От паразитов и генетических мутаций Кроненберг пришел к психоаналитической идее бессознательного, к идее чужого в самом себе.

Оцените материал

Просмотров: 31778

Желание Кроненберга

Виктор Мазин · 24/01/2012
Психоаналитик ВИКТОР МАЗИН о том, как и почему нужно смотреть «Опасный метод»

Имена:  Георг Пабст · Джон Хьюстон · Дэвид Кроненберг · Зигмунд Фрейд · Карл Густав Юнг · Сабина Шпильрейн

©  OpenSpace.ru

Желание Кроненберга
Желание написать об «Опасном методе» возникло у меня задолго до того, как я посмотрел фильм, ведь здесь сходились два моих пристрастия — психоанализ и кинематограф. Год я сгорал от любопытства: как покажет горячо любимый мной режиссер один из самых сложных эпизодов в истории психоанализа? Не меньше интересовало меня, что именно заставило Кроненберга взяться за эту историю в то время, когда само слово «психоанализ» основательно дискредитировано масс-медиа, когда психоаналитический субъект оказался антагонистом произведенного на свет господствующей технонаучной идеологией когнитивно-поведенческого индивида, существа, вся жизнь которого объясняется исключительно действием генетических программ и нейронов.

И вот я оказался в Мадриде и первым делом отправился в кинотеатр смотреть «Опасный метод». Сразу стало понятно: Дэвид Кроненберг не пошел по галлюцинаторно-фантасмагорическому пути, которым воспользовался Пабст, рассказывая о психоанализе в «Тайнах души» (1926), и тем более Джон Хьюстон в своем классическом голливудском «Фрейде» (1962). От Кроненберга такого хода вполне можно было ожидать после «Видеодрома» и «Обеда нагишом», «Экзистенции» и «Паука». Но в «Опасном методе» режиссер пошел по тонкому льду, сняв фильм, который легко можно принять всего лишь за красивую разговорную драму о любви доктора и пациентки. Впрочем, с первого же взгляда понятно, что Кроненберг не изменил своему интересу к мутациям и трансформациям человеческого существа, в очередной раз обратившись к проблематизации телесного и сексуального, к хитросплетениям плоти и интеллекта. Иначе говоря, от паразитов и генетических мутаций, от «Судорог» и «Мухи» он пришел к психоаналитической идее бессознательного, к идее чужого в самом себе.

Где же Фрейд обнаружил этого чужого в себе? Ответ дает первая же сцена «Опасного метода»: в истерии.


Тело истерии

©  Кино Без Границ

Кадр из фильма «Опасный метод»

Кадр из фильма «Опасный метод»

Мужчины вытаскивают из экипажа извивающееся тело девушки. Она бьется в их руках, как дикое животное. Как лошади, запряженные в тот самый экипаж. Мгновение безумного романтизма, будто вырвавшегося из заведенного веками порядка: истерия самого времени вот-вот опрокинет эту карету. Кроненберг как будто вмиг экранизирует слова Лакана: «Лошадь мышления <…> вообразившая было, будто она впряжена в экипаж истории, вдруг закусывает ни с того ни с сего удила, встает на дыбы, вырывается из упряжки и устраивает грандиозный шум».

Лошади доставили из России в швейцарскую клинику Бургхольцли Сабину Шпильрейн. Один из вопросов, которым пациентка будет не раз задаваться по ходу фильма: безумна ли она? Разве можно назвать состояние ее души безумием? Или это окружающий ее мир свихнулся, оказался в состоянии out of joint? Рвущееся на волю желание Сабины Шпильрейн взывает к ее лечащему врачу, Карлу Густаву Юнгу. Желание это столь сильно, что в какой-то момент доктор теряет самообладание и откликается на ее вопрошание ответным желанием.

Любовь ее исцеляет. Скорее любовь, чем психиатрические процедуры и talking cure. Ответная любовь наделенного авторитетом врача, разрешающая — во всей двусмысленности этого слова — отношения с отцом, как будто гасит пламя вопроса: «Чего же ты от меня хочешь?» Ответ доктора Юнга не был ответом бессильного психиатра, но не был он и ответом субъекта, якобы знающего (именно так — предельно точно — Лакан называет психоаналитика). Юнг ссылается на метод Фрейда, но отец психоанализа шел другим путем — тем, который он назвал переносом.


