Оцените материал

Просмотров: 7083

Шесть шестьсот

Елена Костылева · 07/04/2009
Пока OPENSPACE.RU ждет тексты на конкурс для безработных, уволенная из проекта «Сноб» редактор Лена оформила свой новый статус на бирже труда

©  Петр Уманский

Шесть шестьсот
В то утро ужасно не хотелось вставать. Какой-то знакомый голос внутри говорил: «Не надо». Но я человек волевой — по плану у меня был намечен экзотический опыт. Настолько странный, что не было ясно, с чего начинать. Спросонок полчаса натыкалась в поисковиках на рекрутинговые агентства, пока не поняла, что то, что мне нужно, называется «служба занятости».

Выяснилось, что в моем административном — хочется сказать, «автономном» — округе проживает миллион человек. В нем шесть библиотек, множество секций и спортивно-патриотических клубов, а службы эти есть во всех его районах, и не разобрать, к какой моя улица относится. Поехала так, наугад.

«От «Алтуфьево» до «Пражской» лишь на первый взгляд далеко», — пелось в песенке. Вот и конечная. Оттуда к нужной улице ходят благоустроенные маршрутные такси. Сильно беременная девушка на соседнем сиденье по-домашнему смывала с ногтей лак — дышать было невозможно. Ехать было страшно.

Я представляла себе, что биржа труда — это здание величиной с вокзал, где озверевшие от голода люди через головы друг друга тянут руки к стойкам бездушных сытых администраторов; требуя любой черной работы, шумят, негодуют, записываются с вечера, вытатуировывают номер очереди на запястьях и совершают прочие вынужденные действия. А еще я опасалась, что столкнусь там не только с безработными, но и с бездомными гражданами — в детстве в подмосковной электричке мне становилось так дурно от запаха немытого человеческого тела, что я потом даже фильм «Мумия» не смогла смотреть. Но не зря народ говорит, что нужно двигаться навстречу своему страху.

Помещение биржи напоминало доперестроечную сберкассу: несколько окошек с милыми, слегка изможденными женщинами, пыльные алоэ на подоконниках — ничего угрожающего, только уныло. Безработный бездомный стоял в очереди, но от него вообще не пахло, и ногти у него были чище, чем у девушки в маршрутке. Он в отличие от меня не катился по наклонной, а двигался наверх, со дна. Это, видимо, как раз то, что публицист Быков называет «социальным лифтом».

В очереди я была вторая, потом еще ждала, фоткала на айфон морально устаревший интерьер и календари с собачками, но меня почти сразу вызвали.
— Костылёва! Проходите, сумку и одежду туда, сами сюда.
— У вас, — говорю нерешительно, — прямо как у врача.
— А как же, мы ведь тоже социальные работники.
Хозяйка кабинета оживилась. Рассказала, что у них наплыв, люди приходят. (На 20 марта в московских службах занятости зарегистрировались 42,2 тысячи человек, по стране — 2 миллиона. Остальные 4 миллиона безработных, видимо, так и не нашли адрес своей районной службы занятости.) Но получают все копейки. Работает она тут давно, раньше вообще никого не было, служба была не нужна, и ее фактически ликвидировали между двумя кризисами.
— Если бы не ликвидировали, то каждый безработный мог бы претендовать на среднюю зарплату по Москве.
— А сколько, — спрашиваю, — средняя зарплата?
— 37,5 тысячи рублей.

Ого. Моему знакомому литературному критику было бы выгоднее уволиться. Но территориальные службы занятости и правда расформировали, теперь есть федеральное пособие по безработице, одно на всех. Сумма зависит от причины увольнения. Если вас уволили по сокращению штата, вам еще пару месяцев будут платить вашу зарплату. В это время вам ищут работу и безработным вас не признают. А вот если признают, будут платить пособие по безработице, от 850 до 4900 рублей в месяц (москвичам город доплачивает, получается 6600). Иным представителям интеллигенции, пишущим в ЖЖ жалобы, на пакет муки должно хватать.

