Лотт любит Бьорк, Суфьяна Стивенса и Стравинского – и запросто прокладывает мосты между ними.

Оцените материал

Просмотров: 11582

Little Dragon, Джон Маус, Zomby и др.

Наталья Югринова · 26/07/2011
Симфофутуризм в лучшем виде, Fugazi встречается с Wu-Tang Clan и караоке-шоу профессора философии

Имена:  Son Lux · Zomby Zomby

©  OPENSPACE.RU

Little Dragon, Джон Маус, Zomby и др.
Little Dragon
«Ritual Union»

Peacefrog
***

Кто это: Всего за пару лет с выхода альбома «Machine Dreams», сделавшего музыкантам имя, шведский квартет Little Dragon успели полюбить все — от Gorillaz до The Roots и модного британского продюсера SBTRKT. Отчасти из-за того, что группа эта по-хорошему простая и понятная — не от недостатка фантазии, а от умения подойти к ней с рационализаторской хитринкой. Little Dragon действуют в полном соответствии с этническими стереотипами: пока ударник, басист и клавишник из Гетеборга выдают рассудительный, добротный, но скуповатый на эмоции электропоп, вокалистка Юкими Нагано с чисто японской гиперчувствительностью заходится томными, изнемогающими мелизмами. На принципе «минималистичной страсти» нынче паразитирует чуть ли не каждая вторая свежая пластинка, но Little Dragon делают это умнее, профессиональнее и категоричнее прочих. Новое R’n’B они трактуют с точки зрения головы, а не туловища; танцевать под «Ritual Union» можно только по инерции. Ледяной, выверенный по линейке бит, разреженный воздух, аккуратные штрихи синтезаторов и тающий между тактов голос — должно быть, именно так звучали бы The xx, если бы Тимбаленд до них все-таки добрался.

Трек на пробу
Ritual Union by Little Dragon


Son Lux
«We Are Rising»

Anticon
****

Кто это: Брюсовского типа юноша Райан Лотт издал свой второй альбом еще в конце апреля, сочинив и записав его за четыре февральские недели практически в эфире National Public Radio. Тогда запись почему-то очень тихо и быстро ушла в подполье, но недавно ее выпустили на виниле — чем не повод присмотреться к ней получше. Лотт — пианист с классическим образованием и бунтарским духом; на его музыку ставят спектакли экспериментальные бруклинские труппы современного танца. Он любит Бьорк, Суфьяна Стивенса и Стравинского — и запросто прокладывает мосты между ними. Чудаческий оркестровый поп на «We Are Rising» за руку здоровается с выколоченным из лэптопа глитчем, драматический хор — с шумным скрежетом гитары. Все это, конечно, уже было, но не так изобретательно, у Оуэна Паллетта, не так основательно у DM Stith (который вместе с Midlake, The Antlers и Шарой Уорден помогал Son Lux голосами), не так драматично у Grizzly Bear. Симфофутуризм в лучшем виде; есть, в общем, кому сменить Дидье Маруани в жанре космической оперы.

Трек на пробу



Zomby
«Dedication»

4AD
***

Кто это: Самое интересное в случае с британским электронщиком Zomby — это когда и при каких обстоятельствах иссякнет поток авансов в его сторону. Больше всего аноним, прикрывающийся маской Гая Фокса, похож на человека, который осознал, что он талантлив, но так и не понял, что с этим талантом делать. Потому все, что связано с его именем после выхода оголтелого пострэйв-дебюта «Where Were U in ‘92?», больше похоже на проверку самого себя на «слабо»: не слабо «отыграть» в Москве концерт на айподе; не слабо за четыре года написать пять тысяч песен и издать из них пару дюжин; не слабо на втором лонгплее убедительно поиграть в Burial с песней Ирины Дубцовой; не слабо вместо дабстепа и вонки выдать хромые и грузные фортепианные аккорды, которые куда ближе к консерватории, чем к прогрессивным лондонским клубам. «Dedication» в этом смысле некий перекресток, на котором все еще хочется валять дурака, но уже не можется. Бессодержательные эмбиентные, восьмибитные, тустеповые зарисовки в минуту длиной тут перемежаются с музыкой зрелой и настоящей, выдающей не только продюсера с впечатляющим чувством звука — не важно, ломает ли он хребет биту или рисует атмосферные мелодии «с воздухом», — но и вообще тонкую натуру. Zomby, конечно, еще никакой не революционер, но уже вполне ориентир.

Трек на пробу



Wugazi
«13 Chambers»

Doomtree
****

Кто это: Основатель лейбла и хип-хоп-секты из Миннеаполиса Doomtree Сесил Оттер и его подельник Свисс Энди (оба имени, понятное дело, выдумка чистой воды) умудрились создать под впечатлением от «Grey Album» Дэнжера Мауса почти идеальный мэшап, избежав всех типичных ошибок дебютантов жанра. Оттер набил руку на переделках еще в прошлом году, когда вверенный ему лейбл выпустил EP «Affiliyated» — тогда семь продюсеров перемалывали с костями дебют Gayngs, вырезав из него несколько случайных кусков и сделав на них ремиксы. Теперь Оттер и Энди обратились к хорошо забытому старому: большие поклонники скейтбордов и, как следствие, панка и хип-хопа, они свели под одну обложку разящий гневом постхардкор Fugazi и нетленные шаолиньские истории многодетного семейства Wu-Tang Clan. Мэшапы, за редким исключением, вещь нелепая и лубочная, с натужным чувством юмора, сделанная фанатами для фанатов — и этих самых фанатов оскорбляющая. Wugazi все делают правильно: барабанный шквал и колкие гитарные риффы превращают клановский словесный поток в зубодробительный монолит, к которому ни прибавить ни отнять. Соседи срослись настолько естественно и плотно, что кажется, будто Иэн Маккей писал «13 Songs» и «Repeater» исключительно для этого проекта.

Послушать и скачать альбом здесь.


John Maus
«We Must Become the Pitiless Censors of Ourselves»

Ribbon Music / Domino
***

Кто это: Тридцатилетний профессор философии Джон Маус облюбовал не слишком густонаселенное звено от постпанка к чиллвейву: его симпатии к Joy Division и Bauhaus читаются с полуслова, а аляповатому саунд-дизайну с приемами вроде тянущей магнитофонной пленки Маус выучился у Ариэля Пинка. Идея, в принципе, далека от оригинальности: примерно такой звук, разве что понаивнее, имел почти весь советский околонью-вейв-андеграунд — от «Биоконструктора» до «Дурного влияния», но Маус выезжает прежде всего на харизме. С уверенностью катка и экзальтацией юродивого он то бурчит, то кричит нервными фразами, которые складываются в довольно въедливые мелодии — несмотря на их, мелодий, святую простоту и вторичность. Еще колоритнее вся эта деконструкция жанров выглядит на концертах, когда Маус бьется на сцене в припадочном караоке-шоу под одинокий «минус». Впрочем, фальшь в театре одного актера тоже чувствуется: в претенциозном названии, назойливом синтезаторном свисте, нарочито несыгранной и небрежной ритм-секции. В итоге имеем взвешенную и неглупую попытку взглянуть в прошлое и настоящее одновременно — но с побочными эффектами.

Трек на пробу

 

 

 

 

 

Все новости ›