Первооткрыватель Дисней вывел формулу идеального анимационного кино для зрителя.

Оцените материал

Просмотров: 35189

«На каждый узор есть свой зритель»

Иван Чувиляев · 15/12/2010
«Богатырская сага» Константина Бронзита: имеет ли смысл у нас снимать полнометражную зрительскую анимацию?

Имена:  Александр Боярский · Константин Бронзит

©  Андрей Самойлов

Константин Бронзит

Константин Бронзит

Под Новый год на экраны выходят «Три богатыря и Шамаханская царица» – четвертая, заключительная часть «богатырской саги», самого (и, по сути, единственного) коммерчески успешного отечественного анимационного проекта нулевых. Как и предыдущие фильмы серии – «Алеша Попович и Тугарин Змей» (2004), «Добрыня Никитич и Змей Горыныч» (2006), «Илья Муромец и Соловей-Разбойник» (2007), – «Шамаханская царица» была снята на петербургской студии «Мельница». ИВАН ЧУВИЛЯЕВ побывал на студии и поговорил с создателями отечественного анимационного полного метра – режиссером Константином Бронзитом и продюсером, сценаристом Александром Боярским – о том, что дали «богатыри» русской анимации и может ли их успех кто-нибудь повторить.


Отечественная анимационная индустрия существует не в самом подходящем месте: рядом с кладбищем, по дороге к Бехтеревке. На автобусе мимо «Мельницы» часто ездят пациенты, находящиеся на амбулаторном лечении. По соседству с улицей Мельничной, на которой и находится студия, есть еще Хрустальная и Стеклянная – это промзона, как будто пораженная нейтронной бомбой. С серыми домами, до окон второго этажа засыпанными снегом. Менее подходящего места для создания кассовых отечественных полнометражных мультиков не придумаешь. То, что в промзоне, где, кроме пациентов Бехтеревки, никого не встретишь, вдруг стали снимать анимацию, – заслуга компании людей, по-своему не менее безумных.

«Богатырская сага», несмотря на свой коммерческий успех («Илья Муромец» собрал в кинопрокате $9,5 млн), всегда вызывала один и тот же набор претензий: сделано под кальку, с Голливуда; рассчитано на самых простых зрителей. Особо тонкие аналитики доходили до того, что сериал паразитирует на становлении национального самосознания.

©  Кинокомпания CTB / www.ctb.ru

Кадр из мультфильма «Три богатыря и Шамаханская царица»

Кадр из мультфильма «Три богатыря и Шамаханская царица»

Я спрашиваю у Константина Бронзита, есть ли у него дежурный ответ на обвинения. Они есть: «Называть эти фильмы подражанием неграмотно и некомпетентно. С тем же успехом можно называть все работы “Союзмультфильма” – и “Снежную королеву”, и “Нильса с дикими гусями” – подражанием Уолту Диснею. Он начал развивать стиль, и уже потом в нем стали работать мы, “Союзмультфильм”, и вся Европа».

Оказывается, дело не в том, что все рвутся в эпигоны. Просто первооткрыватель Дисней вывел формулу идеального анимационного кино для зрителя. «Именно при таком рисунке, при таком качестве проработки, при таком неагрессивном изображении, схожем местами с реальной картинкой, зритель в течение полутора часов способен смотреть рисованное кино, – объясняет Бронзит. – Можно работать иначе, да. И попытки были – например, фильм Ричарда Уильямса “Вор и сапожник”. Рисованное полнометражное кино, красиво, не Дисней. Он провалился. И у нас (на студии «Мельница». – OS) был прецедент – “Про Федота-стрельца”. Относительно “богатырской саги” он провалился. Мы сознательно шли на риск, пытались сделать иначе. Но зритель голосует рублем, и в этот раз он не проголосовал. Вернее, проголосовал против. На всех не угодишь, все равно ругать будут. На каждый узор есть свой зритель. Хорошо сказал...» – «Давай честно признаемся, – вступает Боярский, – что мы просто бабок срубить хотим». – «По-легкому, ага».

«Богатырскую сагу» можно, например, сравнить с русским роком 1980-х. Стандартную форму – с гитарными запилами, сухими барабанами – наполняют национальной спецификой.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›