Безвозвратно ушла эпоха, когда мы начали жить свободно.

Оцените материал

Просмотров: 63966

Воспоминания о «Трамвае»

Тим Собакин (Андрей Иванов) · 11/05/2011
Главный редактор легендарного детского журнала 1990-х ТИМ СОБАКИН о том, как сделать журнал, не похожий на все остальные

Имена:  Тим Собакин

©  tramway.msk.ru

Фрагмент обложки первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Фрагмент обложки первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Проект «Самиздал» готовит репринтное воспроизведение детского журнала «Трамвай», выходившего в 1990—1995 годах. Андрей Иванов, более известный как главный редактор «Трамвая» Тим Собакин, специально для будущего коллекционного издания написал очерк о том, кто и как придумал и создал журнал. OPENSPACE.RU благодарит автора за право первой публикации его воспоминаний и обращает внимание наших читателей на то, что и они могут стать подписчиками нового старого «Трамвая».


ОТ ЧУДА И ДО ЧУДА

В этих отрывочных заметках будут только правдивые факты. Все фантазии, свойственные моему воображению, я оставляю для художественных опусов. Здесь же, как бы это ни казалось скучным, представлены документальные сведения.

Не может быть!

Я почти перестал верить в чудеса. Как вдруг...

Прошло несколько часов, как отгремел Новый, 2006-й год. Обычно под утро «волшебной» ночи я любил забираться в интернет, чтобы откопать о себе, любимом, новые сведения. И тут случайно наткнулся на сайт журнала «Трамвай».

Сперва удивлению не было предела: ужели бывшие читатели объединились? Как они отыскали друг друга? Чем больше я изучал ресурс, тем глубже меня охватывало счастье! А потом и гордость: мол, не зря прожил жизнь...

Вот какую запись я оставил тогда в «Гостевой книге»:

01.01.2006 10:02

В эту новогоднюю ночь действительно случилось ЧУДО!!! Я случайно наткнулся на сайт «Трамвая» — своего родного журнала, в который когда-то вложил всю душу...

До сих пор не верится, что это мне не приснилось.

Часа три не мог оторваться от экрана. Дайте хоть чуток вздремнуть и осмыслить увиденное. Потом непременно объединимся и возродим славный «Трамвай».

Воистину: если «рукописи не горят», то журналы (хорошие, по крайней мере) НЕ умирают!..


Гл. редактор Тим Собакин

Эти строки я написал в порыве восторга. Тогда мне казалось, что журнал и вправду можно возродить — было бы желание! Однако прошло время, и я понял: этого сделать нельзя. Главная причина — безвозвратно ушла ЭПОХА, когда мы начали жить свободно. Дети давно выросли, у них другие интересы. А их потомки не поймут, зачем нужен бумажный журнал, когда вокруг столько гаджетов.

Поистине были правы древние: нельзя войти дважды в одну и ту же реку! Впрочем, я еще подробно коснусь этого вопроса.

Другие человеки, или Vox populi

©  tramway.msk.ru

Обложка журнала «Трамвай», апрель, 1990

Обложка журнала «Трамвай», апрель, 1990

Пока мне оставалось лишь читать отзывы в «Гостевой книге» да кусать локти от невозможности повлиять на ситуацию. Многие же отзывы были на редкость душевными. Вот некоторые выдержки из них. Тексты слегка поправлены (редактор во мне неистребим), а также нарочно убраны дифирамбы типа: СПАСИБИЩЕ, РЕСПЕКТ, СУПЕР!!! Надо быть скромнее.

murky_cat
Тим Собакин писал свои чудные рассказики и стихи не для детей. Нет, не так. Скорее не для детей, которыми мы все когда-то были, а для нас, взрослых, которые помнят, что были детьми.


Kishkodav
Такое впечатление, как будто в детство вернулся! Очень мне нравились настольные игры. Помню, в одном из номеров были «гоночки». Так засело... Мы даже в институте рубились. И вроде игра такая интересная, и принцип оригинальный, а для PC так никто и не написал...


