Оцените материал

Просмотров: 76954

Марсель Бротарс и десять его музейных проделок

Ксения Гурштейн · 17/04/2009
Главные работы

1. Объекты с яичными скорлупками и мидиями

©  Courtesy Tate Modern / DACS

Кастрюля и закрытые мидии (Casserole and Closed Mussels). 1964. Tate Modern, Лондон

Кастрюля и закрытые мидии (Casserole and Closed Mussels). 1964. Tate Modern, Лондон



Бротарс многократно возвращался к одним и тем же образам и материалам. Пустую яичную скорлупу и створки любимых бельгийцами мидий он использовал особенно часто. Мнения о смысле, которым можно наполнить эти опустошенные вместилища окончившихся жизней, расходятся. Одни, как куратор Майкл Комптон (Michael Compton), цитируют Бротарса, который объяснял выбор скорлупок тем, что «в них нет никакого содержания, кроме воздуха».

©  rickyrhodes / Flicker.com

Белый шкаф и белый стол (White Cabinet and White Table). 1965. Museum of Modern Art, Нью-Йорк

Белый шкаф и белый стол (White Cabinet and White Table). 1965. Museum of Modern Art, Нью-Йорк

Комптон видит здесь лирические загадки без определенного ответа, которые противопоставляют наплыву глянцевого американизированного ширпотреба уютную прелесть обшарпанной европейской рухляди. Другие, как искусствовед Томас Макэвилли (Thomas McEvilley), ищут образы универсальные — символы плодородия и космологических источников жизни.

Для Бротарса яйца были связаны еще и с традицией живописи, в которой некогда широко используемая темпера делалась на основе яичного желтка, и в этом тоже есть ирония. Визуально-лингвистические каламбуры были любимым приемом художника, который жертвовал очевидным смыслом ради странных, привлекающих внимание комбинаций.

2. «Судьба» Стефана Малларме (Un Coup de dés jamais n’abolira le hazard by Stéphane Mallarmé). 1969. Иллюстрированная книга

©  Courtesy MoMA, Artists Rights Society (ARS), New York / SABAM, Brussels

«Судьба» Стефана Малларме (Un Coup de dés jamais n’abolira le hazard by Stéphane Mallarmé). 1969. Иллюстрированная книга

«Судьба» Стефана Малларме (Un Coup de dés jamais n’abolira le hazard by Stéphane Mallarmé). 1969. Иллюстрированная книга

В основу книги из двадцати фотолитографий лег очень ранний пример визуальной поэзии — последнее крупное произведение Малларме, книга-стихотворение Un Coup de dés jamais n'abolira le hazard (1914). Бротарс рассказывал, что в юности он познакомился с Магриттом, и тот подарил ему эту книгу.

Как поэт, для которого игра с чистым звуком и рисунком слов на странице была столь же важна, сколь и их смысловая нагрузка, Малларме явно был предшественником поэтов-сюрреалистов. Став художником, Бротарс пошел дальше поэта и убрал из стихотворения не только весь лексический смысл, но и звуковой ряд. В его перепечатке рисунок из слов становится абстрактной композицией из ряда черных прямоугольников. В контексте художественных дебатов того времени Бротарс не просто доводит до логического конца эксперимент Малларме с языком как с формой, но еще и дает свой иронический ответ одновременно минимализму, с его любовью к форме, и концептуализму, ищущему тавтологию буквально во всем.

3. Работы с подписью

Эти работы — лишь малая часть случаев, когда Бротарс работал со своей подписью. Неутомимым было его желание понять, как именно подпись участвует, с одной стороны, в создании мифа художника, а с другой — в его коммерческом успехе. Для литографии La Signature Бротарс написал свои инициалы 153 раза. Каждый напечатанный лист он затем еще раз подписал от руки карандашом. Этим он, однако, не ограничился, сделав тираж литографии неограниченным. На практике это означает, что любое количество листов может быть допечатано для тех, кто получает эстетическое удовольствие от образа подписи художника, но стоить они будут гроши без сокровенной карандашной подписи, поставленной им при жизни. См. об этом, например, текст Майкла Комптона тут.

©  MACBA

Подпись. Первая серия (La Signature. Série 1). 1969. Неограниченный тираж

Подпись. Первая серия (La Signature. Série 1). 1969. Неограниченный тираж

Сам Бротарс говорил: «Мне кажется, что подпись автора, будь он художником, кинематографистом или поэтом, имеет мало значения;

©  Courtesy MoMA, Artists Rights Society (ARS), New York / SABAM, Brussels

Стихотворение – Обмен (Gedicht – Poem – Poème / Change – Exchange – Wechsel). 1973

Стихотворение – Обмен (Gedicht – Poem – Poème / Change – Exchange – Wechsel). 1973

она кладет начало хитросплетению лжи, которую все поэты, все художники пытаются создать, чтобы защитить самих себя, не знаю уж от чего» (см. здесь).

