Оцените материал

Просмотров: 9195

Сильви Тестю. Девочки

Анна Кузьминская · 09/07/2008
Если тебе купили некрасивую майку — то потому, что у тебя нет папы. И трава из-за него недостаточно зеленая
Если тебе купили некрасивую майку — то потому, что у тебя нет папы. И трава из-за него недостаточно зеленая
Сильви Тестю не писательница, но актриса — красивая, успешная, предприимчивая; можно сказать, звезда. Звездные книжки привлекают внимание уже потому, что они звездные, а тут еще и книжка вполне ничего — не какая-то монотонная бубниловка, а живенький роман о детстве. Конечно же, о детстве Сильви Тестю. В кратком вступлении Тестю настаивает на том, что история полностью вымышлена и сходство с реальными людьми случайно, но эмоции льются через край уже в первом абзаце. И такие эмоции не придумаешь — ааааааа, как они размашисты, ууууууу, как выстраданы: за каждым словом чудятся горы промокших от слез подушек и многочасовые беседы с психоаналитиком. При этом понять, в чем, собственно, сыр-бор, удается далеко не сразу. Про что страдаем-то? С кем выясняем отношения?

Оказывается, с папой. Папа вроде как ушел. И бросил трех дочек. Все три переживают разлуку с папой по-своему: старшая становится задумчивой, рассудительной, младшая уходит в книжки и мечты, средняя отчаянно хулиганит и постоянно ищет приключений. При этом папу девочки, собственно, и не помнят. Он ушел слишком давно — для того чтобы узнать, как выглядел этот самый папа, девочки крадут фотографию из маминого стола.

Тему папы в семье обходят стороной: «Он» (так в книжке) — это вроде как зло. По крайней мере, девочки привыкли так думать. Если тебя обижают в школе, то потому, что у тебя нет папы. Если тебе купили некрасивую майку — то потому, что у тебя нет папы. И трава из-за него недостаточно зеленая. И вода не вполне мокрая. Вот был бы папа — и все было бы иначе. Но папы нет. Читаешь и умиляешься тому, как ясна и логична становится жизнь после того, как в ней удается найти козла отпущения.

Занятно, что к середине книжки начинаешь чувствовать себя этим самым козлом. Потому что речь Тестю постоянно обращена именно к тебе, к читателю. Представляешь ли ты, каково это, когда двери в твоем доме больше не скрипят, потому что их смазал посторонний дядя Пьер, который ухаживает за мамой?! Пытаешься испытать сочувствие, но получается с трудом. А что плохого в нескрипящих дверях? Да и дядя Пьер, который отчаянно пытается понравиться трем девочкам-подросткам, вызывает симпатию. Не каждый, знаете ли, отважится. Вместо того чтобы идентифицироваться с героиней, идентифицируешься с тем взрослым миром, к которому у Тестю так много претензий. Дискомфортная роль. Но познавательная весьма.

У каждого из нас есть сорок бочек претензий ко взрослому миру. Каждого недолюбили, недооценили, недонянчили. Мало чему научили, а спрашивают слишком многое. Дай волю, время, настроение — каждый напишет свое жалобное письмо ко всевышнему.

Но тут ты не автор, а получатель такого письма. Чужие одиночество, обиды и грусть обрушиваются на тебя, имея в виду то ли растрогать, то ли уязвить. Безусловно — задеть. Затянуть в свое надрывное болото. Причем ничего особенно трагического в книжке, как ни глянь, и не происходит. Объективно говоря, у девочек все очень неплохо — у них есть друзья, их обожает мама, с ними возится целая армия темпераментных итальянских родственников. Пусть трава недостаточно зеленая, но она и не черная, отнюдь. Вполне приятная травка. И пахнет свежо.

Да и в будущем все у девочек сложится отлично. На последних страницах они уже женщины, у каждой из трех надежный, любящий мужчина. И никакой тебе тяжелой наследственности. Даже если папа и виноват в том, что старшая дочка стала задумчивой, рассудительной, младшая ушла в книжки и мечты, а средняя отчаянно хулиганила и постоянно искала приключений, — именно благодаря этим свойствам все три нашли для себя подходящее дело в жизни.

Стала ли бы Сильви Тестю успешной актрисой, если бы не стремление доказать — папе, кому ж еще, — что она, красавица и умница, способна на многое и у нее все может быть чудесно и без него? Написала ли бы она эту — вполне недурственную — книжку, если бы не хотела пожаловаться своему несостоявшемуся родителю на то, как тяжко ей без него жилось? Впору сказать спасибо всем несчастьям. За то, что подтолкнули развитие и вдохновили на подвиги.

Но мы не станем говорить об этом Сильви Тестю. Зачем бы.

Небось она и сама в курсе.

Сильви Тестю. Девочки. М.: Издательский дом Мещерякова, 2008
Перевод с французского Нины Хотинской

 

 

 

 

 

Все новости ›