Учительница
Мне был всего 31 год, и я с наслаждением читала журнал своим второклассникам. Мы вместе с ними хохотали до упаду над свободолюбивой селедкой, над собакой, которая была кошкой. И ничего более нежного, чем «дорогую мамочку посажу я в баночку, буду мамочку любить, буду в баночке носить», я до сих пор не читала. А автору-то было всего 4 года.

Странник
Журнал моего Детства помогал сотням тысяч ребятишкам. Создавать. Творить. Любить. Прощать. Верить... Остается надолго лишь то, что сделано с любовью.


podsolnux
Вот уж не представляла, что бы кто-то помнил «Трамвай»! Какой же он невероятный был! Нет, он не для детей писался. Он для людей писался! И для больших, и для маленьких! Я бы сейчас с удовольствием почитала!!! У кого на даче журналы? Привозите их, и можно будет устроить публичные чтения «Трамвая»!


c_a_x_a_p
Этот замечательный журнал открыл для меня, в том числе, и моего любимого поэта Хармса. И вообще — все, кто в детстве и юности читал «Трамвай», выросли совсем другими человеками )))

А потом появился еще другой сайт — бывший «Путеводитель по LJ-трамваю», который ведет Владимир. И поклонников у журнала значительно прибавилось.

Ужели вновь?

С той незабвенной новогодней ночи минуло более пяти лет.

И вот я получаю письмо, которое, казалось, неосознанно ждал все эти годы (приводится с сокращениями):

Пт 04 фев 2011 17:26:45

Уважаемый Тим!
Мы — небольшое издательство «Самиздал».
Мы совершенно серьезно хотим переиздать весь архив журнала «Трамвай» в виде годовых подшивок. У нас есть для этого все возможности — профессиональные сканеры, высококачественная полиграфия.
<...>
Мы разместим объявления и устроим опрос в разных социальных сетях и прикинем число желающих перед печатью тиража.
Мы намерены распространять журнал по цене издания, без наценок.
Не могли бы Вы встретиться с нами и обсудить это начинание?


Конечно, мы встретились. Так и закрутился проект переиздания «Трамвая». Свершилось еще одно чудо!

К журналу «Трамвай» можно относиться по-разному. Уверен, что большинство читателей его ценили, если помнят до сих пор. Но были и письма с критикой, которые тоже публиковались.

Однако два удивительных факта нельзя обойти вниманием.

1. Через 11 лет после закрытия журнала в интернете стихийно возникло сообщество «Трамвая». Какое еще детское издание может гордиться подобной славой? Сайты теперь есть почти у всех, но они созданы редакциями, а не бывшими читателями.

2. И совсем уж поразительно, что через 21 год после выхода первого номера нашлось столько желающих вновь взять в руки свой любимый «Трамвай» и вспомнить незабытое детство.


КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ



Дыхание свободы


©  Nhtramway.msk.ru

Редакция журнала

Редакция журнала

А начиналось все летом 1989 года. Не забывайте, что мы жили еще в СССР (помните, как это расшифровывается?). Да, уже случились перестройка и гласность, уже повеяло свободой: робко печатались запрещенные книги, громко заявлял о себе русский рок, вышедший из подполья... Однако Коммунистическую партию (со всеми ее ЦК, горкомами, парткомами и другими прибамбасами) никто пока не отменял. Любое свежее начинание могли легко «приостановить» да еще и по шапке дать, чтоб не высовывались!

В такие переходные времена существовал Советский детский фонд имени... ну, разумеется, В.И. Ленина. Как у любой уважающей себя организации, имелся у него печатный орган — еженедельная газета «Семья». И раз в месяц на ее центральную вкладку выезжал «Трамвай № Мы» — так называлась детская газета «Семьи».

