Много ли вы видели интеллигенции в современной русской прозе?

Оцените материал

Просмотров: 27527

Михаил Идов. Кофемолка

Варвара Бабицкая · 02/12/2009
Столичный образованный класс узнал себя в мелких предпринимателях с нижнего Ист-Сайда – и обрадовался

Имена:  Михаил Идов

©  Тимофей Яржомбек

Михаил Идов. Кофемолка
«Кофемолка» (в оригинале Ground up) — первый роман американского журналиста, постоянного обозревателя журнала New York Magazine, русского эмигранта Михаила Идова — вызвала в рядах московской читающей публики необычное оживление. Отмечая этот факт, я вовсе не хочу обесценить книжку — роман очень хорош, и тем не менее поднятый вокруг него шум трудно объяснить одними художественными достоинствами. «Кофемолку» беспрецедентно быстро перевели — почти сразу после выхода английского оригинала; сам же автор, вместе с женой, и перевел. Но еще год назад, по словам Идова, он представлял себе перспективы своей книжки на исторической родине весьма туманно и уж точно не считал это делом ближайшего будущего. «Кофемолка» писалась без всякого расчета на русскоговорящую аудиторию; главный герой, хотя и русский, не имеет никаких специфических национальных признаков и в раннем английском варианте вообще имел польскую фамилию. Во всех интервью Идов подчеркивает, что написал очень американский, вернее, очень нью-йоркский роман. «Кофемолка» — история о паре интеллектуалов-эскапистов, проверивших на прочность типичную мечту своего класса, то есть открывших в нижнем Ист-Сайде венскую кофейню и растерявших иллюзии в столкновении с грубой капиталистической реальностью. Автор полагал, что его книга, именно в силу точного попадания в конкретные реалии и настроения, не очень поддается экспорту. И действительно, переводные новинки начинающих западных авторов обычно не вызывают у нас подобного резонанса. Но факт налицо: в России, вернее, в Москве Идова приняли как своего.

Это вроде как понятно — кровь не вода, и естественно, что происхождение автора вызывает у его бывших соотечественников повышенный интерес к его произведению, как и вообще вызывает любопытство и сочувствие любой «черный брат, которому удалось». То есть это казалось бы естественным, не будь у нас других примеров. Для разнообразия оставим в покое Набокова, который служит для нас «универсальным метром» русского писателя, полностью освоившего чужую культуру и усвоенного ею. Есть и более близкие примеры. Например, писатель Андрей Макин — знаете такого? Ничего удивительного, если не знаете. В 1987 году он эмигрировал во Францию, а в 1995-м стал первым русским, получившим премию Гонкуров. Его роман «Французское завещание» (Le testament français) стал европейской сенсацией, его перевели, если верить «Википедии», на тридцать пять языков — но ни одна из более чем десяти книг Макина до сих пор не вышла в России, не считая журнальной публикации «Французского завещания». Видимо, российские издатели не увидели в Макине потенциала. А за Идова они уцепились сразу — и не прогадали.

Тут нужно заметить, что шум по поводу «Кофемолки» поднял в первую очередь не литературный цех: возликовал именно читатель, московская культурная светская публика, аудитория «Афиши» и «Сноб.ру». Издатели Сергей Пархоменко и Варвара Горностаева, играя заметную роль в этом кругу, безошибочно опознали в Идове своего. В смысле — социально близкого, говорящего с нами на одном языке (не важно, что язык этот в данном случае английский). Как бы ни переживал, по собственному признанию, автор по поводу своего (на самом деле не такого уж) «подзабытого и синтетического» русского, этот язык оказался гораздо ближе людям, называющим себя global Russians, чем речь подавляющего большинства современных русских прозаиков. И дело не только в том, что Идова уже знали и любили в России как журналиста (его статьи выходили в «Большом городе», «Коммерсанте»; в настоящее время Идов является, помимо всего прочего, постоянным колумнистом журнала «Сноб»). Речь идет об узнавании в более широком смысле. Интеллигентный еврейский мальчик из Риги, ассимилировавшийся в США и весьма состоявшийся профессионально — идентифицироваться с ним и с его героем гораздо естественнее и приятнее, чем с деклассированными по преимуществу местными персонажами. Приходится констатировать, что подавляющее большинство русских писателей — очень и слишком local Russians. Или они действительно от сохи и пишут о себе подобных, или принадлежат к образованному классу, но считают своим долгом писать об униженных и оскорбленных — а мы из того же чувства долга читаем их с плохо сдерживаемым умилением и корим себя за снобизм, когда корявый язык и безграмотная стилизация вызывают в нас вспышку раздражения.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:2

  • premia-imhonet· 2011-01-25 17:56:19
    отзыв на "Кофемолка" от Александра Долгина

    «Кофемолка» Михаила Идова бесспорная вещь. В добавление к целому ряду достоинств она замечательна тем, что задает долгожданный тренд в отечественной литературе (а возможно и мировой).

