Солдаты, рабы и проститутки сливаются у него в одну неразличимую массу, одержимую насилием.

Оцените материал

Просмотров: 15860

Пьер Гийота. Воспитание

Борис Нелепо · 10/03/2011
Автобиографический роман одного из самых радикальных фигурантов современной французской литературы дает читателю ключ ко всему корпусу его текстов

Имена:  Пьер Гийота

©  Павел Пахомов

Пьер Гийота. Воспитание
«Воспитание» — шестая книга французского писателя Пьера Гийота, переведенная на русский язык. Тем не менее именно она способна открыть автора радикальных романов «Могила для 500 000 солдат» и «Эдем, Эдем, Эдем» с новой стороны и заодно дать ключ читателю, не готовому сразу заглянуть в глаза чудовищ, к герметичному корпусу его работ.

В своих самых известных романах Гийота выстраивает масштабные картины мира, охваченного войной всех против всех. Солдаты, рабы и проститутки сливаются у него в одну неразличимую массу, одержимую насилием. Литература XX века, кажется, не видала на своих страницах описания подобных зверств. Помимо предельного опыта, эти книги полны экспериментов с языком: после разбитой на песни эпической «Могилы для 500 000 солдат» он написал «Эдем», состоящий из одного нескончаемого предложения, а затем увлекся фонетическим письмом, приближающим его прозу к поэзии. Один язвительный литературный критик даже пошутил, что теперь произведениям Гийота понадобится перевод на французский. К нему прислушались: к переизданию «Проституции» прилагалось краткое содержание.

Для того чтобы понять, почему эти экспериментальные работы вызвали такое восхищение среди интеллектуалов (предисловие к «Эдему» Ролана Барта, восторженные отзывы Мишеля Фуко, «Могила…», поставленная в театре Антуаном Витезом, и моноспектакль по «Коме» в исполнении Патриса Шеро) и столь громкие общественные споры (на «Эдем…» был наложен цензурный запрет) на исходе революционных шестидесятых, сегодняшнему читателю, наверное, лучше всего обратиться именно к автобиографической прозе, посвященной становлению Гийота-писателя.

«Воспитание» — роман о детстве, а точнее, о первых четырнадцати годах жизни автора. Он сам во вступлении дает точнейшую характеристику своей книги: «Это рассказ о чувственном, эмоциональном, интеллектуальном и метафизическом воспитании ребенка, родившегося в начале Второй мировой войны, в деревне на юго-востоке Франции, в старинной, католической, небогатой семье». Этот ребенок больше подмечает, глубже чувствует и обладает потрясающей памятью, позволяющей начать повествование буквально с первых шагов. Учитывая год рождения, 1940, речь идет о первых шагах на фоне Истории. «Воспитание» меньше всего походит на дежурные мемуары: Гийота, следуя своему замыслу, обходит вниманием многие события, в том числе и травматические. Его скорее интересует опыт последовательного познавания мира, хроника чувственных и интеллектуальных впечатлений.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:13

  • hans-zivers· 2011-03-10 23:54:46
    Господи, и здесь эта педофилия и гомосятина. Он ведь там в книгах описывает как он мальчиков насилует, иногда до смерти. Неужели такие авторы уже неподсудны?
    За карикатуры с Путином у нас сажают, за "неверных ментов" дают сроки, а за вот такое почему-то не только не сажают, но и расписывают как нечто хорошее и имеющее отношение к литературе!

    ««...Ваши мальчики резвятся с вами в вашей постели, в доме пахнет ночным потом и молоком, ваш сын лежит между вами и вашей женой, его пижама расстегнулась; чернильный ветер задувает в окно; в тени под хрустальной лампой в изголовье кровати звенит будильник. Мальчик развязывает пояс пижамы, запускает руку между ляжек, вы кончиком пальца ласкаете его запястье, касаясь волос на лобке; его мать, ваша жена дрожащей рукой скользит по бедру своего сына, ее влагалище волнуется, набухает, приоткрывается; занавеска, намокшая от чернил, падает; вы оба наваливаетесь на мальчика, вы проникаете в него одновременно спереди и сзади, он стонет, откинув голову на подушку, вы спариваетесь на его теле, наполненном и опустошенном, на его нежном животе вы обнимаетесь, как в первые дни, ваше семя изливается на его пупок; его тело подпрыгивает, губы дрожат, в уголках губ проступают капельки крови, вы и ваша жена слизываете их, вы тянете его каждый в свою сторону; мокрая пижама смята, задрана до плеч, спущена до колен, ваши руки мнут его тело, ваши зубы кусают его; ваша жена, присев на корточки, проходит над ним, берет его за ноги, поднимает и разводит их, погружает голову и зубы между ляжек, словно в арбуз, сок которого стекает по щекам до мочек ушей, раздвигает ляжки и хрюкает, хрюкает, сопит и стонет» ["Эдем, Эдем, Эдем", Пьер Гийота]»

    И ещё:

    «"Я вынимаю моего мальчика из-под грузовика, ложусь на него и говорю:
    - Ты мой раб, у меня есть для тебя медное кольцо, кнут, плевки, драгоценные взгляды и ласки, блевотина, известь и кровь.
    Он обнимает мою шею теплыми руками, я слизываю с его щек горючие слезы, на его животе, под моим животом, плавится лавр.
    - Я буду бить тебя, стегать кнутом; день и ночь ты будешь ходить голый, блестящий, влажный от спермы и слюны, ты будешь тереться теплым липким животом о холодный мрамор стойки бара, смеяться, сверкая зубами, упираясь локтями в цинк" [Пьер Гийота «Могила для 500 000 солдат»]»
  • Ivy· 2011-03-11 01:06:02
    Растерзать, на костер его во славу традиционных ценностей!
    А, забыл, и книжки сжечь :)
    Вы дикарь.
  • revelateur· 2011-03-11 10:03:35
    hans-zivers:

    Спасибо, что вы подобрали эти будоражащие фрагменты, выложенные в сети. Скажите, пожалуйста, а читали ли вы эти книги целиком? Ну, потому что Гийота уж точно не описывает, "как он мальчиков насилует, иногда до смерти". В упомянутых вами книгах действуют выдуманные персонажи на выдуманных пространствах (как у художников братьев Чепмен, которые хороши знакомы с его творчеством). Да и в моей рецензии идет речь о книге из автобиографического цикла Гийота, написанного строгим языком и чрезвычайно целомудренно рассказывающего о его детстве.

    Не говоря уже о том, что во французской культуре Гийота - состоявшаяся фигура, к творчеству которого обращаются ведущие интеллектуалы (многие из них перечислены в моем тексте). Ну а процитированные вами отрывки вряд ли могут шокировать читателя, знакомого с текстами Маркиза де Сада или Жоржа Батая.
Читать все комментарии ›
Все новости ›