Новые русские книги на полке и собственная работа на столе – вот что для меня литературный процесс.

Оцените материал

Просмотров: 12188

Лена Элтанг: «Два романа еще не делают тебя прозаиком»

Евгения Лавут · 03/02/2010
Первый лауреат новой литературной премии «НОС» Лена Элтанг — о жизни русского писателя вне России, о новом романе, вишневом компоте и новых меценатах

Имена:  Лена Элтанг

©  Ольга Паволга  ⁄  www.pavolga.com

Лена Элтанг - Ольга Паволга

Лена Элтанг

Аббревиатура «НОС» расшифровывается как «новая словесность» или «новая социальность». Тем не менее премию Фонда Михаила Прохорова за свой второй роман «Каменные клены» получила живущая в Вильнюсе писательница Лена Элтанг, чья проза далека от социальной проблематики. Элтанг — если не новое, то — во всяком случае, на сегодняшний день — уникальное в русской литературе явление продолжения традиций европейского модернизма. Сюжет в ее прозе почти вытесняется сложными конструкциями из разных типов текста — дневников, писем, интернет-чатов, травников, — а имена и топонимы неизменно многозначны. Одна из читательниц так резюмировала прочитанные ею «Каменные клены»: «Игры разума и просто личные тараканы». О том и о другом Лена Элтанг рассказывает ЕВГЕНИИ ЛАВУТ.

— Лена, для многих было неожиданностью вручение вам «НОСа», тем более что вы изначально не входили в пару финалистов. Вы сами были к этому готовы?

— Признаться, я была удивлена, более того, мне казалось, что я случайный гость на этом празднике. Надо сказать, что на приеме, устроенном организаторами за день до дебатов, я впервые увидела остальных участников, и они оказались совершенно пленительными людьми, один другого занятнее и непонятнее.

Мне немедленно стало стыдно за то, что я не нашла времени прочитать ни одной книги из короткого списка, я выпросила две в подарок и до трех часов ночи их читала. Думаю, жюри пришлось изрядно поспорить, прежде чем добыть из нескольких тонн словесной руды таких невыносимо разных авторов, острый шестигранник кварца, местами дымчатый, местами прозрачный, то преломляющий, то вбирающий свет.

Когда по результатам первого голосования стало ясно, что моя книга сошла с дистанции, я тут же загадала: если премию получит писатель, которому я желала победы, то я допишу свой новый роман к весне, а если нет, то и суда нет. Смешно, я знаю, но я вечно на что-нибудь загадываю, еще с детства: если эта кошка свернет в подворотню, то контрольной по алгебре не будет, и тому подобное.

Ну вот теперь совершенно ясно, что роман я к весне не допишу.

— Вы уже более двадцати лет живете вне России. Это помогает или мешает писать?

— Поверьте, я живу в России! Для меня пространство жизни — это язык, его сгущения и разреженность, его вибрация и спокойствие, его привычные странности и внезапные откровения. Вне русского языка меня не существует, не существует ни личности, ни голоса, ни желания разговаривать.

И дело даже не в том, что я думаю и пишу по-русски, при том что дома приходится говорить на английском, а в городе — на литовском языке, что, не скрою, довольно утомительно. Дело в том, что язык — это еще и совершенный инструмент выживания, сопротивления своим обстоятельствам, уход в маки, если угодно.

Кто знает, что бы у меня получилось, если бы не пришлось каждое утро уходить в горы, к партизанам? Вполне вероятно, что я бы поленилась вставать в половине пятого утра и проводить день, складывая из ледяных осколков ускользающее слово. Да чего там, я уверена, что поленилась бы.

Читать текст полностью

Ссылки

 

 

 

 

 

Все новости ›