Оцените материал

Просмотров: 5344

Открытые письма о душевном здоровье

Глеб Морев · 28/05/2009
Свинство «АСТ», тридцать рублей за письмо Солженицыну

©  OPENSPACE.RU

Открытые письма о душевном здоровье
Сегодня нас будут занимать письма. Исключительно открытые, конечно.

В возникновении одного из них — «Открытого письма Дмитрию Быкову, автору книги «Булат Окуджава» в серии ЖЗЛ», — боюсь, отчасти повинен ваш покорный слуга, обративший в прошлом выпуске «Ссылок» внимание на претензии исследовательницы Окуджавы Ольги Розенблюм к Дмитрию Быкову. Марат Гизатулин, автор нынешнего эпистолярного обращения к Быкову, имеет, в свою очередь, претензии и к Быкову, и к Ольге Розенблюм, но суть его письма не в этом. Спор идет о том, был ли душевно болен брат Окуджавы Виктор. Быков считает, что был, Гизатулин — что не был. Попутно, правда, утверждается, что «не совсем адекватна» вдова поэта. С нее разговор соскальзывает на самого Окуджаву: «Понимаю, — пишет Гизатулин, — и Ольгу Владимировну, которая каждому встречному рассказывает, что муж ее был сумасшедшим. Больше того, я не берусь оспаривать этого утверждения в отношении Булата Шалвовича, ибо не был с ним близко знаком и не могу составить своего мнения о его душевном благополучии». Быков в тут же, как водится, воспоследовавшем ответе заступается за О.В. Окуджаву и ее покойного мужа, вскользь констатируя (представляется, что справедливо): «долгий конфликт [исследователей] вокруг Б.Ш. не мог не сказаться на душевном состоянии всех его участников».

Другая эпистолярная история не столь нетривиальна.

В сети появилось «Открытое письмо В. Суворова издательству “АСТ”». Автор — популярнейший писатель-историк, известный также как советский разведчик-невозвращенец Виктор Резун, — объявляет о прекращении своих многолетних и, надо думать, взаимовыгодных отношений с известным российским издательством. Суворова понять можно: как следует из его письма, издательство «АСТ», продолжая печатать его книги, стало зачем-то сопровождать их «Сведениями об авторе» — мало того, что не согласованными с самим Суворовым, но еще и полными оскорбительной клеветы, касающейся его биографии. Собственно, часть этих «сведений» Суворов и опровергает в своем открытом письме. Поразительная эта ситуация, когда издательство одной рукой, так сказать, публикует и продает книги автора, а другой — в этих же самых книгах — поливает его грязью, заставила Григория Дашевского вспомнить аналогичный случай с «Лимбус Пресс». Это петербургское издательство не придумало ничего более остроумно-рыночного, чем выпустить поэтическую антологию «Формация» с хамским предисловием местного литературного скандалиста. Остается повторить за Дашевским: «…автор предисловия [равно как и издатель в целом, добавлю я] — это всегда друг писателя… поэтому его нападение на писателя — не акт литературной вражды, не скандал, а мелкое свинство, свидетельствующее о полном непонимании того, как устроена литература». Впрочем, замечает в связи с письмом Суворова Дашевский, «российские издательства ведут себя одинаково, а авторы — по-разному». (В отличие от Суворова питерские поэты оскорбление стерпели.)

Последнее в нашем сегодняшнем обзоре письмо, о котором напомнил недавно Андрей Мальгин, скандальным уже не выглядит. Не то что в 1971 году, когда его напечатали «Огонек» с «Литературной газетой». Тогда американский певец Дин Рид с их гостеприимных страниц решил обратиться с отповедью к только что получившему Нобелевскую премию Солженицыну.

«Дорогой коллега по искусству Солженицын!

Я, как американский артист, должен ответить на некоторые ваши обвинения, публикуемые капиталистической прессой во всем мире. По моему мнению, они являются ложными обвинениями, и народы мира должны знать, почему они ложные.

