Оцените материал

Просмотров: 20799

Журналисты и политика

Полина Быховская · 09/12/2011
От главреда до бомбиста, от репортера до мэра, от собкора до министра – и другие примеры журналистских карьер, связанных с политикой

Имена:  Борис Джонсон · Карлос Диего Меса Гисбер · Михаил Полторанин · Раш Лимбо · Ульрика Майнхоф

©  intothewildunion.blogspot.com / Алексей Ивановский

Ульрика Майнхоф

Ульрика Майнхоф

Роль медиа в политических процессах огромна. Влияние журналистов — особенно в моменты социальной нестабильности — трудно переоценить. Очень часто логика обстоятельств выталкивает журналистов в политическое поле. ПОЛИНА БЫХОВСКАЯ напоминает, каким был путь нескольких журналистов в политику и к чему он их привел.


Ульрика МАЙНХОФ
Ульрика Майнхоф никогда не была аполитичным журналистом. Еще в студенческие годы (1957) она возглавляла движение за ядерное разоружение, потом вступила в Социалистический союз немецких студентов и молодежную организацию Социал-демократической партии Германии. Примерно в то же время Ульрика начала работать в гамбургском журнале «Конкрет», а еще через три года стала его главным редактором.

Довольно быстро новый главред превращает журнал в леворадикальное издание, что увеличивает его популярность, а затем и тираж — до 200 тысяч. Сама Ульрика Майнхоф становится одним из самых известных и высокооплачиваемых журналистов в Западной Германии.

В тот же время она возглавляет антифашистское и антиядерное движение, выступает против войны во Вьетнаме и против принятия в ФРГ «чрезвычайных законов». Но без особых успехов: политическая ситуация в Западной Германии становится все более депрессивной (ремилитаризация, запрет левых организаций и принятие «чрезвычайных законов»). К политическим разочарованиям добавляется и личное: в 1968 году Ульрика разводится с мужем.

Ее позиция становится все радикальнее, и она решает перейти от журналистики к действиям. Ульрика переезжает из Гамбурга в Западный Берлин, где начинает преподавать в Свободном университете и снимает телефильм «Бамбула».

Примерно в это же время террорист Андреас Баадер бросает бутылку с зажигательной смесью в витрину франкфуртского универмага в знак протеста против войны во Вьетнаме. Суд приговаривает его к трем годам тюрьмы. Ульрика очень возбуждена делом Баадера и вместе с адвокатом осужденного Хорстом Малером организует его побег. Когда заключенного под конвоем ведут в местную библиотеку, Ульрика и ее товарищи устраивают перестрелку, в результате которой библиотекарь и оба стражника получают тяжелые ранения.

После этого Ульрика уходит в подполье. Она становится одним из основателей и руководителей Фракции Красной армии (Rote Armee Fraktion — RAF). Здесь пригодились и журналистские навыки террористки: она пишет для RAF первый программный документ «Концепция городской герильи».

Вместе с Баадером и Хорстом Малером Ульрика отправляется в тренировочный лагерь Фронта освобождения Палестины для обучения навыкам уличного боя. Но найти общий язык с арабами европейским террористам непросто, и палестинцы просят их уехать.

Группа возвращается в Германию. Ульрика посылает в тот же тренировочный лагерь в Палестину своих семилетних сыновей-близнецов — для того чтобы в будущем они боролись против Израиля. Но на границе с Сицилией детей перехватывает полиция и возвращает отцу. Сама Ульрика объясняет этот поступок «истинной любовью к детям». Через неделю тренировочный лагерь силами авиации короля Хусейна превращен в руины.

В Германии группа решает начать подготовку к войне. Но, чтобы собрать оружие, организовать склады и получить фальшивые документы, нужны деньги. Вернуться в Германии к журналистике, которая раньше приносила ей неплохой доход, Ульрика не может. Тогда она с единомышленниками начинает грабить банки. За два года «работы» группа убивает пять человек и ранит пятьдесят четыре. Среди них в основном обычные бюргеры.

