Превратить кино обратно в литературу, причем в ее выцветшую копию, знакомую по школьному учебнику, похожую на вялое бормотание советской радиоточки.

Оцените материал

Просмотров: 34802

«Сокуров. Части речи»

Виктор Зацепин · 01/02/2012
Введение в Сокурова. С письмами и картинками!

Имена:  Александр Сокуров

©  Предоставлено издательством «Сеанс»

Разворот книги «Сокуров. Части речи»

Разворот книги «Сокуров. Части речи»

Кино Александра Сокурова трудно назвать зрительским. На пике своего беспредметного, минималистического периода Александр Николаевич даже как-то выразил надежду на то, что его фильм «пролетит мимо зрителя» (речь шла о картине «Камень»). С тех пор фильмы Сокурова стали намного добрее и снисходительнее к человеку в зале, однако многие искренне желающие вкусить все таинства сокуровского кино сетуют на то, что так и не смогли досмотреть до конца ни один из них. Выпущенная издательством «Сеанс» книга о творческом пути Александра Сокурова — отличное подспорье для таких неусидчивых киноманов. Да и для терпеливых — тоже.

В книге три части. В первой собраны рецензии на каждый из сокуровских фильмов (сейчас их около 50), вторая часть — это философские эссе о «мире Сокурова», а завершает том подборка текстов, написанных самим режиссером в разные годы. Среди авторов множество известных российских искусствоведов и критиков, у каждого — свой, особенный взгляд на сокуровское кино. Некоторые общие темы и мотивы в этой разноголосице все-таки встречаются: анализируя арсенал режиссерских приемов, критики часто отмечают некоторую непоследовательность идей в монтаже (особенно в ранних фильмах), тяготение Сокурова к статичным длинным планам, регулярную ставку на импровизацию и непрофессиональных актеров, работающих рядом с профессионалами, а также особые техники работы со звуком и цветом. Вообще из книги становится заметно, что кино Сокурова изрядно озадачивает пишущих о нем. Твердо сходятся авторы сборника лишь в одном — в констатации того, что сквозными мотивами творчества Сокурова являются memento mori, телесные страдания, немота и дезинтеграция. А попытка взглянуть на мир сокуровского кино с высокой точки приводит одного из критиков к восхитительному обобщению: «Экзистенциальная онтология Сокурова не имеет цели».

©  Предоставлено издательством «Сеанс»

Кадр из фильма «Александра»

Кадр из фильма «Александра»

При более внимательном чтении собранных в книге материалов становится ясно, что цельность результата у Сокурова достигается как раз за счет работы с изображением и со звуком. Так, например, во многих игровых фильмах неясность речи персонажей заставляет зрителя мучительно вслушиваться в обрывки фраз, которыми обмениваются герои (см., например, «Спаси и сохрани» и «Одинокий голос человека»), — но, как правило, это и есть ни о чем не говорящие обрывки. Похожий эффект возникает при чтении какого-нибудь текста, набранного петитом. Нам приходится напрягать зрение, и иногда — именно из-за этих затраченных усилий — кажется, что все написанное имеет какой-то сокровенный и высокий смысл, но поскольку смысл этот ускользает, в конце концов остается лишь ощущение растерянности и непонимания. И вот это самое ощущение растерянности Сокуров воспроизводит практически бесконечно, с невероятной силой, настойчивостью и всеми возможными способами.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›