Оцените материал

Просмотров: 9860

Иэн Макьюэн, Джош Бейзел, Сирилл Флейшман и Бен Элтон

Юрий Буйда · 23/04/2009
Макабрические рассказы, роман о мафиозном враче-убийце, французский Шолом-Алейхем и детектив о Первой мировой войне

Иэн Макьюэн. Первая любовь, последнее причастие


Иэн Макьюэн приходит к нам задом наперед. Сначала мы прочли романы, которые принесли ему мировую славу и Букеровскую премию, а вот теперь имеем возможность познакомиться с дебютным сборником его рассказов «Первая любовь, последнее причастие». Именно из-за него он и получил прозвище Иэн Макабр, а опубликованные вскоре еще один сборник малой прозы и два романа — «Цементный садик» и «Утешение странников» — только укрепили его «макабрическую» репутацию. Сегодня нам трудно представить себе, почему эти дебютные рассказы тридцать пять лет назад вызвали такую восторженную и болезненную реакцию. Мы ведь знаем другого Макьюэна, прошедшего путь от Кафки и Голдинга к Ивлину Во, отказавшегося от «безвоздушной» экзистенциалистской прозы и от звания «эксперта мирового класса по всем видам насилия». Мы знаем автора «Амстердама» и «Субботы». Но тогда, в середине 70-х, он был встречен критикой и читателями как бунтарь и провокатор, выступающий против герметической скуки британской прозы, которая, по его мнению, только тем и занималась, что исследовала оттенки серого. Жестокость и яркость прозы сразу выделили Макьюэна из ряда университетских писателей, которые, издав первую успешную книгу о детстве и юности, потом всю жизнь мучаются над второй, не зная, о чем бы еще написать.

Иэн Макьюэн, казалось, порвал с традицией, предписывавшей внимательно присматриваться к мелочам и фактам нормального бытия. В его рассказах нормой становятся мании и отступления от нормы — тогда эта идея показалась многим чуть ли не революционной. Тринадцатилетний подросток рассказывает о сексе с родной сестрой. Другой персонаж, явно неадекватный человек, совершает преступление, результатом которого становится смерть девятилетней девочки, и остается безнаказанным. Муж ставит эксперимент над обрыдшей женой, опираясь на записки прадеда о его мистико-геометрических опытах. Тут не герои, а уроды, вдобавок помешанные на сексе. Плюс стилистическое разнообразие, заставляющее усомниться в твердости авторской манеры. Словом, у нас появилась прекрасная возможность присутствовать при рождении того Макьюэна, который до сих пор поражает читателей своей изобретательностью и способностью разглядеть в серой повседневности самую настоящую дьявольщину. Недаром же еще тогда, в середине 70-х, один критик заметил, что в прозе Макьюэна есть «что-то фаустианское».

Иэн Макьюэн. Первая любовь, последнее причастие. М.: Эксмо, 2009
Перевод с английского В. Арканова



Джош Бейзел. Бей в точку

История создания и публикации этого романа, пожалуй, сама могла бы лечь в основу захватывающей книжки, в которой рассказывалось бы не только об успехе дебютанта, но и о нравах докризисного американского издательского бизнеса. Молодой врач из Сан-Франциско, учившийся к тому же писательскому мастерству в Брауновском университете, написал роман с энергичным названием Beat the reaper и передал его агенту. Агент прочел, прокричал что-то вроде «Ай да сукин сын!» и выставил рукопись на аукцион. Тотчас сообразив, что речь идет о бестселлере, гиганты книжного бизнеса вступили в схватку. В результате нервных двухдневных торгов победило известное в США издательство Little, Brown, выложившее за рукопись и продолжение романа миллион долларов. Наверное, книга того стоила — читается она запоем. Мне потребовалось четыре часа двадцать три минуты, чтобы осилить 350 страниц чрезвычайно динамичного текста.

Джош Бейзел придумал интересного героя — врача, который в прошлом был киллером мафии; огромного детину, отдающего сердце людям, но иногда без тени сожаления убивающего других. Конечно же, это типичный продукт американской литературной индустрии, хорошо просчитанный и мастерски исполненный. Известно, что практически все детективы в США пишутся с прицелом на экранизацию — захватывающий роман «Бей в точку» не исключение. Почти наверняка автор читал исследования, посвященные анализу «Крестного отца», где говорится о том, что успех книге Пьюзо и фильму Копполы обеспечило внимание к любимым в Америке темам: мафии (семье), Голливуду и медицине.

В бурлескном романе Джоша Бейзела Голливуда нет, но мафии и медицины — сколько угодно. Медицинский опыт позволяет автору придать повествованию убедительность и удержать читательский интерес даже там, где наш опыт отказывается верить в литературную реальность. Например, в том эпизоде, где герой вырывает из своей ноги кость и убивает ею злейшего врага. Что ж, если доктор Бейзел считает это возможным, остается поверить доктору Бейзелу на слово.