Параллельно с этим «Красная армия» организует серию терактов — против американской армии, которая якобы виновата в войне во Вьетнаме, полицейских и проч. Майнхоф придумывает «бэби-бомбу»: начиненные взрывчаткой обрезки трубы женщины подвешивают через плечо на животе, как будто они беременны. Бомбы устанавливают в государственные учреждения в Гамбурге, Гейдельберге, Аугсбурге, Мюнхене и Франкфурте.

Во Франкфурте «Красная армия» закладывает несколько бомб в штаб-квартиру 5-го американского армейского корпуса: гибнет американский полковник, тринадцать гражданских и военных сотрудников ранены. В следующем году они устраивают теракт в мюнхенском полицейском участке: пять человек ранены. Судья выписывает ордер на арест террористов, и его жена едва не гибнет от взрыва в своей машине.

Отношение к первой профессии тоже, по-видимому, меняется: Ульрика лично подкладывает бомбы в офисы крупнейшего издательства Акселя Шпрингера во Франкфурте.

Не жалеют террористы и своих: однажды во время налета на банк убит полицейский. У него осталась жена и маленькие дети. 19-летняя Ингеборг Барц, участвовавшая в налете, потрясена настолько, что собирается вернуться к родителям и забыть о случившемся. Майнхоф убивает девушку.

В 1972 году полиции наконец-то удается поймать Майнхоф. Ее помещают в тюрьму «Кёльн — Оссендорф». В январе 1973-го соратники Ульрики Майнхоф по RAF устраивают сухую голодовку в знак протеста, и Ульрику выпускают. В итоге она приговорена к восьми годам заключения, но через год гибнет в тюрьме особого режима «Штаммхайм» при странных обстоятельствах.


Михаил ПОЛТОРАНИН

©  Леонид Палладин / РИА Новости

Михаил Полторанин

Михаил Полторанин

Закончил журфак Казахского государственного университета, после чего работал репортером в разных газетах: «Лениногорской правде», «Горном Алтае». Был ответственным секретарем «Казахстанской правды». В 1978 году стал собкором в «Правде» — сначала в Казахстане, а потом перебрался в Москву.

Редактор Полторанина в сельскохозяйственном отделе «Правды» — Валерий Болдин. А сельхозотделом ЦК КПСС заведует Михаил Горбачев. Весной 1985 года Горбачев становится во главе партии и зовет Болдина работать в ЦК. А тот, в свою очередь, рекомендует Полторанина в качестве спичрайтера.

Вскоре с Полтораниным связался первый секретарь Московского горкома партии Борис Ельцин и предложил стать редактором «Московской правды». Полторанин согласился — у Ельцина уже тогда была хорошая репутация. Всего за год тираж «Московской правды» с новым главредом вырос со 110 тысяч экземпляров до миллиона. По тогдашним меркам, газете дали невероятную свободу: единственное ограничение, которое поставил Ельцин, была «демократизация, борьба с привилегиями, разгром чиновничьей мафии». В 1987 году газета из московской превратилась в федеральную.

В этом же году Полторанин пишет для Ельцина текст, который был распространен как выступление на Пленуме ЦК КПСС 21 октября. Как потом признался сам Полторанин в своей книге «Власть в тротиловом эквиваленте», текст имел мало общего с выступлением — главной его целью было создать видимость того, что Ельцин выступает за интересы простых людей.

Работа в «Московской правде» закончилась для Полторанина после отставки Ельцина с должности первого секретаря горкома. Полторанин отказался работать на новое руководство горкома, которое было настроено «долбать наследство Ельцина», и уволился. Главный редактор «Московских новостей» Егор Яковлев устроил Полторанина политическим обозревателем Агентства печати «Новости».

Полторанин по-прежнему оставался близок с Ельциным: взял у него интервью для немецкого выпуска «Московских новостей», написал статью «Как они казнили Бориса Ельцина» для итальянской газеты Corriere della Sera. Они встречались почти каждый день, хотя для Полторанина, как члена партии, это был большой риск.

Помимо журналистской работы, Полторанин готовил Закон СССР о печати, который вступил в силу 1 августа 1990 года и впервые в российской истории узаконил свободу слова. В тот же день новоизбранный Председатель Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин предложил Полторанину создать Министерство печати.