Ошибочная связь
Одна из историй открытия переноса, как хорошо известно, заключалась в том, что Фрейд в ответ на попытку пациентки его поцеловать подумал: а не ошибается ли она, не принимает ли его за кого-то другого. Как видим, здесь пути Фрейда и Юнга расходятся. Фрейд понимает, что пациентка с его помощью пытается соблазнить кого-то другого, что он — лишь призрачный посредник.

©  Кино Без Границ

Кадр из фильма «Опасный метод»

Кадр из фильма «Опасный метод»

Карл Густав, напротив, отвечает на поцелуй Сабины. При этом его смущает лишь то, что, согласно заведенному порядку, инициатива в подобном случае должна была бы исходить от него, мужчины. Сабина ему напоминает, что в каждом человеке есть и мужское, и женское. Фрейд, как мы помним из истории, в подобной ситуации не поддается искушению, а начинает размышлять о ложной связи. Именно так, falsche Verknuepfung, и называет он в «Исследованиях истерии» феномен, который в будущем станет основным клиническим понятием психоанализа — переносом; его, к слову, с блеском показывает в своем «Фрейде» Хьюстон.

В понимании переноса — и залог успеха, и опасность. Фрейд следует за пациентами, хотя ему и не чужда патриархальность. Так, благодаря пациентке, известной как Дора, Фрейд узнает, что далеко не всегда девушка влюблена в мужчину, в авторитет, в отца. Дора научила Фрейда тому, что перенос далеко не всегда однозначен, что отнюдь не всегда воспроизводит он фантазию об отношениях с отцом. В «Опасном методе», впрочем, речь как раз об отцовском переносе, о чем открыто говорит Сабина Шпильрейн, вспоминая, как она почувствовала возбуждение, когда отец ее бил.


Ошибочная связь и опасный метод
Так в чем же опасность? Ответ очевиден — в переносе. В той незримой грани, которая пролегает между любовью как переносом и переносом как любовью. По этой грани, соскальзывая то в одну, то в другую сторону, и ходят они, Сабина Шпильрейн и Карл Густав Юнг.

Отчаянная пациентка сбивает с толку доктора, который думает отнюдь не о переносе. Ему кажется, что он пользуется методом Зигмунда Фрейда, но ему так только кажется. Он полагает, что для психоаналитической практики достаточно расположиться за спиной пациентки и дать ей возможность предаваться свободным ассоциациям. Это, конечно, уже немало, но это далеко еще не психоанализ. Принципиально важен, повторим, перенос. А пока в кадре Сабина Шпильрейн, слова которой говорят не больше, чем ее тело. За ней окно; слева, в темном углу, что-то пишет Карл Густав Юнг.

©  Кино Без Границ

Кадр из фильма «Опасный метод»

Кадр из фильма «Опасный метод»

Проблема в том, какую именно позицию в отношении пациентки занимает доктор. Юнг одержим не психоанализом — совершенно новым для западной культуры полем, а двумя традиционными областями знания, пролегающими по обе стороны от психоанализа, — мистикой и нормальной наукой, как назвал ее Томас Кун. С одной стороны, как показывает Кроненберг, Юнг — настоящий ученый, вооруженный новейшими научными приборами, превращающими свободные ассоциации в психологическую технику, с другой, — он рассуждает о связи между звуками своего желудка и шумами отопительной системы в уютном кабинете Фрейда. Как здесь не вспомнить то место двенадцатой главы «Психопатологии обыденной жизни», в котором речь идет о принципиальном отличии аналитика от параноика. Параноик не оставляет места случаю, для него события внешнего мира предписаны ощущениями мира внутреннего. «Я не верю в совпадения!» — говорит Юнг Кроненберга.
Страницы:

Ссылки

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:6

  • Valentin Diaconov· 2012-01-24 14:49:30
    Надо идти, раз так.

    А все ж какой упоительный фильм - "Автокатастрофа"!
  • Aleksey Tikavyj· 2012-01-25 16:34:16
    афтар, ты пишешь, как педагогиня
  • Katya Shadkovska· 2012-01-27 18:29:19
    Кроненберг я фан. а Автокатастрофа - один из самых лучших фильмов в моем списке./
    советую посмотреть Карлоса Рейгадаса "Битва в небе", это совсем другое, но тоже о связи физического и психического.
Читать все комментарии ›
Все новости ›