Оцените материал

Просмотров: 24190

Топ-9: музыкальные экзоты

Радиф Кашапов · 20/06/2012
Силы Сатаны в ямайских холмах, американский гамелан, исландское регги и другие удивительные примеры музыкальной селекции

©  www.sahkorecordings.com

Джими Тенор и Kabu Kabu

Джими Тенор и Kabu Kabu

Спасибо массовой культуре и интернету, музыка больше не делится на территориальные кластеры. Регги — больше не музыка солнечных земель, а сатанинские риффы играют не только в Скандинавии. И, похоже, именно в переносе традиционных музыкальных стилей в неожиданные геополитические и климатические условия — путь к оригинальному развитию жанров и вообще музыки. Хотя порой плоды этих экспериментов выглядят и звучат диковато...


1. Сингапурский трэш-метал: Deus Ex Machina



Самый распространенный ярый нарушитель геополитических границ в музыке — безусловно, метал. Deus Ex Machina отнюдь не единственная, но явно самая известная мелодик-дэт/трэш-металлическая группа из Сингапура. Их второй концептуальный диск «Cloning» написан по мотивам классического научно-фантастического романа Айзека Азимова «Я, Робот» и посвящен борьбе клонов за индивидуальность (что явно не очень типичная тема для музыкантов жанра). Замечено, что группы из Азии, если и не проявляют чрезмерной самобытности (американская и скандинавская школа у них в почете), зато почти всегда играют очень четко, потому что для них, к примеру, вполне привычны нечетные размеры — под сингапурцев нелегко устраивать неистовый слэм, рисунки ритма они постоянно меняют.


2. Ямайский блэк-метал: Orisha Shakpana



Первый альбом ямайского проекта называется «Satanic Powers in Jamaican Hills». Песни с леденящими душу названиями пишет человек по имени Лорд Ифрит, представитель змеиного культа обеа (с ведьмами, жертвоприношениями и вампирами), который делает единственную блэк-металлическую группу на острове в одиночку. Тексты Лорда Ифрита основаны на африканских легендах: ориша — это боги, рассерженные на чернокожее население земли, да и вообще на всех за то, что те их позабыли. Один из них, в частности, Сатана.


3. Исландский регги: Hjálmar



А теперь совершенно противоположный вариант. Любовь северных народов к регги понятна и нам, жителям страны долгой зимы. Несколько раз выступавшая в России группа припадает не только к чужим ямайским корням, но и к своим народным источникам — получается напевный фолк со слабой долей, причем на исландском языке (музыканты подчеркивают, что это сразу помогает им выделяться среди сотен других регги-команд). Иногда группу заносит в более агрессивные темы. Треки и альбомы Hjálmar постоянно попадают в местные топы. В 2009-м музыканты добрались до родины регги — и так появился альбом «IV», который стал пластинкой года в Исландии. Сейчас группа уходит в исследование даба, работает с электроникой. Кстати, 26 июля они выступят в московском клубе Б2.


4. Японская босанова: Лиза Оно



В том, что Лиза Оно влюблена в босанову, нет ничего удивительного. Японка по национальности родилась в Сан-Паулу, у ее отца здесь был клуб. На исторической родине родитель тоже открыл заведение, но играла там боса и самба. С 10 лет она постоянно живет то в Токио, то в Бразилии, и с 1989-го играет на гитаре и поет. С одной стороны, она представляет Популярную бразильскую музыку (Música Popular Brasileira) в Японии, с другой — получает признание в Латинской Америке. С ней работали классики стиля Антонио Карлос Жобим и Жоао Донато. Она поет на португальском и английском — пожалуй, самым любопытным ее экспериментом был диск «Boas Festas», где она исполнила в ритмах босановы рождественские гимны. Недавно в ее портфолио появились еще и французские песни, записанные вместе с Пьером Барухом и Ришаром Гальяно.

{-page-}

 

5. Американский гамелан: Деннис Мерфи



Умершего два года назад Мерфи называют первым жителем Штатов, самостоятельно построившим гамелан. Он заинтересовался им в конце 50-х в университете, где изучал теорию и композицию, услышав записи с Явы. Вскоре он смог поиграть на маленьком гамелане, который привез глава экономфака из Индонезии, где двое его сыновей начали играть на гамелане в группе. А потом и сам начал их конструировать и сочинять.

