Оцените материал

Просмотров: 1743

Сеульский фестиваль анимации-2008. Часть первая

Виктория Никифорова · 22/05/2008
В лучшие времена корейского кино любовницам было принято дарить киностудии
Сеульский фестиваль анимации-2008. Часть первая
Идешь по парку, — а Сеул, даром что мегаполис, раскинулся на холмах, словно одалиска на ложе, и за какой небоскреб ни заверни, наткнешься то на сад, то на парк, а то на натуральный лес... Так вот, идешь себе по парку, картой города помахиваешь, вдруг слышишь адский крик. Словно душу из кого вынимают. Наш человек, конечно, сразу вспомнив Сашу Черного («в парке кто-то надрывается, вероятно, морду бьют»), должен делать ноги из опасного места. Но аборигены так улыбчивы и отзывчивы, что здоровые инстинкты притупляются. Приближаешься на полусогнутых к месту крика. Там беседка. В беседке сидят старички и страшно друг на друга орут. А между старичками — не клад капитана Сильвера, а обычная шахматная доска. За доской сидят двое пенсионеров, и у каждого своя группа поддержки. Шума от них на весь лес. Казалось бы, шахматы — благородная медитативная игра. Куда там! Орут, как на скачках. Отчаянные игроки все эти восточные люди. В Гонконге таким манером граждане пенсионного возраста кричат, когда в маджонг играют. В Японии — в кости. У Б. Акунина, кстати, в «Алмазной колеснице» эпизод есть, где бандиты в кости играют и ведут себя сдержанно, как английские джентльмены. Что-то вызывает этот эпизод сомнения. Во всяком случае, во всех боевиках про якудзу они как за кости возьмутся, так прямо на стенку лезут — вопят, ругаются и норовят всех порезать. В общем, очень все азартно. Прямо не Сеул, а Рулеттенбург какой-то.

Что интересно, ровно с той же страстью корейцы вкладываются в свое кино. В 1990-е у них практически отменили цензуру — до этого-то кинематограф был под неусыпным правительственным контролем — и ввели квоту на показ американских фильмов. Ну, вы помните, Корея в одночасье стала одной из немногих стран, где родные фильмы регулярно били в прокате самые раскрученные американские хиты. И мало этого, корейские фильмы и за рубежом делали отличную кассу. Названия вроде «Шири» или «38-й параллели» до сих пор у всех на слуху.

Но корейцы не были бы корейцами, если бы не превратили свою киноиндустрию в азартную игру. Инвестировать в кино стало модно. Если у нас богатый папик покупает своей цыпочке салон красоты или бутик, то корейские папики дарили любовницам киностудии. Быстро стало ясно, что фильм с бюджетом около $1млн — да-да, именно столько стоило в 90-е производство нормального корейского блокбастера — при успехе в прокате способен принести инвесторам до 1000% прибыли. И понеслось. Кино превратили в что-то вроде МММ. Некоторые фильмы, например, снимались на деньги большой группы частных инвесторов. Люди скидывались буквально по нескольку сотен долларов и вкладывали их в кинопроизводство, словно в акции. Что удивительно, чаще всего их вложения окупались и даже приносили небольшую прибыль. Корея, пожалуй, единственная страна в мире, которой удался эксперимент с инвестициями в кино мелких частников.

Разумеется, сразу возникла мысль попробовать повторить корейское киночудо и в сфере анимации. Тем более что специалистов-мультипликаторов в стране было пруд пруди. Вот только все они работали методом фриланса. Их задешево нанимали американские и европейские студии и использовали для создания анимационных сериалов. В результате в Корее возникло огромное множество людей, умеющих быстро и прилично рисовать на компьютере, а также дешево и сердито обрабатывать изображение в Flash и Photoshop. Однако ни сценаристы, ни режиссеры в эту область не шли — они на Западе востребованы не были.

И вот в конце 90-х корейцев обуяла вполне достоевская идея разом сорвать большой куш — на этот раз в анимации. То, что произошло дальше, может сравниться только с записками Достоевского жене из игорных домов: «пришли последние тридцать рублей, я нашел систему». Истории были просто трагические. В 1999 году $1,8 млн были инвестированы в полнометражную анимацию лучшего корейского мультипликатора Ли Сунь Ганга (Lee Sung-gang) под названием «Моя прекрасная девушка, Мари» (My Beautiful Girl, Mari). Фильм обошел едва ли не все мировые фестивали анимации, наполучал призов, но в родном прокате, на который так надеялись продюсеры из SIZ Entertainment, смог собрать всего полмиллиона долларов. Годом раньше $2,5млн вложил в производство мультфильма «Чудесные дни» (Wonderful Days) сам «Самсунг», но со зрителей сумел собрать в десять раз меньше.

Почему так происходит, понять можно. Сценаристы и режиссеры предпочитают работать в художественном кино и на телевидении, мультфильмы для них область слишком рискованная. В результате нарисован каждый кадр бесподобно, а вот хорошей истории нет. Зрители привыкли к идее, что мультфильмы — это для малышей, а аниматоры никак не могут предложить им что-нибудь захватывающее для взрослых. Да и коллеги из художественного кино планку, надо сказать, подняли высоко. Публика скорее пойдет на новый фильм  Пак Чхан Ука, чем на никому не известный мультфильм.

Еще одна, чисто внутренняя проблема: корейцам трудно выработать свой визуальный стиль. Рисуя мультфильмы, они поневоле оглядываются на мощную традицию аниме, существующую в Японии. Копировать ее они не хотят — к японцам здесь до сих пор отношение как к бывшим оккупантам прохладное. Но и выйти из-под ее влияния очень трудно. Альтернатива — русские традиции анимации. Недаром в SICAF-2008 — и в конкурсе, и во внеконкурсных программах — так много российских лент, от продукции студии «Пилот» до «Князя Владимира».

Самой занимательной программой первого фестивального дня стала «Корейская новая волна». Она доказала, что если местные мультипликаторы будут продолжать в таком духе, то Пак Чхан Уку придется потесниться. Аниматоры очень активно продвигают в массы идею взрослого мультфильма. Часть их лент — например, «Безымянная балерина» Сунь Юнь Яна (Nameless Ballerina), трогательная история про танцовщицу-неудачницу, — предназначены для женщин. Часть — как «Бесформенный захватчик» (Raw Invader) Су Хо Джо — для подростков. Это чумовая, разработанная в ослепительно кислотных тонах история про трех граффитистов, раскрашивающих мир во все цвета радуги, и их врага — омерзительного серого слизня, которого они с трудом побеждают. В том же духе нарисовал свой драчливый веселый мультик «Прекрасное завтра» (A Bright Tomorrow) Ки Юк Квак. Его герой носит маску с огромными зубами, напоминающими вечную ухмылку человека, который смеется. Но, несмотря на то что он мощный боец, душа у него нежная. Он совсем зачах бы от меланхолии, если бы ему не встретилась прекрасная и сердитая девушка-боец. Вместе с ней он бродит по улицам Сеула и от души метелит всех подонков.

Смешно, но даже если молодые корейские аниматоры пытаются снять нежное детское кино, их мультфильмы все равно распирает от адреналина. Ким Кюн Юнь показал «Вот и она!» (There She is) — самый неожиданный фильм во всей программе. Милый котик с сиреневым шарфиком любит хорошенькую зайку в зелененьком шарфике. Но когда он провожает любимую домой, во дворе их встречают драные и задиристые зайцы. Котику приходится основательно побить их ногами, чтобы опять обрести счастье со своей заинькой.

Ссылки

 

 

 

 

 

Все новости ›