<…> Больное общество у меня на родине, а не у вас, г-н Солженицын!

Именно Америка, а не Советский Союз, превратилась в самое насильственное общество, которое когда-либо знала история человечества. Америка, где мафия имеет больше экономической власти, чем крупнейшие корпорации, и где наши граждане не могут ходить ночью по улицам без страха подвергнуться преступному нападению. Ведь именно в Соединенных Штатах, а не в Советском Союзе, свои же сограждане убили в период с 1900 года больше людей, чем число всех американских солдат, погибших в боях в первой и второй мировых войнах, а также в Корее и во Вьетнаме! Именно наше общество считает удобным убивать любого и каждого прогрессивного лидера, который находит в себе мужество поднять голос против некоторых наших несправедливостей. Вот что такое больное общество, г-н Солженицын!» и т.д., и т.п.

Пикантность этой эпистолярной истории заключается, конечно, не в существе гневных наставлений несчастного барда, покончившего с собой в Берлине в 1986 году, а в фигуре подлинного автора этого и других проникновенных документов, печатавшихся от имени Дина Рида в «ЛГ». Имя скромного солдата пера из «Литгазеты» сохранил для нас ее бывший сотрудник Владимир Радзишевский: «После выхода газеты пускали по отделам ее экземпляр для так называемой разметки. На каждом материале нужно было указать размер гонорара и сведения об авторе. Естественно, для бухгалтерии. Статейка, подписанная Дином Ридом, потянула, как и положено, на тридцать рублей — но не по евангельскому счету, а по объему: обычно за машинописную страницу платили десятку; стало быть, за три страницы — тридцатник. Однако выписаны эти деньги были вовсе не Дину Риду, а сотруднику отдела внешней политики Яше Боровому. Это значило, что единоличным автором заметки был именно он».

Другие материалы раздела:
Ксения Рождественская. Имя угрозы, 27.05.2009
Варвара Бабицкая. Ролан Топор. Принцесса Ангина, 25.05.2009
Станислав Львовский. Другой случай, 25.05.2009

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:1

  • litou· 2009-05-28 17:50:44
    "Это значило, что единоличным автором заметки был именно он». Нет, не значило. Такое письмо Яков Боровой не мог написать по собственной инициативе, а значит, у него был соавтор (соавторы). По принятой тогда практике журналиста назначили, а текст писали и переписывали не раз и не два, а потом еще утверждали в ЦК. Это, конечно, детали, но мы знаем, кто там, в деталях, обычно скрывается. Вдобавок Радзишевский не является достоверным источником - при всем к нему уважении. В советской газетно-журнальной практике было принято платить не только автору, но нередко - и редактору, в данном случае - назначенному. О Боровом: Яков Львович Боровой был корреспондентом по Бл. Востоку, встречался с Арафатом, когда тот еще прятался, потом пришел в журнал Новое время зав. отделом международной жизни. Работал в журнале именно в те времена, когда его с трибуны ООН назвали лучшим и самым свободным журналом в мире и вручили соответствующую премию там же, в ООН. Когда Черномырдину приказали создать политпартию, Боровой стал пресс-секретарем НДР. Потом создал PR-агентство. Журналист он - не из звезд, прожил такую же жизнь, как и многие другие его коллеги. И если его решили вспомнить, то поставьте рядом с ним тех, с кем он был так или иначе близок, в том числе идейно: гендиректор ИТАР-ТАСС Игнатенко, бывший главредактор Нового времени Пумпянский, бывший главредактор Огонька Гущин, телеобозреватель Млечин, обозреватели АПН Шакина, Газеты. ру Вадим Дубнов и Времени новостей Аркадий Дубнов - эти и многие другие звезды перестройки и раннего ельцинизма были его коллегами, единомышленниками в прямом и точном смысле слова. Если вспоминать, то все.
Все новости ›