За безопасностью движения этого диковинного транспорта, а попросту говоря, за литературным наполнением и художественным оформлением, следили поэт Тим Собакин и художник Александр Артемов (в миру А. Иванов и А. Гланц).

— Почему «Трамвай»? — иногда спрашивали нас.
— Потому что не дымит и сена не просит.
— А почему «№ Мы»? — снова спрашивали нас.
— Потому что Я + Я + ... + Я = Мы.
— Логично, — соглашались те, которые спрашивали нас.
Отсюда все и поехало...

Прощай, «Семья»...

Однажды руководство фонда приняло судьбоносное решение: вместо детской газеты выпускать с 1990 года два новых журнала — для младших школьников и для старшеклассников. Нам с Сашей поручили разработать концепцию издания для младших.

Я и сейчас не до конца понимаю слово «концепция». А тогда его смысл вообще был покрыт туманом. Надо заметить, что у меня не было опыта журнальной работы. Ну, вышла в марте 1989 года моя первая книжка для детей «Дом для муравьев» — всего десять коротких стихотворений. Ну, была сотня публикаций в центральной прессе. И даже выпуск детской газеты не спасал положения. Ведь концепция — это о-го-го! Если не полное э-ге-ге...

Летними вечерами мы засиживались с Сашей в редакции. Я даже приезжал к нему домой. Подолгу пили чай, я гладил отвислые уши его симпатичного пса. И мы неустанно обсуждали, как сделать журнал, не похожий на все остальные.

А почему бы не «ТИМ»?

Саша раздобыл несколько иностранных изданий для детей. Очень хотелось изучить зарубежный опыт, прежде чем изобретать отечественный велосипед. Особенно запомнился нам французский журнал «Гулливер» (может, и поныне есть, кто знает?).

Но сперва нужно было придумать свое название. Саша сказал:
— Тим!
— Я слушаю, — отозвался я.
— Предлагаю назвать журнал «ТИМ».
— В честь меня?
— Не совсем. Это аббревиатура из слов «ты и мир».

Если честно, название мне понравилось. Не каждый может похвастаться журналом своего имени!

Через пару недель и концепция стала вырисовываться. Вот ее первые, извиняюсь за выражение, основополагающие постулаты:

Вещь для себя

©  Предоставлено автором

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

В июле у меня выдался отпуск. И мы с женой отправились в пока еще Всесоюзный пионерский лагерь «Артек». Ее пригласили на международную смену поработать переводчицей (английский и норвежский языки). Я же пристроился заведующим литературной частью детского театра. Зарплату мы не получали. Но когда вокруг море, горы и солнце — разве в деньгах счастье?

Ах, изумительный «Артек»! Пока я втаскивал американскую делегацию на Аю-Даг, водил африканского принца в Никитский сад или просто кутил с вожатыми, то настойчиво думал о злополучной концепции, которая уж порядком стала меня доставать. Сама жизнь подсказала решение.

Дело в том, что я начинал как иронический поэт; мои первые публикации увидели свет в газете «Московский комсомолец» — на полосе «Сатира & юмор» (спасибо ее ведущему Льву Новоженову). В «Артеке» я нередко выступал на разных мероприятиях. Когда все детские стихи были перечитаны, пришлось вспоминать взрослые. И смех зазвучал гораздо громче! Оказалось, дети прекрасно понимают юмор пап и мам.

Значит, в журнале должны быть произведения для всех. Ведь покупают его родители. Да еще читают своим чадам. Если издание покажется скучным, они не станут выписывать его детям. А чтобы всех действительно заводило, нужно создавать вещь для себя.

Впрочем, это были пока лишь смутные догадки. Я до сих пор толком не знал, как делать детский журнал, — только чувствовал, что он должен стать изданием нового типа. Пока мы летели из Крыма, я тупо глядел в иллюминатор и сочинял эти строки (кстати, впервые выношу их на читательский суд!).