В 1992 году Полторанин возглавил Межведомственную комиссию по рассекречиванию документов КПСС и одновременно стал заместителем Председателя Правительства РФ. Через год Полторанин назначен руководителем Федерального информационного центра РФ, огромной медиакорпорации — монополиста на распределение теле- и радиочастот. В нее входили все теле- и радиоцентры, типография, банки и недвижимость.

Несмотря на то что у ФИЦ были в основном технические функции, суд признал учреждение неконституционной структурой, а бюджетно-плановая комиссия парламента перестала выделять ему средства из бюджета. В июле 1993 года Полторанин написал Ельцину заявление об отставке, и Федеральный информационный центр прекратил свое существование.

В 1993—1996 годах Полторанин — депутат Государственной думы от фракции «Выбор России», председатель Комитета по информационной политике и связи. В 1993 году в телеинтервью Андрею Караулову Полторанин упомянул словосочетание «лагерный иврит». «Это стиль средств массовой информации современной России, — объяснил Полторанин в интервью «Русской жизни», — мы дали большую свободу журналистам... а вот вся эта шпана, которая приходит на телевидение, использует свободу для того, чтобы все обгадить. И вот этот лагерный иврит... может вызвать большую волну сопротивления и волну погромов». Эта фраза вызвала в обществе бурю негодования.

В 1996 году Полторанин в последний раз разговаривал с Борисом Ельциным. Он отказался сотрудничать с его избирательным штабом и обещал не только голосовать против Ельцина, но и агитировать против него.

Через два года генерал Лев Рохлин, избранный в Госдуму по спискам проправительственного блока «Наш дом — Россия», предложил Полторанину примкнуть к антиельцинскому Движению в поддержку армии. Идея была провести новые выборы и отменить результаты приватизации. В 1998 году Рохлин был убит.

В 1996 году у Полторанина истекли депутатские полномочия, и он создал телекомпанию ТВ-3 («Настоящий мистический» канал). Несколько лет спустя канал был продан структурам Владимира Потанина.
Страницы:

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • Valery Adzhiev· 2011-12-09 22:39:29
    Непонятно, в чем смысл публикации статьи, представляющей собой набор сухих биографических справок без признаков авторского взгляда и, очевидно, заимствованных из всем доступных источников типа Википедии. Более того: это самое заимствование могло бы делаться более аккуратно, чтобы не сказать – более профессионально. Не поленюсь доказать этот тезис на примере справки о Борисе Джонсоне, сработанной на редкость неряшливо.

    “Затем устроился стажером-репортером в Times, откуда его через несколько месяцев уволили за фальсификацию цитаты (он писал скучный текст об археологических раскопках и хотел немного разбавить его, вставив цитату редактора Колина Лукаса, — тот шутку не оценил).”

    Оксфордский историк (и крестный Джонсона) Колин Лукас никогда «редактором» не был.

    «В 1987 году его пригласили вThe Daily Telegraph. В 1994-м Джонсона повысили до заместителя главного редактора.»

    Джонсон служил в качестве “Assistant editor” – эта должность не приравнивается к «заместителю главного редактора» (по-английски “Deputy Editor”).

    «В 1995-м с ним случилась неприятная история: всплыла запись телефонного разговора со старым оксфордским другом, который якобы избил коллегу из News of the World и искал свидетелей. Борис ответил туманно, не отказавшись и не согласившись. На суде было решено, что Борис не намерен раскрывать информацию, и дело замяли.»

    Совершенно неадекватное изложение этой истории. Никакого «суда» не было, потому как избиения (даже «якобы») не было, и «друг» хотел использовать Джонсона вовсе не как «свидетеля».

    «В 2001 году он стал депутатом парламента, в 2003-м — теневым министром культуры. После этого буквально за год он становится заместителем председателя Консервативной партии.»

    На самом деле, Джонсон в 2003 г. стал заместителем председателя Консервативной партии, а только «после этого» (через год) - теневым министром культуры.