Джош Бейзел. Бей в точку. М.: Иностранка, 2009
Перевод с английского С. Таска



Сирилл Флейшман. Встречи у метро «Сен-Поль»

Четвертый округ Парижа, в котором разворачивается действие рассказов Сирилла Флейшмана, если и не самый старый, то уж точно самый известный и самый колоритный район французской столицы. Его сердце — квартал Сен-Марэ, построенный на правом берегу Сены на месте болота, осушенного восемьсот лет назад тамплиерами. Площадь Вогезов, Севастопольский бульвар, собор Нотр-Дам, набережная Турнель, остров Сен-Луи, знаменитая синагога, разрушенная нацистами в 1940 году, восстановленная и объявленная — во избежание новых покушений — национальным достоянием, а еще — уютные улочки, бары с кошерной водкой, кошерной пиццей и кошерным суши. Восемьсот лет назад здесь, в четвертом округе, начали селиться евреи, и сегодня в районе улицы Розье (на идиш — Pletzl) живет почти половина всех французских евреев, обожающих Сен-Марэ не меньше, чем геи и лесбиянки. Отец Сирилла Флейшмана основал в четвертом округе синагогу, а его мать вела дела в лавчонке неподалеку от станции метро «Сен-Поль». Здесь и происходит действие рассказов.

Когда книга вышла, а это случилось в 1994 году, французские критики в один голос отметили, что писательской манере Флейшмана чужды традиции французской прозы, зато ему близок опыт Шолом-Алейхема и Исаака Башевиса Зингера. Но когда речь идет о хорошей литературе, бухгалтерская дотошность ни к чему. А Сирилл Флейшман написал отличную книгу. В том смысле, что читать ее — настоящее удовольствие. Он рассказывает о людях, говоривших на идиш и полагавших, что центр мира находится близ метро «Сен-Поль». Эти люди мечтают стать дорогостоящими породистыми собаками, сожалеют о том, что Шекспир — не еврей и не русский, пытаются разориться, чтобы посвятить себя театру, и угощаются бутербродами с поэтом Преверманом. Леопольд Гильгульский, Эстель Натюрель, Жозеф Культурклиг, Гюго Копзауэр, Виктор Тихошлоссер — все они жили в Сен-Марэ «еще с до войны», хаживали в синагогу, учились играть на скрипке, имели любовниц, говорили на идиш, а потом умерли, исчезли, превратились в незабываемых персонажей французской прозы Флейшмана.

Сирилл Флейшман. Встречи у метро «Сен-Поль». М.: Текст, 2009
Перевод с французского Н. Мавлевич



Бен Элтон. Первая жертва

Когда англичане говорят об Элтоне, то далеко не всегда имеют в виду Элтона Джона. Писателя Бена Элтона, прославившегося критикой тэтчеризма и stand-up-комедиями нового типа, в Великобритании иногда сравнивают с самим Стивеном Фраем. Бен Элтон написал сценарий «Мистера Бина», а когда группа Queen задумалась о вечном, он сочинил для нее либретто мюзикла We Will Rock You. Его романы расходятся огромными тиражами в англоязычном мире и пользуются популярностью в России. У нас изданы, наверное, все его книги, включая «Смерть за стеклом», «Попкорн» и «Звонок из прошлого» (который лег в основу известного кинохита 90-х).

«Первая жертва» — это детектив, причем детектив во многом образцовый — и в смысле языка, и в смысле сюжета. Действие разворачивается в годы Первой мировой войны, которую главный герой, высокомерный инспектор уголовной полиции Дуглас Кингсли, не принимает по интеллектуальным соображениям, а вовсе не потому, что в его английской крови есть примесь немецкой. Его сажают в тюрьму за отказ идти на фронт, но британские спецслужбы похищают сыщика, чтобы он расследовал загадочное преступление — убийство известного британского поэта, гея и офицера. Саспенс, точные детали, емкие характеристики, романтические чувства, неожиданные сюжетные повороты — чтение захватывающее. Когда читаешь об английских солдатах, которых скудное жалованье возмущало больше, чем жестокость солдат немецких, становится ясно, что автор понимает войну лучше, чем многие записные баталисты. А еще меня тронул эпиграф: «Эта книга посвящается памяти моих горячо любимых дедушек — Виктора Эренберга и Гарольда Фостера, воевавших друг против друга во время Первой мировой войны».

Бен Элтон. Первая жертва. М.: Иностранка, 2009
Перевод с английского А. Балджи



Другие материалы рубрики:
Юрий Буйда. Не только Конан Дойл, Станислав Буркин, Ричард Йейтс, Александр Терехов и Том Стоун, 16.04.2009
Юрий Буйда. Сильвия Кристель, Ариф Алиев, Анна Ковалова и Лев Лурье, Александр Ливергант, 08.04.2009
Юрий Буйда. Тонино Бенаквиста, Банана Ёсимото, Дидье ван Ковеларт, Питер Мейл и Катриона Келли, 01.04.2009

 

 

 

 

 

Все новости ›