Имя г-на Ригаля нужно запомнить крепко, а тем, кто пропустил «Пресс», – кусать локти.

Оцените материал

Просмотров: 7977

«Пресс» Пьера Ригаля в Москве

Антон Флеров · 21/12/2010
В рамках фестиваля театра танцев ЦЕХ в столице показали лучший танцевальный спектакль нескольких последних сезонов

Имена:  Пьер Ригаль

©  Frederic Stoll / Предоставлено фестивалем ЦЕХ

Сцена из спектакля «Пресс»

Сцена из спектакля «Пресс»

Как назвать ощущение в теле, размякшем от светской болтовни в фойе, когда взгляд еще до начала спектакля начинает неравную борьбу с направленными в зрительный зал софитами — их лучи с трудом позволяют различить странную конструкцию с сидящим вроде бы там человеком? Что происходит уже на третьей минуте спектакля в области пресса, который непроизвольно подбирается под действием зудящего саунда? Как без излишнего пафоса описать состояние интеллектуального и эстетического наслаждения, которое посетило меня на спектакле доселе неизвестного мне француза Пьера Ригаля? Анализ на всхлипах-восклицаниях не построишь, а попытки ответить хотя бы на один из тревожащих вопросов тут же вызывают новые. Но имя г-на Ригаля запомнить нужно крепко, а тем, кто пропустил «Пресс», — кусать локти.

Франтоватый персонаж Ригаля в ладно сидящем приталенном пиджачке ведет игру в кошки-мышки с безжалостной клетушкой-гробиком: он намертво в нее запаян, она же так и норовит уронить, поприжать, перевернуть его. При этом артист то и дело натыкается на прозрачную переднюю стену и отталкивается от нее руками, чтобы тут же уткнуться в стенку напротив. Подвижная комната взаимодействует с персонажем на равных, уютно замирая на его плечах, резво подталкивая его в попу или оставляя зазор, достаточный для челночного плавания от одной боковой стенки до другой. Сложно сказать, чего больше в этом контакте — заигрывания или угрозы. Но равнодушие мертвой материи этой комнатке явно несвойственно.

Назойливая наблюдательность некоего оптического прибора, неотрывно следящего за мытарствами разболтанного тела; звук испорченной лампы дневного освещения, временами срывающийся в монотонные, рвущие воздух ударные, — все это наводит на мысль о новой антиутопии. Но если рассматривать «Пресс» как антиутопию, то это антиутопия пост гомо сапиенс, поскольку персонаж г-на Ригаля, конечно, никакой не человек. Это тело без органов, даже без костей — вязкая плоть, способная, наподобие героев Питера Уиткина, к бесконечной трансформации. Оно безболезненно срастается с неживой материей, и арматура сломанной камеры превращается в его хребет. Становится магнитом, намертво сцепленным щекой с обшивкой стены. Или героем «Звездных войн» со святящимся красным зевом.

Это тело не чувствует никакого дискомфорта при очередной метаморфозе пространства. Оно переставит свои руки-ноги, скрутится в клубок, приладится, чтобы сохранить… нет, не удобство или равновесие — приличный внешний вид. А победой над комнатой-кошкой станет беззаботное постукивание отставленной ногой или элегантно свесившаяся с колена кисть, даже когда положение тела противоречит законам гравитации.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:4

  • zuek· 2010-12-21 18:31:05
    А локти кусать все равно не хочется )))
  • trophei· 2010-12-22 01:31:43
    очень интересно! только есть проблема - не хватило в тексте каких-нибудь сопоставлений.. ибо сейчас и в правду много хорошего в пластическом театре. и хочется понять - это один из, или из ряда вон?
  • alexswanson· 2010-12-22 05:20:57
    неизвестных нам французов очень много, для начала следует запомнить всем известных Xavier Le Roy, Boris Charmatz, Jerome Bel
Читать все комментарии ›
Все новости ›