Как бы ни жаловались аниматоры, что денег мало, на самом деле наши дотации не так плохи. Но ни 7 млн, ни 20 млн евро работать не будут, если за деньгами не стоит никакой культурной политики.

Оцените материал

Просмотров: 10840

Мультимиллионы

Мария Терещенко · 29/02/2012
Как финансируется российская анимация, в чем виноваты «Смешарики» и почему нынешний Суздальский фестиваль, возможно, станет особенным

Имена:  Гарри Бардин · Илья Попов · Константин Бронзит · Сергей Сельянов

©  Atsuko Fujii / Courtsy Quantum Contemporary Art

Мультимиллионы
Начинающийся сегодня, 29 февраля, Открытый российский фестиваль анимационного кино в Суздале — это главное событие русского анимационного календаря. На нем ежегодно собирается существенная часть профессионального сообщества, происходит отчетный показ снятых за год фильмов, а также обсуждаются проблемы русской анимации и строятся планы, как их решать. В частности, в этот раз на фестивале пройдет первый съезд недавно созданной Ассоциации анимационного кино. Что это за ассоциация, зачем она нужна аниматорам, что они будут делить на съезде — и вообще в чем проблемы российской анимации? Объясняет МАРИЯ ТЕРЕЩЕНКО.


Разговоры в Суздале из года в год все те же: не хватает денег, нужно делать ассоциацию, загибается та или иная студия, вымирает авторское кино, не развивается кино коммерческое, нет адекватной дистрибуции, система образования не отвечает потребностям… в общем, нужно объединяться, писать письма, слать телеграммы, звонить во все колокола, поскольку стране анимация нужна, и если правительство этого не понимает, то надобно объяснить.

Так бы, наверное, продолжалось еще лет -дцать, но в июне 2011 года очередное письмо (а слались они десятками — как в веерной рассылке) дошло до своего адресата. Владимир Путин внял, встретился с аниматорами и обещал помочь.

Не без усилий со стороны анимационных активистов, но некоторые обещания премьера действительно были выполнены. Правительство выделило дополнительные деньги на 2011 год — 500 млн рублей (плюс к ежегодной дотации в 300 млн) и помогло «Союзмультфильму» (списало долги, отстегнуло денег на ремонт и модернизацию, передало студии права на союзмультфильмовское наследие, которым распоряжалась раньше Объединенная государственная киноколлекция).

Вроде бы время радоваться. Ан нет. Вопреки логике все эти прекрасные события вызывают отнюдь не эйфорию, а множество новых вопросов.


Лимоны раздора

Взять хотя бы эти 500 млн. Деньги были переведены Фонду кино и доверены специальной фондовской группе по детскому кино и анимации, в которую входят руководители проекта «Смешарики» (Илья Попов и Анатолий Прохоров), режиссер Игорь Ковалев, критик Лариса Малюкова и продюсер Тимур Бекмамбетов. Деньги разделили (2/3 — на коммерческую анимацию, 1/3 — на короткометражки) и создали две экспертные комиссии. Коммерческие заявки судили дистрибуторы и представители ТВ-каналов, а короткометражки — 18 человек режиссеров, продюсеров и кинокритиков (Гарри Бардин, Константин Бронзит, Иван Максимов, Алексей Демин, Елена Чернова, Лариса Малюкова и др.). Провели конкурс, определили победителей в обеих номинациях… и тут вдруг опомнился попечительский совет фонда, который решил, что не фондовское это дело — давать деньги короткометражкам.

«Короткометражную» сумму перевели Министерству культуры РФ, туда же передали результаты голосования экспертов. Но и тут незадача — у фонда свои правила оформления заявок, у Минкульта свои. Конкурс устроили заново. Студии, подававшие заявки в фонд, в авральном порядке документы переделали, однако к ним присоединились еще и другие студии, уже с сериальным продуктом (который то ли не прошел в фонд, то ли туда вовсе не подавался). Пока собрали, пока рассмотрели — время поджимало (стояла уже поздняя осень, а оформить все нужно было до конца года), так что Министерство культуры решило не рисковать с маленькими фильмами, а распределить деньги между несколькими крупными проектами — отчасти хорошими (как «Гора самоцветов»), отчасти теми самыми, которые в фонд либо не подавались, либо не прошли.

Когда в начале декабря были опубликованы долгожданные списки победителей фондовского и минкультовского конкурсов, анимационное сообщество впало в ступор.

