Сидеть с холодным носом и думать, что вот передо мной некая «новая форма», я не люблю.

Оцените материал

Просмотров: 13301

Сергей Маковецкий: «Кричать о пропавшей жизни бессмысленно»

Мария Сидельникова · 03/11/2009
После исполнения роли Войницкого в «Дяде Ване» Римаса Туминаса о нем вновь заговорили как об одном из главных артистов русской сцены

Имена:  Сергей Маковецкий

©  Предоставлено прессужбой МТЮЗ

Сергей Маковецкий: «Кричать о пропавшей жизни бессмысленно»
Сегодня Маковецкий репетирует еще одну роль, которая обещает стать событием сезона, – Поприщин в «Записках сумасшедшего». Их ставит в МТЮЗе Кама Гинкас. МАРИЯ СИДЕЛЬНИКОВА решила узнать, что думает сам артист о причинах и последствиях своего недавнего триумфа.

— Критики единодушно назвали дядю Ваню лучшей вашей театральной ролью за последние годы. Как бы вы это объяснили?


— Я всегда остерегаюсь подобных определений и не знаю, как на них реагировать: ну, спасибо… Но я и прежде это слышал — «лучшая ваша работа». Так было после «Русского бунта», а потом вышел фильм «12», и опять — «лучшая работа». Мне кажется, так говорят, когда роль западает в душу человека. Вот дядя Ваня говорит: «Пропала жизнь». Сегодня так может сказать про себя каждый третий. Другой вопрос, как эти слова произнести: можно с пафосом и очень трагедийно — и парадокс заключается в том, что их никто со сцены не услышит, даже если их сказать в рупор. Не всегда истинные, человеческие слезы доходят до зрителя, а настоящие актерские — доходят всегда. Это феномен сцены. Не все в профессии можно объяснить словами, да и не стоит. Я просто уверен абсолютно, что кричать о пропавшей жизни бессмысленно. И если слова дяди Вани о том, что пропала жизнь, будут сказаны шепотом, они будут услышаны лучше и быстрее. Я почувствовал, что у Ивана Петровича это не крик, а некая точка. Простая констатация факта. И это гораздо страшнее.

— Насколько эта роль близка лично вам?

— Роль не может со мной не совпадать. Это какой-то фильм ужасов, когда тот, кого ты играешь, не вызывает у тебя никаких чувств. Но при этом мои герои очень часто ни ко мне, ни к моему образу жизни не имеют никакого отношения. Главное для актера — зацепиться за деталь, которая будет волновать именно его, и тогда вся роль выйдет убедительной. Великая хитрость актера заключается в том, чтобы все рассказать и о себе, и о жизни, и о стране, но как бы не своими словами. Всегда есть маленькая отговорочка — это не я, это мой персонаж. Но ведь без тебя, любимого, ничего не случится.

Как определить актерское вдохновение? Этого никто и никогда не сможет сделать. Был такой эксперимент, когда медики пытались зафиксировать состояние актера в наивысшей степени его взлета на сцене: пульс зашкаливает, сердце становится кроваво-черным. В обычной жизни это состояние, близкое к летальному исходу. Но на сцене это возможно без трагических последствий. Занавес закрывается, и актер счастлив.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›