     Над облаками

     Я лечу над облаками,
     невесомыми вполне.
     Птицы машут мне руками,
     воздух гладит по спине.

     Я гляжу в иллюминатор
     с высоты восьми км
     то на белый элеватор,
     то на будку с буквой «М».

     Там сознательный рабочий,
     вынув молот из трико,
     шлет привет из многоточий —
     и к тому же далеко.

     Там крестьянин простодушный,
     серп кладя на сельсовет,
     посылает, хоть воздушный,
     тем не менее, привет.

     Но к труду и обороне
     с детства я всегда готов,
     мир любя потусторонний
     и, тем более, коров.


     А пока я каблуками
     лишь топчу тугую жесть
     и лечу над облаками...
     И не знаю,
     где мне сесть.


{-page-}
    


КАК ВСЕ ПРОДОЛЖАЛОСЬ


Наш «Дом»


А продолжалась осень 1989 года. Концепция издания «ТИМ» была в принципе одобрена, что подтвердила резолюция: «5 экз. на белой бум.». Названия для журналов просто поделили по-братски: «Трамвай» и «Мы». Куда при этом «№» подевался, до сих пор остается загадкой.

Нас накрыло крышей издательства «Дом». Оно было создано Советским детским фондом для выпуска двух журналов, равно как и прочих книжек (в том числе «Сексуальной энциклопедии для детей младшего возраста» — были же времена, однако!).

Но главное: нашей редакции выделили отдельное помещение. Это была маленькая комната на площади газеты «Семья», которая и сама-то ютилась в большом издательстве «Известия». Не беда, что в этой комнатке находились еще и сотрудники газеты. Важно, что она была нашей! И мы могли там собираться... И придумывать лучший журнал в стране.

А пока привожу чудом сохранившийся набросок содержания самого первого номера «Трамвая» (темные капли на листе, скорее всего, от кофейного напитка).

Моя славная Команда

©  Предоставлено автором

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Рабочие материалы при подготовке первого номера журнала «Трамвай». Январь, 1990

Почти сразу возник вопрос: а с кем, собственно, собираться?


Не хотелось бы утомлять подробностями, кто кого привел. Но утомлю. Ибо эти замечательные люди составили мою Команду.

В начале славных дел оставил свой след Григорий Кружков. Уж не помню, как мне удалось заманить его в штат. Вместе с Сашей мы придумали новую форму подачи материалов в детском издании: короткое вступление, из которого плавно «вытекает» название. Не всегда это устраивало меня, хотя и стало со временем фирменным стилем «Трамвая».

Кружков вскоре покинул редакцию (непременно читайте его воспоминания). Зато привел очаровательную сотрудницу по имени Татьяна Петросян. Она была мастерицей на все руки! И поэтом. И писательницей. Как она чудесно пела, играя на гитаре! Как владела английским языком. Ну, в общем... — это ее любимое выражение.

А потом пришел к нам Олег Кургузов. С ним я познакомился на совещании молодых писателей (были и такие сборища). До этого я читал его трепетные «Рассказы маленького мальчика». И теперь пытался завлечь в редакцию. Олег долго сомневался: он работал в «Журналисте» — весьма солидном издании. Но все ж таки сдался. И не пожалел!..

Наконец, появилась Наталья Алеева. Ей подсказала дорожку известный литературный критик Лола Звонарева. Работала Наталья с авторами. И лишь через год проявилась ее способность: доступно говорить о сокровенном — общении с Богом.

В начале той же осени главным художником «Трамвая» стал Анатолий Дубовик. Его пригласил в редакцию Саша Гланц, который успел-таки нарисовать обложку для первого номера. Толя очаровал всех! Впрочем, разговор о нем чуть позже.

Ну, в общем... резюме

По прошествии более двадцати лет могу с присущей мне скромностью смело заявить: да, я был лидером журнала «Трамвай».

Но: что бы я делал без моей славной Команды?

