Налицо было явное недопонимание между жюри и организаторами премии по вопросу прозрачности.

Оцените материал

Просмотров: 7164

По процедуре

Варвара Бабицкая · 10/11/2009
Жюри литературной премии «НОС» было готово обсуждать и отстаивать свое решение — но никак не пересматривать его с учетом возражений экспертов

Имена:  Алексей Левинсон

©  Предоставлено Фондом Михаила Прохорова

Алексей Левинсон

Алексей Левинсон

Премия «Новая словесность», которая впервые будет вручаться Фондом Михаила Прохорова в начале будущего года, с самого начала вызывала повышенный интерес у профессионального сообщества и части публики.

Идея премии, которую действительно можно назвать инновационной, состояла в «прозрачности процесса принятия решений». Было широко объявлено, что шорт-лист будет сформирован в процессе публичных дебатов и что помимо членов жюри в нем примут участие приглашенные эксперты и зал.

Как гласит пострелиз, «4 ноября 2009 года в рамках Красноярской ярмарки книжной культуры состоялись публичные дебаты членов жюри литературной Премии “НОС”, по результатам которых был объявлен шорт-лист Премии». Эта формулировка страдает неточностью: она отражает замысел организаторов премии, но вовсе не отражает реального хода событий. Шорт-лист «НОСа» ни в коем случае не явился результатом действительно имевших место яростных двухчасовых споров, а был оглашен в самом начале вечера и послужил их причиной.

Коротко говоря, было так: жюри под председательством Алексея Левинсона огласило короткий список из шести книг: «Люди в голом» Андрея Аствацатурова, «Новочеркасск: кровавый полдень» Татьяны Бочаровой, «Роман Арбитман» Льва Гурского, «Тайная жизнь петербургских памятников» Сергея Носова, «Сказки не про людей» Андрея Степанова и «Каменные клены» Елены Элтанг. Члены жюри — Алексей Левинсон, Елена Фанайлова, Марк Липовецкий, Кирилл Кобрин и Владислав Толстов — привели доводы в пользу своего решения, тем не менее список многим показался спорным и вызвал бурную реакцию экспертов — Николая Александрова и Константина Мильчина. Последовала весьма эмоциональная и продолжительная дискуссия, в ходе которой жюри было предложено пересмотреть шорт-лист с новых позиций, о которых речь ниже. Поколебавшись, жюри все-таки решило проголосовать по поводу поступившего предложения, большинством голосов приняло такую возможность, после чего тем же путем голосования последовательно отвергло все предложенные конкретные изменения, вернувшись к изначальному списку. Таким образом, уступка была чистой формальностью.

Можно считать, что принцип прозрачности был соблюден, поскольку жюри подробно аргументировало свой выбор по ходу оглашения списка. Нечто похожее происходит при вручении и других литературных премий, ничего особенного в этом нет. Эксперты оспорили решение жюри — тоже не новость. Хотя обычно это происходит постфактум в прессе, а не прямо по ходу дела и на повышенных тонах.

Что же касается главного революционного новшества — так сказать, интерактивной премиальной процедуры, — то на данном этапе его приходится считать несостоявшимся. Как это часто у нас бывает, прямые демократические выборы провалились, только в данном конкретном случае такой результат представляется закономерным.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›