Для «прóклятого поэта» Бодлер был очень озабочен вопросами благопристойности.

Оцените материал

Просмотров: 14030

Шарль Бодлер. Избранные письма

Варвара Бабицкая · 23/04/2012
Из писем Бодлера мы относительно мало узнаем о его литературной кухне и взглядах на искусство и очень много – о хворях и долгах

Имена:  Шарль Бодлер

©  Павел Пахомов

Шарль Бодлер. Избранные письма
Первое, что мы узнаем из этой переписки, — что Шарль Бодлер был избалованным маменькиным сынком. «Я сумел отбить у себя охоту к современной литературе и больше, чем когда-либо, научился любить маму», — пишет он матери из коллежа, и в последующие тридцать лет этот экзальтированный тон в общем ничуть не переменится. Довольно много написано о том, как второй брак рано овдовевшей матери Бодлера наложил тягостный отпечаток на всю его жизнь, о том, как он ненавидел отчима, отправившего маленького Шарля в коллеж и навсегда положившего конец его детской эдипальной идиллии. Но когда читаешь подряд письма «прóклятого поэта», в глаза бросается другое: до какой степени счастливое детство определяет всю дальнейшую жизнь человека. Один раз любимчик и баловень — баловень навсегда.

Есть что-то ужасно подкупающее в последующей, красной нитью проходящей через всю его переписку неколебимой уверенности Бодлера в том, что весь мир к нему бесконечно расположен и готов неустанно с ним возиться. Вот, скажем, он пишет инструкцию будущему рецензенту его первой книги художественной критики:

«Если хотите вышутить меня в своей статье — пожалуйста, лишь бы мне не было слишком больно. Но если хотите доставить мне удовольствие, напишите несколько серьезных строчек и УПОМЯНИТЕ “Салоны” Дидро». Невольно приходит в голову, что, возможно, если бы современные русские авторы относились к критикам с подобной детской ласковой доверчивостью, а не видели в них заранее врагов, завистников и злопыхателей, лицо нашей современной критики (и литературы) было бы иным.

Другая сторона того же свойства характера — его невозможная капризность и требовательность по отношению к подчас совершенно незнакомым людям, которых он вдобавок бесконечно о чем-нибудь просит: о деньгах, услуге или внимании. Вот, скажем, Бодлер просит некоего собрата по перу о литературной протекции и тут же начинает выставлять условия: «Я был бы счастлив в этом деле, если бы мне не пришлось ни видеть, ни слышать г-на Денуайе. Клянусь вам, я не испытываю к нему никакой неприязни; его ненависть к прекрасному невинна, ибо она бессознательна, это ненависть животная и инстинктивная; и будь он самым лучшим человеком на свете, он все равно будет творить зло в литературе».

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:1

  • pv· 2012-04-27 20:59:59
    скучно...
Все новости ›