Идеи могут придумывать многие. У меня это лучше всего по жизни получается. Весь фокус в том, чтобы докрутить сырую идею. Еще важнее — воплотить в жизнь (как говорится, довести до ума). Для того и необходима Команда. И она у меня сложилась.

А теперь спустимся с небес на землю и посмотрим, как все это отображалось в официальных документах.

На коленке

Следует учесть важный факт: во времена «Трамвая» у нас не было ни компьютеров, ни сканеров, ни мобильных телефонов!.. (Ксерокс, возможно, и был — у председателя КГБ.) Инструментами нам служили: ручки, карандаши, пишущие машинки, клей, линейки и ластики. Повторяю для тех, кто не всосал. Мы понятия не имели о таких полезных вещах, как ноутбук, смартфон, лазерный принтер, флешка, МР3-плеер, не говоря уж про интернет с его e-mail и ICQ... Зеркальная фотокамера казалась чудом техники!

Потому столь важными для журнала были: художественный редактор Наталья Панасенко, которая колдовала над рисунками и фотографиями, выклеивая макет вручную; а технический редактор Оксана Мерзликина вымеряла линеечкой по миллиметрикам все-все-все странички. Современным верстальщикам в кошмарном сне не привидятся те допотопные способы макетирования.

А письма в конвертах... Теперь их почти не шлют. Тогда же коридор «Семьи» был уставлен высокими бумажными мешками с посланиями от детей. И в этот океан ныряла редактор отдела писем (заметьте: отдела!) Наталья Решетникова, отыскивая жемчужины детского творчества.

До сих пор не понимаю, каким непостижимым образом мы ухитрялись делать чудесный журнал! Ведь «Трамвай» создавался буквально на коленке. У меня в редакции даже не было отдельного стола — только два ящика, где хранились рукописи авторов. Лишь художник располагал отдельным столом, на котором лежали святая святых — оригиналы рисунков.

Кстати, об иллюстрациях

Детское издание запоминается рисунками. Тексты, как это ни печально звучит для Автора, материал вторичный. Художник — вот кто главный в детском журнале! Ибо «цепляет» в первую очередь внешнее оформление. Какими бы ни были увлекательными сказка или стихотворение, мало кто станет читать их, если рисунки унылы.

Слава художнику «Трамвая» — Анатолию Дубовику! Именно он сумел найти сподвижников, которые исправно снабжали журнал превосходными иллюстрациями. Их можно было вешать на стену (иллюстрации, а не художников) и любоваться в часы досуга.

Одна беда с художниками: они двух слов связать не в силах. В смысле письменной речи. С устной речью у них все в порядке: так могут послать, что мало не покажется! Зато написать пару строк о себе — уже проблема. Приходится это делать за них.

P.S. А вот и неправда! Ни один из художников никуда меня не посылал. Недавно я позвонил Толе, прервав его полночный ужин. Он терпеливо слушал меня минут восемь... И лишь потом заметил:

— Вообще-то ты рискуешь. Я жутко голодный.

Теперь — о главном

©  tramway.msk.ru

Обложка журнала «Трамвай», февраль 1993

Обложка журнала «Трамвай», февраль 1993

Нет, речь не обо мне. Кто бы доверил почти никому тогда не известному Тиму Собакину (само имя уже вызывало подозрения) руководить детским журналом? Да еще без испытательного срока. К тому же я никогда не состоял никаким членом никакой КПСС, а в те времена без этого — хана! Гуляй в наморднике. И не хрюкай.

Сперва меня приняли редактором отдела, какого именно — уж не вспомнить. Вот документальное подтверждение сего факта:

Важна ли была должность? Да не особенно. Лишь бы давали возможность сеять «разумное, доброе, вечное»... И мы сеяли!

