыйХудожник: Спасибо, братан. Если б ты меня из помойки не вытащил, я бы и не узнал, кто я…
    ЛевыйКритик: Не за что, товарышш. Как говорил один дедухан, товар-деньги-товар. ЛевомуКритику без левого товара никуда.
    ЛевыйХудожник (начиная беспокоиться): Погоди-погоди… Так деньги, что – тоже левые?!
    Щорс (мелко-мелко крестясь): Ни-ни-ни… ты что, парень… денежки натуральные, правые…

    занавес
  • Alexandr Butskikh· 2011-12-03 11:51:17
    Варианты названий левой одноактной драмы:
    "Детская болезнь "левизны" в коммунизме".
    "О "левом" ребячестве и мелкобуржуазности".
Читать все комментарии ›
Все новости ›