Но они сюда как раз не идут. Вообще контингент безработных не такой, каким я его себе представляла.
— К нам на джипах знаете на каких приезжают! Прямо толпы мужчин на джипах!
Поговорили немного про мужчин, и тут моя добрая самаритянка совсем разошлась.
— Стране нужна сильная власть! — утверждала она в запале. — Вот Сталин…
Я говорю:
— Да как же можно так рассуждать, когда в каждой семье при Сталине кого-нибудь репрессировали?
— Во-первых, не в каждой. А во-вторых, знаете, какое тогда к этому отношение было? Ну, забрали и забрали. Зато индустриализация и сельское хозяйство.
— Ну да, — говорю, — как раз моих двух прадедов уже раскулачили — и сельское хозяйство.
Одного сослали на Тунгуску, а у второй бабушки тридцать трех человек из села вывели за околицу да расстреляли. «Всех, кто работать мог. Мать одна шестерых поднимала. Детьми такие были голодные. Деготь, — рассказывала бабушка, — пытались жрать».

Мы мирно проговорили еще минут двадцать о том, что выгоднее в исторической перспективе — нанотехнологии и космос или сельское хозяйство и сажать, пока в кабинет не вошла другая сотрудница, и моя поборница сильной власти не начала, наконец, выписывать нужные бумажки.
— Да, но мужчины на джипах — это интересно, — заполнила паузу я. — Как-то раз я писала статью про то, где девушке с мужчиной познакомиться, но до вашей службы не додумалась. Я журналистка.
Женщина вдруг стала похожа на Носферату из фильма «Носферату — симфония ужаса», только в обратной перемотке: побелела и стала пятиться назад, вжав голову в плечи и помахивая руками, согнутыми в суставах.
— Вы знаете, нет, не надо нас беспокоить. Про нас и так много пишут сейчас…
Выдала мне карточку безработного и с явным облегчением распрощалась.

Успокойтесь, не буду я про вас ничего писать. Это были не вы. Может, это и не я к вам приходила, а одна моя подруга. А политические взгляды у всех разные сейчас, это вообще не повод для беспокойства. Но если к вам зайти в кабинет поговорить о том о сем, то лучше без диктофона, насколько я поняла.

Вот такая тяжелая жизнь, Боря. Но я, наконец, расставила в устраивающем меня порядке интересы, обязанности и материальную выгоду, как ты советовал. Я пытаюсь говорить о том, что думаю. Делиться ощущениями. В этом — моя обязанность, в этом — мой интерес. Насчет выгоды не знаю, но мне так легче.

OPENSPACE.RU ждет тексты на конкурс для безработных: подробности здесь.

Еще по теме:
Елена Костылева. Редактор Лена, 27.03.2009

Другие материалы раздела:
OPENSPACE.RU объявляет конкурс, 02.04.2009
Эдуард Дорожкин. Из блатного, 31.03.2009
Михаил Казиник. Хроники кризиса-2. Макароны против секса, 25.03.2009

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:4

  • donnatalia· 2009-04-07 23:53:32
    Слушайте, кончайте вы уж с вашими "ощущениями". Зачем ими делиться? Что, есть люди, которые "недоощущают"? Или "ощущают" неправильно?
    Может быть есть смысл публиковать, например, информацию? Или пытаться ее обобщить? Или (извините, если много прошу) - анализировать?
  • londandy· 2009-04-08 04:08:18
    a mne interesno. delites, pogaluysta!
  • pancho· 2009-04-08 15:20:06
    ДоАНАЛилизировались, спасибо)
    Пишите ощущения, Лена, пишите)
    Они как-то приятнее и более откровенны.
    А пользы в них больше, чем в АНАЛИЗАХ и ПРОГНОЗАХ, потому как АНАЛитика- это для всех и не для кого, а ощущения это для каждого и в ощущениях, уверен, многие с вами схожи.
Читать все комментарии ›
Все новости ›