Но ведь не могли же оставить нашу «банду» без надзора? Кто за нами присматривал? Сергей Александрович Абрамов — главный редактор газеты «Семья». Когда я пишу эти строки (март 2011), он уже член Общественной палаты РФ. А тогда запросто входил к нам в комнату. И что характерно: читал каждый номер журнала от корки до корки. И почти ничего не «заворачивал»...

С попустительства С.А. мы и творили все наши безнаказанные дела. А он НЕ МЕШАЛ! Случались, конечно, «указания сверху», но мы их постепенно научились обходить. В общем, Сергею Абрамову следует выразить отдельный РЕСПЕКТ!


COLD SONG


Если кто не знает английского, я переведу: «Холодная песня». Ее исполняет один из моих любимых певцов и музыкантов — STING (обязательно послушайте его диск If on a Winter’s Night). Именно эта песня созвучна последней части моих воспоминаний (хотя тогда ее и в помине не было).

А что же было?

А началась зима 1989 года. Слякотная и мерзкая — как всякая зима в нашей славной стране.

Но мы не унывали! Поразительно: и кушать было нечего, и пить было нечего, и жить было нечего. А мы — жили! И творили...

Как тут не вспомнить эпизод, достойный кисти Репина.

Вот заходит к нам писатель Сергей Шац. С порога бухается на стул и шумно восклицает:
— Все люди рыщут, чем бы поживиться!
— И что? — спрашиваем мы.
— А вы тут сидите, будто вам все по ф...
— А нам и есть все по ф... — отвечаем мы.
— Прямо оазис какой-то!

Не найдя подходящих слов, Сергей Шац незаметно уходит в далекую Америку.
Мы же остаемся. Чтоб изготавливать «Трамвай».

Как много авторов хороших

На самом деле это девушек много хороших, а вот авторов еще поискать надо! Поэтов и прозаиков всегда хватало. Но половину журнала занимали познавательные статьи обо всем на свете (мы их в шутку называли «науч-попами»). У «Трамвая» уже складывался свой неповторимый стиль. В каждый номер требовались материалы на четко определенные темы.

Каков был выход? Только уповать на творческие силы внутри коллектива. Пока объяснишь постороннему автору, о чем писать да как подать, легче самому это придумать. Нередко получалось, что сотрудники редакции (Олег Кургузов, Таня Петросян, Тим Собакин) сочиняли почти все «науч-попы». Однако неэтично было печатать в номере несколько текстов под одним и тем же именем. Завистники бы ворчали: мол, оккупировали журнал — и не пускают никого! Вот почему нам приходилось использовать псевдонимы. А когда их не хватало, то порой оставлять без подписи даже крупные материалы. Не говоря уж о всякой мелочовке.

Впрочем, это вскоре стало игрой. Особенно резвилась Таня Петросян. Почти все ее псевдонимы были с «кулинарным» уклоном: Т. Эскалопьева, Э. Е. Шоколадкина, Тамара Креветко и многие другие. Олег сперва не слишком охотно соглашался на такие хитрости. Зато мои псевдонимы почти все зародились в «Трамвае» (читайте в «Комментариях», смотрите в «Приложении»).

Нууу вооот...

Вдруг выясняется, что Советский детский фонд не в силах напечатать «Трамвай». Вопить «Слава КПСС!» все способны, а вот на издание журнал денег нет (эта история повторится через год).

Первый номер давно готов. Подписка закончилась. Читатели забрасывают редакцию письмами: «Когда же???». А журнала нет.

Детский фонд конвульсивно (извините за слово) содрогается. А напечатать нигде и никак не получается! Эх, жалко, Толя Дубовик не обладает писательским даром. Уж он-то подробно бы рассказал о всяких злоключениях с изданием «Трамвая».

Как его мытарили в разных типографиях (город Чехов мог бы стать первопечатником!). Чуть ли не решили выпускать наполовину черно-белым: один разворот — цветной, другой... сами понимаете. Кстати, мне эта идея поначалу даже понравилась: а почему бы нет? Но не в каждом же номере же... же-же-же!

