Слава fuck’у, что нет никакого возрождения брит-попа, потому что он и уродился на свет довольно говняным.

Оцените материал

Просмотров: 15878

Beady Eye: «Мы надеемся, что всегда будем в обойме»

Илья Миллер · 26/05/2011
Лиам Галлахер и Энди Белл − участники самой опытной из начинающих британских рок-групп – ответили на вопросы ИЛЬИ МИЛЛЕРА, а гитарист Гем Арчер назвал 10 любимых рок-песен

Имена:  Гем Арчер · Лиам Галлахер · Энди Белл

©  Rune Hellestad / Corbis / FotoSA

Лиам Галлахер

Лиам Галлахер

Менеджмент группы (явно не без ведома ее участников) наложил строгое вето на вопросы про Oasis и Ноэла Галлахера, ссылаясь на то, что Beady Eye — это группа совершенно новая, а то, что четверо ее участников прежде играли в Oasis, к делу не относится. Совершенно понятно, что брать интервью у Лиама Галлахера с Энди Беллом, не упоминая Oasis, — все равно что брать интервью у Деда Мороза, не упоминая Новый год, то есть фокус довольно сложный. Да и надпись «экс-Oasis» большими буквами на афишах выступления Beady Eye в Москве зрителей бы добавила, это уж как пить дать. И очень жаль, что нам не судьба услышать в оригинальном исполнении ни «Wonderwall», ни «Live Forever» — Лиам с fookin’ легкостью (fucking, произнесенное с манчестерским акцентом, излюбленное слово Галлахера-младшего. — OS) отказался от этих песен, отдав каталог Oasis старшему брату. Beady Eye категорически не хочет пользоваться той форой, которая имеется у нее в сравнении с другими начинающими британскими рок-группами. Что, естественно, не может не делать им чести. Видно, что коммерческий фактор их не очень интересует. А волнует их честное состязание. И то, что скажет fookin’ народ — судить-то ему, в конце концов.


Расскажите о том, как разделены авторские полномочия в Beady Eye. Кто вносит сколько материала?

Энди Белл. Мы все пытаемся примерно одинаково выдавать материала, ну, или примерно одинаково. На альбоме у нас 13 песен, и мы с Гемом написали по четыре вещи, а Лиам — пять. Ну и потом уже мы все вместе отшлифовали что-то, что требовало дополнительной работы.

Лиам Галлахер. Да, все так. Это история не только про меня, это не мой сольный альбом, это запись группы Beady Eye.

Многие были удивлены, что вы опередили Ноэла с выпуском нового материала…

Лиам. Ну, если эти многие удивляются тому, что четыре великолепных музыканта могут забацать пластинку, то мне их жаль, втыкаешь?

Энди. Мы вот не были удивлены, потому что знаем, что Ноэл реально очень медленно работает.

— Наверняка вы испытали немало флешбэков, когда собрали заново группу.

Энди. Когда начинаешь новую группу, то, естественно, вспоминаешь то, как начинал когда-то в первый раз. В первую очередь за счет того, что опять играешь в маленьких клубах. Когда обдумаешь дизайн своей первой обложки, снимаешь свой первый клип — вот эти штуки тоже. Все это, конечно, особенные моменты.

Лиам. Да, иногда, знаешь, кажется, что ты все это запомнишь до следующего раза, до следующей своей пластинки, но почему-то никогда не получается. Никогда. Так что, конечно, все начинаешь заново, с нуля. Сколько бы ни говорил себе, сколько бы зарубок ни делал: «в следующий раз, когда буду записываться, я, fookin’, этого не сделаю», — а все равно, fookin’, делаешь, понимаешь, о чем я? Поэтому все время учишься чему-то.

Энди. Да-да, это типа постоянного начала с нуля.

©  VILLARD / Sipa Presse / Fotodom

Beady Eye

Beady Eye

— Но и изменилось, наверное, многое с тех пор?


Энди. Изменилось все.

Лиам. Очень многое.

Энди. Единственное, что не изменилось, похоже, это музыка. Ну, в смысле, то, как ты делаешь музыку. Музыка развивается по-своему, но причины, по которой ты ею занимаешься, и то, что влияет на тебя в музыкальном плане, не меняются. Вот этим мы отличаемся от большинства других групп.

А как вы относитесь к возрождению такого жанра, как брит-поп, и ностальгии по тем временам?

Энди. Не знаю. А что, в России происходит какое-то возрождение брит-попа?

— Насколько я могу судить, нет.

Лиам. Ну так и здесь тоже ничего такого нет, мужик. (Смех.) Нет, ну, конечно, реюнионов много происходит, многие группы собираются заново, Pulp воссоздались, и Suede, и все эти остальные. Но я бы не назвал это прямо возрождением брит-попа.

Энди. Я думаю, что просто все еще есть какие-то люди, которым эти группы нравятся, и они всё еще популярны. Но сдается мне, что главная причина, по которой все эти группы возвращаются, это деньги, которые заканчиваются на их сберегательном счете. Так уже происходило какое-то время назад с группами из восьмидесятых, сейчас пошло время групп из девяностых. Мы-то надеемся, что будем всегда в обойме, понимаешь?

Лиам. Да и, слава fuck’у, нет никакого возрождения брит-попа, потому что он и уродился на свет довольно говняным. Только пара групп умудрилась записать достойные пластинки, сечешь?

— А про группу Glasvegas что думаете?

Лиам. Да ничего на самом деле.

Энди. Ребята они хорошие, но вот музыка у них какая-то… (долгая пауза) слишком мелодраматичная.

— Альбом ваш мы уже все послушали, а что собой представляет группа Beady Eye на концерте?

Лиам. Fookin’ изумительная. Лучшая группа всех времен. Мы реально горды тем, как выступаем вживую: мы прямо рубим сплеча, переходим прямо к делу, догоняешь? Мы дурака не валяем, горбатого не лепим на сцене, а занимаемся делом, ясно? Я вот о чем — жизнь слишком коротка, чтобы на сцене балду гонять, поэтому мы сосредоточиваемся исключительно на музыке.

©  Brian Rasic / Rex Features / Fotodom

Энди Белл

Энди Белл

Скажите, а кто-нибудь из членов Beady Eye уже вышвырнул телевизор из окна или гостиничный номер разгромил?

Энди. Упс. Нет.

Лиам. Я только этим утром немного молока налил мимо стакана.

— Да, старость не радость. Но чем же вы себя занимаете во время этих долгих изнурительных гастролей?

Лиам. А у нас никакого четкого плана на этот счет больше нет. Если бы мы были точно такими же, что и двадцать лет назад, то это было бы весьма печально, вникаешь?

Энди. Мы проводим много времени в турне с новыми членами группы — это басист Джефф Вутон и клавишник Мэтт Джонс. Общаемся с ними, слушаем музыку, смотрим кино, выпиваем иногда…

Лиам. А еще подрачиваем. (Длительный смех.)

А Гем или, может, кто-то из других музыкантов знакомых рассказывал вам что-нибудь про Россию?

Лиам. Знаешь Лиама из Prodigy? Он все время в Россию ездит с концертами и мне уже рассказывал, что это мегакрутое место. Гем ничего такого особо не рассказывал, кроме того, что классно провел у вас время. Но нам прямо реально не терпится поскорее к вам приехать. Для нас ведь это будет первая возможность посмотреть, как у вас ребята там одеваются, как ведут себя. Меня только fookin’ ребята волнуют, мужик. Народ, в смысле, люди, въезжаешь?

Дальше — 10 любимых рок-песен Гема Арчера
Страницы:

 

 

 

 

 

Все новости ›