Бротарс также создал фильм на основе своей подписи, оживив и увековечив ее на пленке. «Секунда вечности (Следуя идее Шарля Бодлера)» — Une seconde d´eternité (D´après une idée de Charles Baudelaire)(1970) состоит из двадцати четырех кадров — именно столько видит зритель в кино за одну секунду. На пленке Бротарс вывел свои инициалы так, будто за секунду их пишет невидимая рука. Этот «автопортрет» художника длится при каждом просмотре ровно секунду, но, будучи зацикленным, может действительно продолжаться вечность.



4. Ворона и Лисица (Le Corbeau et le Renard). 1967. Фильм, 16 мм, ч/б, немой, 7'21"

Фильм и текст интервью с Бротарсом см. здесь

В этом фильме Бротарс обращается к переписанному им самим тексту басни Лафонтена. Он снимает слова на пленку, утверждая: «Для меня пленка — это просто продолжение языка». Но язык у Бротарса отнюдь не прозрачен, и фильм усложняет процесс чтения. Камера выхватывает неупорядоченные куски печатного и написанного от руки текста, на фоне которого стоят выбранные Бротарсом предметы: башмак, телефон, бутылка из-под молока. Это была, как утверждал сам Бротарс, «попытка отказать в смысле, насколько это возможно, как слову, так и изображению».

Результат, однако, не удовлетворил Бротарса: слова и образы на пленке не слились в единую массу — и частью работы стал еще и экран для проекции, на котором тоже было напечатано стихотворение о басне. Текст, представленный отдельно в форме книги, также является частью работы. Как и большинство его последующих творений, Le Corbeau et le Renard  зависает где-то между цельной работой и группой неоднородных предметов. «Я не верю в кино или любую другую разновидность искусства, — комментировал Бротарс. — Я не верю в неповторимого художника или уникальный предмет искусства. Я верю в явления и в людей, которые создают идеи».

5. Дождь (Проект текста) — La Pluie (Projet pour un texte). 1969. Фильм, 16 мм, ч/б, немой

La Pluie был снят в саду брюссельского дома Бротарса в тот момент, когда внутри прoходила первая выставка Музея современного искусства, Отдела орлов, Секции XIX века (см. ниже). На кирпичной стене за спиной художника написано «Отдел воды». Бротарс сидит у импровизированного столика. На экране, под ритмичный звук прокручиваемой кинопленки, он пытается выводить что-то чернилами на бумаге, тогда как дождь (или, скорее, некто, стоящий за кадром со шлангом) омывает его потоками воды. В финальной сцене бывший поэт сдается и роняет перо, а на экране появляется надпись: Projet pour un texte («Проект текста»).

Продавая работу, Бротарс прилагал к фильму девять фотографий. Существует также текст, посвященный ему. Начинается он с цитаты из стихотворения Бодлера La Beauté («Красота»): «Я ненавижу движения, которые смещают линии». (Французский оригинал и три английских перевода см. здесь; а это русский перевод Брюсова.)

В документальном фильме о Бротарсе можно увидеть кусок этого фильма.

Куски из него Бротарс потом использовал в двух других, см. здесь.

 

 

 

 

 

КомментарииВсего:4

  • drunkblackstar· 2009-04-20 12:24:17
    Спасибо
  • Gato· 2009-04-20 14:12:57
    Бротарс бы очень смеялся над такой критической ахинеей. Его слова: "она кладет начало хитросплетению лжи, которую все поэты, все художники пытаются создать, чтобы защитить самих себя, не знаю уж от чего"
    Что ещё? Зачем эта чушь "но стоить они будут гроши без сокровенной карандашной подписи, поставленной им при жизни"?
  • drunkblackstar· 2009-04-21 11:48:06
    По-моему, в конструкции "что это еще? Зачем эта чушь: ****" или "Иван Иваныч бы очень смеялся над такой критической ахинеей:***" можно вставить все что угодно. Например:

    "Что это еще? Зачем эта чушь: "Gato: Бротарс бы очень смеялся над такой критической ахинеей. Его слова: "она кладет начало хитросплетению лжи, которую все поэты, все художники пытаются создать, чтобы защитить самих себя, не знаю уж от чего" "
Читать все комментарии ›
Все новости ›