Наконец чудом отыскали типографию в Финляндии. Там наш «Трамвай» и воплотился в жизнь. Особо дотошным советую глянуть на выходные данные первого номера (последняя обложка). Сравните даты: «сдано в набор» и «подписано в печать». Чувствуете разницу?

Тем временем

Возле «Московских новостей» толпились люди, жаждущие:

— Свободы! Свободы! Свободы!

А в четырехстах метрах от них в муках рождался свободный детский журнал — и никому до него не было дела.

В начале декабря на страницы газеты «Семья» выкатился 24-й (прощальный) выпуск «Трамвай № Мы». Полюбуйтесь им:

©  Предоставлено автором

Вырезка из газеты «Семья» с анонсом издания журнала «Трамвай»

Вырезка из газеты «Семья» с анонсом издания журнала «Трамвай»

Там уже вовсю орудовали А. Дубовик и А. Иванов. Они давно были готовы стать отцами нового «Трамвая». Но история пока не позволяла совершить этот знаменательный шаг.

Забегая вперед, по секрету скажу, что «Трамвай № Мы» совершит еще 25-ю, юбилейную поездку. И случится она в ноябре 1993 года, на его же страницах. Но это вы увидите в томе 3.

А пока мы лишь мечтали о будущем. Хотя никто не знал, что случится потом: ни руководитель Сергей Абрамов, ни председатель фонда Альберт Лиханов, ни первый и последний Президент СССР Михаил Горбачев.

Никто ничего не знал...

Как есть

Самые продвинутые читатели моих воспоминаний (наверняка поклонники «Трамвая») заметят, сколь вяло я начал. И как бурно заканчиваю! Не в вялости и не в бурности дело. Я лишь отображаю ход событий as is (англ. как есть). Просто вспомнилось... Ведь то была ЭПОХА, которую нам не вернуть! И надо ли???

©  tramway.msk.ru

Рисунок А. Балдина. Из материалов журнала «Трамвай», апрель 1990

Рисунок А. Балдина. Из материалов журнала «Трамвай», апрель 1990

Я столько сил отдал первым номерам «Трамвая», что душа моя больше не могла терпеть издевательств над родным чадом. И мы с женой Машей задумали развеяться в королевстве Норвегия. Некоторые скажут: свезло! Но чего нам это стоило. Загранпаспорта, транзитные визы (мы ехали через Финляндию и Швецию), билеты, дорожные чеки (обменных пунктов валюты еще не было)... И везде безумные очереди! Едва приоткрыли границы. За их пределы мы и двинулись 12 декабря 1989 года.

НО:

даже когда я плыл на роскошном пароме Silja Line (и у меня «чавка отвисала» при виде капиталистического изобилия), то робко думал: купить бы ликер Amaretto да угостить своих сотрудников;

даже когда я встречал 1990 год в игрушечном городе Бергене и наблюдал фантастический фейерверк, тоже думал: наступит время — и пышный салют устроят в честь «Трамвая»;

даже когда я стоял возле домика композитора Эдварда Грига, озирая туманные горы по берегам фьорда, то и тогда думал: а слабо автору «Пер Гюнта» сочинить столь бесподобный «Трамвай»;

даже когда я слушал на улицах Осло супермодную той зимой песню «Ламбада» (хотя танцевать под нее от тоски не хотелось), все равно думал, как там поживает мой журнал;

даже когда я возвращался в поезде «Хельсинки — Москва», то уже до невозможности настойчиво думал: выйдет ли когда-нибудь наш многострадальный «Трамвай»?..


 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • ax_22· 2011-05-15 00:03:05
    Любовь моя, ты возвращаешься! 8 лет мне было в 91 году. Картинки и тексты из журнала - как часть сознания. Спасибо создателям и родителям!
  • 9117417717· 2011-06-02 16:53:26
    Так в чем же оказалась проблема? Почему журнал перестал издаваться?
Все новости ›