Вопрос не в крутизне, а в первичных импульсах.

Оцените материал

Просмотров: 11285

Алексей Любимов: «Для него ответом было действие, а не формулировка»

Григорий Дурново · 28/12/2011
ГРИГОРИЙ ДУРНОВО расспросил пианиста и просветителя о значении Джона Кейджа в преддверии столетия композитора

Имена:  Алексей Любимов · Джон Кейдж

©  Francois Sechet

Алексей Любимов

Алексей Любимов

В наступающем 2012 году исполняется сто лет со дня рождения Джона Кейджа — уникального мастера удивлять, первооткрывателя в музыке, композитора, до сих пор вызывающего споры, восторги и недоумение. Пианист, профессор, пропагандист новой академической музыки, первый исполнитель многих произведений композиторов двадцатого века, и в частности Кейджа, Алексей Любимов организует в сентябре 2012 года фестиваль, ему посвященный. А воротами в год Кейджа станет концерт американской музыки 9 января.


— Что прозвучит на январском концерте?

— Концерт является частью абонемента Рахманиновского зала Консерватории «Сказочные странствия», в котором участвуют мои студенты и аспиранты. Открылся он в октябре эстонской панорамой, а вслед за американской панорамой грядут французская и венгерская. Конечно, американский концерт — это избранные произведения, но очень характерные для происходящего в американской музыке: от ее родоначальника Чарльза Айвза, с его невольным экспериментаторством, через урбанизм, футуризм двадцатых годов, вплоть до наиболее известных сегодня личностей в композиторском и джазовом мире, таких как Джон Адамс или Чик Кориа.

Вся программа сгруппировалась вокруг Кейджа. Думаю, что слушатель, хотя бы немного знакомый с контекстом и другими, наиболее интересными композиторами Америки, тут же почувствует наличие связей. Однако здесь нет сознательной попытки вывести одно из другого. Кейдж представлен циклом для подготовленного фортепиано «Сонаты и интерлюдии», написанным в 1948—1949 годах, который, наверно, в полном объеме в зале консерватории будет исполняться впервые. Цикл Кейджа открывает двери сразу в несколько аспектов музыки композитора.

Во-первых, это одно из наиболее совершенных и богатых сочинений для подготовленного фортепиано; можно сказать, пик большой формы для этого инструмента. Во-вторых, сознательное следование эстетике стран Юго-Восточной Азии, прежде всего индийской; освобождение музыки от личной эмоциональности сочиняющего и исполняющего; придание музыке ритуального характера или отображения ритуальных моментов, которые так характерны для традиционных космологических, философских воззрений индийцев. В это время Кейдж уже закончил занятия с Гитой Сарабхай, индийской танцовщицей и исполнительницей на традиционных инструментах: он обучал ее западной музыке, а она его — индийской.

В «Сонатах и интерлюдиях» цикличность, свойственная индийской, а также японской культуре, отражает четыре человеческих возраста, четыре времени года, четыре аспекта развития. Это произведение не является программным, но, так же как любая индийская рага и вообще любые традиционные пьесы индийской и японской музыки, подчинено очень строгим ритмическим структурам.

— А что ждать на фестивале Кейджа в сентябре?

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›