Я не понимаю, зачем молиться раку. Лучше считать его ничтожеством и смеяться, потому что ты сильнее.

Оцените материал

Просмотров: 19072

Валери Донзелли: «Рак – грустно, развод – грустно. А я говорю: не грустно!»

Инна Денисова · 17/11/2011
Автор картины «Я объявляю войну» о том, как спасти своего ребенка и сделать из этого веселый фильм

Имена:  Валери Донзелли

©  Bernard Patrick / ABACA / Photas

Валери Донзелли

Валери Донзелли

Француженка Валери Донзелли спасла собственного сына от редкой формы рака и сняла об этом веселое кино (с собой и отцом ребенка Жереми Элькаймом в главных ролях). Картина «Я объявляю войну» (подробнее — здесь), выдвинутая от Франции на «Оскар», на этой неделе выходит в наш прокат (половина средств, вырученных от продажи билетов и DVD кинокомпания-дистрибьютор «Каравелла» передаст фонду «Подари жизнь!»). ИННА ДЕНИСОВА позвонила Донзелли в Париж.


— Здравствуйте, Валери, можете говорить?

— Давайте только быстро. Я должна сделать с сыном уроки. Пятнадцать минут вам хватит? У меня просто сегодня единственный выходной, и нужно побыть мамой. Переделать все по дому. Я как-то сама, без домработницы, так что дел куча.

— Почему вы решили рассказать всем такую личную историю?

— Я не хотела рассказывать личную историю, я кино хотела снять. Что-то принципиально отличное от моего первого фильма «Королева дурочек». А еще я хотела снова поработать с Жереми, и, чтобы долго не искать сюжет, мы рассказали нашу историю любви.

— Но это также история болезни вашего сына Габриэля?

— Ну да, было в моей жизни такое испытание. Я подумала, что было здорово рассказать о нем через призму любви двух людей.

— То есть любовь важнее для сюжета, чем болезнь?

— Болезнь вообще только повод к разговору. Я не собиралась снимать кино про рак. В фильме почти нет болезни: вы видите ее через страх родителей, но вы не увидите детей, обмотанных проводами и трубками. Зато в кадре постоянно находятся мужчина и женщина, которые обнимают и поддерживают друг друга.

— Героев зовут Ромео и Джульетта. Любите Шекспира?

— Ну, я хотела, чтобы все поняли, какая мощная у них любовь. Настоящая. Я сначала думала, как их назвать, тыкала пальцем в небо: может, Поль и Виржини? А Жереми предложил Шекспира. Сказал: «Тогда мы обязаны будем показать самую что ни на есть реальную любовь». В общем, мы старались.

— Тем более грустно, когда герои расстаются.

©  Rectangle Productions

Валери Донзелли

Валери Донзелли

— Люди все время хотят погрустить. Рак — грустно, развод — грустно. А я говорю: не грустно! Когда любовь заканчивается, ты ведь можешь и не терять человека, правда? Если захочешь, конечно. Я вообще не понимаю, зачем все так норовят расставаться и не общаться. Вы же близкие люди — значит, вы в состоянии перевести отношения на другой уровень.

— То есть вам с Жереми было не сложно работать вместе после развода?

— Вообще не сложно — как будто мы не прекратили отношения, а они продолжаются, но в другой форме. Во-первых, мы уже снимались вдвоем. И нам обоим очень хотелось еще раз сыграть вместе. Во-вторых, я просто не могла бы пригласить никого другого — это наш личный опыт, мы пережили эту любовь и болезнь сына. И мне хотелось еще раз разделить с ним оба переживания.

— И сейчас вы снимаете еще один фильм — тоже с Жереми?

— Да, он называется «Рука об руку» (Main dans la mains). Это фильм о расставаниях и о разводе.

— Тоже личная история?

— А вот и не угадали! На этот раз вообще нет. Хватит мне уже про личное.

— Вашему сыну Габриэлю десять лет. Он хорошо себя чувствует?

— Да, у него все хорошо, без рецидивов. Последняя сцена, когда доктор говорит «Вы здоровы» — моя благодарность врачам. Во Франции, как выяснилось, гениальная медицина, которую принято ругать, но я могу только превозносить.

Читать текст полностью

 

 

 

 

 

Все новости ›