    Сколько-то лет назад мы на троих обсуждали на Полит.ру тему заболачивания в русской беллетристике. Я тогда сделал ставку на производственный роман. Я исходил из того, что поиски и надежды людей в новом для них постсоветстком мире, связаны прежде всего с переосмыслением их деятельности, с обретением своего собственного дела, занятия и местоположения в социальном ландшафте. Книги, в которых говорится про это, априори интересно читать. К тому же, литература как со стороны спроса (читатели), так и со стороны предложения (писатели) устала от перемалывания старых тем, а новое рождается опять-таки в новых обстоятельствах деятельности.

    Правда, выдавая это соображение, я не вполне представлял себе, каким образом сделать произведение этого жанра захватывающим. Тем более, не имел представления, кому это удастся. К тому же мне казалось, что авторы в большинстве своем недостаточно знакомы с реалиями, чтобы производственный роман получился точным и состоятельным. По этой ли причине или по какой-то еще, но за истекшие годы в этом жанре ничего особенно примечательного на русском языке так и не появилось.

    Идову стопроцентно удалось решение. Мало того что он перенес свое журналистское искусное владение языком из короткой формы в длинную, что получается далеко не у всех перьев первого ряда, он оказался удивительно интересен и точен в материальных и психологических деталях того бизнеса, который послужил сюжетной канвой.

    Помимо истории личных отношений в эту канву уместилось много разных сюжетов. Их объединяет дух Нью-Йорка и его обитателей. Тот факт, что этот дух в передаче Идова оказывается не столь манящ, как порой кажется издалека (или казалось до отбывания в столицу мира) – это не вина автора. Работа Идова заслуживает высочайшей похвалы.
    «Кофемолка» Михаила Идова бесспорная вещь. В добавление к целому ряду достоинств она замечательна тем, что задает долгожданный тренд в отечественной литературе (а возможно и мировой). Сколько-то лет назад мы на троих обсуждали на Полит.ру тему заболачивания в русской беллетристике. Я тогда сделал ставку на производственный роман. Я исходил из того, что поиски и надежды людей в новом для них постсоветстком мире, связаны прежде всего с переосмыслением их деятельности, с обретением своего собственного дела, занятия и местоположения в социальном ландшафте. Книги, в которых говорится про это, априори интересно читать. К тому же, литература как со стороны спроса (читатели), так и со стороны предложения (писатели) устала от перемалывания старых тем, а новое рождается опять-таки в новых обстоятельствах деятельности. Правда, выдавая это соображение, я не вполне представлял себе, каким образом сделать произведение этого жанра захватывающим. Тем более, не имел представления, кому это удастся. К тому же мне казалось, что авторы в большинстве своем недостаточно знакомы с реалиями, чтобы производственный роман получился точным и состоятельным. По этой ли причине или по какой-то еще, но за истекшие годы в этом жанре ничего особенно примечательного на русском языке так и не появилось. Идову стопроцентно удалось решение. Мало того что он перенес свое журналистское искусное владение языком из короткой формы в длинную, что получается далеко не у всех перьев первого ряда, он оказался удивительно интересен и точен в материальных и психологических деталях того бизнеса, который послужил сюжетной канвой. Помимо истории личных отношений в эту канву уместилось много разных сюжетов. Их объединяет дух Нью-Йорка и его обитателей. Тот факт, что этот дух в передаче Идова оказывается не столь манящ, как порой кажется издалека (или казалось до отбывания в столицу мира) – это не вина автора. Работа Идова заслуживает высочайшей похвалы.

    оценка 9/10

    http://books.imhonet.ru/element/1113143/opinion/2712847/
  • Julia Pianikina· 2011-08-10 14:17:34
    Много ли вы видели интеллигенции в современной русской прозе? Не каких-то особенных старорежимных интеллигентов «из бывших», желательно питерских и пенсионного возраста, превратившихся в неистребимый литературный штамп, а просто нормальных живых москвичей, которые пользуются айфонами и одеваются в Gap или у малоизвестных австралийских дизайнеров (в зависимости от уровня доходов) - Cергей Минаев как фигура примелькавшаяся и достаточно известная, а в целом мне очень понравилась статья, надеюсь с её подачи я доберусь до книги.
Все новости ›