Гамелан — традиционный индонезийский оркестр из различных инструментов: металлофонов, ксилофонов, бамбуковых флейт, барабанов, гонгов, струнных. При этом инструменты менять нельзя — они подобраны и настроены так, чтобы звучать вместе. Хранят их там, где собирается община, которой набор и принадлежит. Музыка гамелана имеет значение ритуальное (для религиозных обрядов и королевских церемоний), а также театральное (им озвучивают выступления театра марионеток). Мерфи, соответственно, создал свою, американскую версию гамелана (используя найденные объекты, а также бронзу, железо, бамбук и алюминий), с собственной культурой и терминологией. В 1967-м он начал передавать свои знания как преподаватель в колледже Годдарда, создав там целое сообщество. При этом не ограничивался экзотикой — писал и оркестровую, хоровую музыку, играл клезмер, сочинял пьесы.


6. Греческий фанк: Oh! My Garden



Группа из Афин играла подвижную музыку от фанка до регги, их дебютный EP эффектно назывался «Regrooveable». Группа не прекратила существование после смерти басиста Алексиса Папайоаноу, однако через пару лет в иной мир ушел и барабанщик Темелис Татарис. Интересно, что в то время в греческом шоу-бизнесе не приветствовали английский язык, но OMG удалось пробить брешь в стене.


7. Русское кантри: Natasha Borzilova



Борзилова родилась в Обнинске, всю взрослую жизнь она играет музыку сельских жителей США — в детской группе «Веселый дилижанс», с которой оказалась в Америке, где группа сменила название на Bering Strait. С «Беринговым проливом» она номинировалась на «Грэмми».

У BS все было серьезно с самого начала — контракт с Sony Music Entertainment, постоянные гастроли, записи в Нэшвилле. Группа распалась в 2006 году, каждый из участников занялся своим проектом. Борзилова выпустила три альбома, ее муж — американский звукорежиссер и участник ее студийных экспериментов. Также она преподает йогу. Сайт — англоязычный.

Интересно, что для второго альбома она хотела перепеть русские народные песни по выбору поклонников, но выяснилось, что у многих из них есть конкретные авторы, так что певица взялась за свежий материал. На последнем альбоме у нее есть трек, вдохновленный русскими колыбельными, «Long Night», — многие ее песни и напоминают виртуозное переложение «родных» композиций на благородную американскую почву. При этом темы порой — совсем не американские: в «Winter Season» она поет о Второй мировой войне, а в «One Second Flat» — о Чернобыле.


8. Турецкий гранж: Duman



Страна, территориально отражающая встречу Востока и Запада, уже в 60-е годы могла похвастаться мощной рок-волной. Еще до Duman (то есть дым, туман) его участники играли в группе Mad Madame, выпустившей несколько треков на сборниках в Лос-Анджелесе и Сиэттле на исходе гранж-волны. Duman постоянно называют лучшей группой Турции. Зыбкие (с точки зрения классики) риффы гранжа настолько хорошо укладываются в турецкую мелодику, что и не замечаешь швов. У группы с первого альбома дела резко пошли в гору, благо, часто их песни совсем не резки и отчаянны, как ожидаешь, в них есть приятная усталость, словно бы Эдди Веддера заменяет Джонни Кэш.


9. Финский афробит: Джими Тенор



Финский мультиинструменталист и конструктор инструментов помимо техно и электро очень любит афробит, происходящий из Нигерии. С группой Kabu Kabu он записал три пластинки вдохновенных ритмов и риффов, посотрудничал еще на одном альбоме с великим нигерийским барабанщиком Тони Алленом. Однако самая любопытная его работа в этой области — коллаборация с эфиопским ударником Абдиссом Ассефом. На диске «Itetune» они играют на самодельных инструментах, либо на собственных версиях народных африканских инструментов, вроде калимбы и уду, либо совершенно новых, типа фотофона, который работает за счет перевода изображения в звук. А также на флейте из сантехнических трубок и гитаре из картонных коробок со шнурками вместо струн.​

 

 

 

 

 

Все новости ›