…Должно. Быть. Кра. Си. Во!

Оцените материал

Просмотров: 33635

«Гедда Габлер» в Александринке

Лилия Шитенбург · 18/10/2011
Спектакль Камы Гинкаса заставил поверить, что «юность – это возмездие»

Имена:  Генрик Ибсен · Кама Гинкас

©  Виктор Сенцов

Сцена из спектакля «Гедда Габлер» Камы Гинкаса - Виктор Сенцов

Сцена из спектакля «Гедда Габлер» Камы Гинкаса

​«Вышло броско и крикливо, а смысл-то улетучился», — примерно так приветствовала самая скорострельная часть питерской критики «Гедду Габлер» Камы Гинкаса, поставленную им в Александринском театре. На самом деле выражались куда резче: приведенная цитата — это все-таки Кугель. Он, как мы помним, оказался весьма суров к одноименному спектаклю Мейерхольда, каковой и нашел «броским и крикливым». Вот и иные из наших современников, похоже, готовы позавидовать былому целомудрию отечественной сцены, еще не «оскверненной» радикальной режиссурой.

Понятно, что даже объединенными усилиями всех новоиспеченных молодых ретроградов и примкнувших к ним мракобесов со стажем (а они что-то в последнее время в Питере закусили удила и летят, как степная кобылица, и мнут ковыль) сместить спектакль Камы Гинкаса на территорию дорежиссерского театра не удастся. Придется как-то смириться с тем, что «Гинкас» и «режиссура» практически синонимы. Понятно также и то, что судить персонажей Ибсена «как живых людей», по законам обыденной внехудожественной реальности (и с неизбежностью найти при этом только то, что Гедда — бяка, бука и инфантильная эгоистка), — значит устремиться мыслью к театру совсем уж допотопных времен. А впрочем, в этом и цель. Недаром произведение героя пьесы — нежнейшего, тишайшего и ничтожнейшего Йоргена Тесмана — «о брабантских кустарных промыслах в Средние века» ныне куда милее профессиональному сообществу, чем все вдохновенные и амбициозные провиденции другого героя — блистательного недотепы Левборга. От театра требуют того же: чтобы все было конкретно, подробно, мило и по сути — кустарно. И чтобы режиссура (если уж согласиться с нею как с неизбежным злом) была совсем незаметной — как узелки на брабантских кружевах. Стоит ли удивляться, что Кама Гинкас уезжал из Петербурга отнюдь не «увенчанный листвою винограда».

©  Виктор Сенцов

Сцена из спектакля «Гедда Габлер» Камы Гинкаса - Виктор Сенцов

Сцена из спектакля «Гедда Габлер» Камы Гинкаса

Муравьиные добродетели скромности и прилежания спектаклю Гинкаса глубоко чужды. Его «Гедда» ошеломляет (вариант: шокирует) с первых же минут — совершенно так же, как ошеломит впоследствии завистливого Тесмана текст рукописи Левборга (а ведь герой Игоря Волкова и заглянет-то туда всего лишь на секунду!). Эффектно заваленная цветами полутемная сцена (декорации Сергея Бархина). Иссеченные (похоже, дождем) прозрачные панели (впоследствии экраны). Сухое дерево — как дань метафорическим приемам иных театральных эпох — на авансцене. Золотые рыбки в аквариумах, прозрачная пластиковая мебель. Бюсты классиков в полиэтилене («вещи покойницы» — с комическим ужасом подчеркивают в спектакле). Гедда хотела жить именно в этом недавно освободившемся доме. Его покойная владелица, видимо, тоже была эстеткой, хотя и в более традиционном смысле этого слова. Но мертвые, музейные красота и мудрость несовершенны — Гедда взыскует иной красоты, «естественной и непроизвольной», сказано у Ибсена.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • Anton_Khitrov· 2011-10-19 17:20:41
    Очень художественный, замечательный текст, спасибо.
    Впрочем, от спектакля осталось совершенно другое впечатление.
    Гинкас совершенно не доверяет зрителю, не оставляет ему никакой работы.Вот героиня - а вот пошлый и мелкий люд, который ни в каком разоблачении не нуждается, потому что не возникает никаких сомнений в его ничтожности.
    Конечно, всевозможные ничтожества - "любимые" персонажи режиссёра, но в них всегда было что-то больше ничтожности. Они и с с л е д о в а л и с ь . Отношения с ними героя были сложнее. Его Счастливый принц или Великий инквизитор отдали ИМ свою жизнь. Они были трогательны при своём уродстве. С ними не всё было ясно. А в "Гедде" - просто чудища из кунсткамеры, среди которых нет места живому и сильному человеку.
  • Aleksey Pasuev· 2011-10-21 01:06:28
    Александр Лушин уже играл на Александринской сцене - Лопахина в "Вишнёвом саде" Романа Смирнова.
Все новости ›