    «Последняя книга Джонсона, «Новая британская революция», вышла в апреле этого года. »

    Книги с таким названием не существует. В апреле должна была выйти (но не вышла) книга под названием “The British”. Последняя книга Джонсона, вышедшая в октябре, называется “Johnson's Life of London: The People Who Made the City That Made the World”.

    «Сам Борис шокирует британский истеблишмент тем, что каждый день добирается на работу на велосипеде. Это не единственная его клоунская выходка».

    К сведению автора: Джонсон отнюдь не единственный представитель «британского истеблишмента», кто «добирается на работу на велосипеде». Так что ничего шокирующего здесь этот «истеблишмент» не видит. А «клоуном» его действительно иногда называют, но вовсе не за поездки на велосипеде.

    «После избрания мэром Борис Джонсон официально объявил, что снова будет вести еженедельную колонку в The Daily Telegraph — за 250 тысяч фунтов в год. Из них он отдаст 50 тысяч фунтов на стипендии двум студентам: одну — по журналистике, другую — по античной культуре.»

    Само собой, величину своего гонорара Джонсон «официально» не объявлял – это неподтвержденная информация репортера Гардиан. И облагодетельствовал он не двух, а одного студента – другие упомянутые 25 тысяч отдаются не студенту, а на оплату преподавания «античной культуры» в государственных школах.

    Вообще удивительно, сколько фактологических ошибок можно сделать в коротком тексте. Небрежность в переводе (очевидно, википедевской статьи), помноженная на незнание британских реалий – весьма взрывчатая смесь. И это при том, что профессионально выполненный очерк о том же Борисе Джонсоне, самом колоритном политике современной Британии, мог бы быть весьма интересен.
  • Vlad Tupikin· 2011-12-10 04:22:25
    Биография Ульрике Майнхоф изложена просто ниже плинтуса - от ошибки в имени (УльрикЕ, а не УльрикА) до прекрасного "посылает в тот же тренировочный лагерь в Палестину своих семилетних сыновей-близнецов", в то время как у Майнхоф были дочери, а не сыновья.

    По политике тоже много замечаний. Отмечу только основное:

    - история похищения Баадера изложена однобоко, Майнхоф не имела отношения к организации перестрелки, из-за которой она вынуждена была уйти в подполье, чего как раз делать не планировала, тут террористы подставили её, она стала подпольщицей de facto не по своей воле;

    - организация, в которую вступила Майнхоф, называлась не «Красная армия», а Фракция Красной Армии;

    - великолепно звучит оценка "Параллельно с этим «Красная армия» организует серию терактов — против американской армии, которая якобы виновата в войне во Вьетнаме..." Неужели в том, что США напали на Вьетнам виноваты сами вьетнамцы? Или может быть это инопланетяне виноваты?

    - профанация знания на тему журналистики: "Отношение к первой профессии тоже, по-видимому, меняется: Ульрика лично подкладывает бомбы в офисы крупнейшего издательства Акселя Шпрингера во Франкфурте". На самом деле журналистка с радикально левыми взглядами, конечно, всегда была врагом радикально правого издательства Шпрингера и шпрингеровской околофашистской прессы, а уж после того, как по наущению одной из газет издательства неонацист тяжело ранил лидера леваков Руди Дучке - это отношение и подавно не могло улучшиться. Так что мнимая "ненависть к журналистике" тут не при чём;

    - и, наконец, что это за дичь в конце: "В январе 1973-го соратники Ульрики Майнхоф по RAF устраивают сухую голодовку в знак протеста, и Ульрику выпускают". На самом деле Майнхоф никогда не была выпущена из тюрьмы - госпожа Быховская откуда-то не оттуда списала или просто не поняла фразу в ру.википедии про "мёртвые коридоры" - после ареста в 72-м Майнхоф всё время оставалась в тюрьме, где и погибла (официальная версия - самоубийство, но в эту версию не поверили даже священнослужители, похоронившие её в церковной ограде).

    В общем, кошмар какой-то. Про Полторанина и дальше даже не стал читать.

    Фу.
Все новости ›