Первый «ах!» был связан с тем, что денег не досталось хорошим и известным режиссерам — Константину Бронзиту, Дмитрию Геллеру, Валентину Ольшвангу, Екатерине Соколовой, Владиславу Байрамгулову, Нине Бисяриной; каждый из них — лауреат и обладатель множества национальных и международных призов. И даже пять минут для фильма Ирины Литманович не пропустили (она подавала на финансирование 18-минутного фильма еще в июне, а денег тогда выдали на 13 минут, и студия подала проект на дофинансирование). Конкурс прошли только пять короткометражных фильмов (новая работа Гарри Бардина и четыре заявки «Союзмультфильма», которые, судя по оценке короткометражной экспертной комиссии Фонда кино, были чуть не самыми худшими на конкурсе).

Второй «ах!» был связан с результатами коммерческого тендера Фонда кино, в котором огромные деньги достались проектам Сергея Сельянова (что даже не обсуждается, поскольку он входит в число фондовских «мейджоров» — и 90—100 млн в его кассу никого уже не удивляют) и «Смешарикам» (что обсуждается вдвойне, поскольку руководители проекта возглавляют рабочую группу фонда). Илья Попов все старательно прокомментировал, но немногих эти ответы удовлетворили. Объясняй не объясняй, а результат налицо: денег дали на всех, а выиграли от этого в основном те, кому и так неплохо живется. Аниматоры в интернет-сообществах и личных разговорах все обсудили и нашли виноватых (коими назначены, разумеется, руководители «Смешариков» и чиновники Минкульта). Так что перед нынешним Суздальским фестивалем царит воинственный настрой — благо и Вячеслав Тельнов, и Илья Попов обещали присутствовать на фестивале.


На системе

На самом-то деле предъявлять счета отдельным персоналиям вряд ли разумно. Здесь важнее говорить в целом обо всей системе государственной поддержки аниматографа, точнее, об отсутствии в этой поддержке системности, из-за чего сводятся на нет все благие начинания.

Именно это доказала история с 500 миллионами. Главная ведь беда даже не в том, что деньги распределились «криво» — в конце концов, пряников никогда на всех не хватает, и при любой дележке остается много недовольных. Проблема в том, что за этими деньгами (как и за всеми деньгами, выдаваемыми государством) не стоят внятная программа и артикулированное пожелание, как же эти деньги должны распределиться. В лучшем случае есть какой-то условный регламент (например, Минкульт обычно оплачивает одной студии не более Х проектов в год), который не позволяет (или затрудняет) наглое хапужничество. В том же духе строятся и общественные дискуссии вокруг распределения финансов — так, положим, многие говорят о том, что не нужно поддерживать коммерческие проекты или, допустим, следует сохранить поддержку, но только на момент старта, не позволяя сериалу получать финансирование после какого-то по счету сезона.

Но и такие нормативы вряд ли изменят положение. Куда актуальнее вопрос, что для нас (как для страны и общества) сегодня важнее — укрепить уже существующие сериалы или создать новые бренды? Восстановить «Союзмультфильм» в любом виде или поощрять талантливые проекты вне зависимости от студийного грифа? Снова обрести уникальный национальный киноязык или отстроить фундамент для анимационной индустрии? Плодить бесконечных «богатырей» с «серыми волками», которые по своему идейному и художественному содержанию не выдерживают никакой критики, но зато собирают кассу и отвоевывают сегмент в прокате у американского кино, или же создавать более вдумчивые проекты, которые, может, и не получат шикарного бокс-офиса, зато помогут формированию некоего самобытного национального проекта и в этом качестве смогут быть экспортированы на международный рынок?

Государство не пытается сегодня ответить на вопрос, в чем цель государственного финансирования и какие именно процессы должно включать таинственное словосочетание «развитие анимации». И это очень показательно для политики нулевых, которая по многим пунктам сводится к вопросу о том, как раздать «нефтяные деньги», а не к целеполаганию и построению эффективных механизмов для достижения этих целей.

Как бы ни жаловались аниматоры, что денег мало, на самом деле наши дотации не так плохи. Например, в Польше государственное финансирование анимации, открытое в 2005 году, составляет порядка 3—5 млн евро в год (против наших 7 млн). Оказывается, суммы этой достаточно по крайней мере для существенного укрепления авторской анимации: в 2011 году польские мультфильмы получили невероятное количество призов (начиная с трех наград в Анси и заканчивая 11 номинациями на премию «Оскар»). У нас же финансирование никогда не прекращалось (вопреки бытующим легендам, в 1990-е гг. государство также выдавало деньги под создание анимационных фильмов), а в нулевых и вовсе достигло приличных сумм. Но ни 7 млн евро, ни 20 млн работать у нас не будут, поскольку за этими деньгами не стоит никакой культурной политики (тут сложно не согласиться с Ириной Прохоровой, которая подобные идеи озвучивала в своем ТВ-разговоре с Никитой Михалковым).
Страницы:

 

 

 

 

 

Все новости ›